Б.Г. Дверницкий. Русский человек после Смуты XVII века

Русский человек после Смуты XVII века

1. Нужно ли снова и снова обращаться к своей истории, или о ней уже всё сказано, и ничего нового мы не прибавим своими рассуждениями?

«Любая истинная история, – пишет Джованни Джентиле, – всегда современна, это «maqistra vitae», наставница жизни», «История, как и всякая мысль, – осознание себя. И поэтому любая история является современной историей, поскольку она отражает через представление прошлых событий и страстей проблемы, интересы, склад ума историка и его времени» [1, c. 176, 96].

Его идеологический противник Б. Кроче имел похожий взгляд на историю: «История находится в нас самих, и её источник в наших сердцах. Не где-нибудь, а в нашей груди находится горн, в котором точное переплавляется в историю, а филология и философия соединенными усилиями производят историю» [2, c. 182]

Ещё раньше итальянцев «фельдмаршал русской философско-исторической мысли»[1] писал следующее: «Нам нужна внутренняя, глубинная, таинственная связь с историческим объектом. Нужно, чтобы не только объект был историчен, но чтобы и субъект был историчен, чтобы субъект исторического познания в себе ощущал и в себе раскрывал «историческое».

Только по мере раскрытия в себе «исторического» начинает он постигать все великие периоды истории. Без этой связи, без собственной внутренней «историчности» не мог бы он понять историю. История требует веры, история – это не просто насилие над познающим субъектом внешних объективных фактов, это есть некоторый акт преображения великого исторического прошлого, в котором совершается внутреннее постижение исторического объекта, внутренний процесс, роднящий субъект с объектом. При полной оторванности их постижения не может быть.

Наши читатели рекомендуют!

Наша постоянная читательница поделилась действенным методом, который избавил ее мужа от АЛКОГОЛИЗМА. Казалось, что уже ничего не поможет, было несколько кодирований, лечение в диспансере, ничего не помогало. Помог действенный метод, который порекомендовала Елена Малышева. ДЕЙСТВЕННЫЙ МЕТОД

Все это привело меня к тому, что на историческое познание должно быть распространено с некоторыми изменениями Платоновсское учение о познании как припоминании. Поистине всякое проникновение в великую историческую эпоху тогда лишь плодотворно, тогда есть подлинное познание, когда оно есть внутреннее припоминание, внутренняя память всего великого, совершившегося в истории человечества (прежде всего, в истории своего народа), какое-то глубинное соединение, отождествление того, что совершается внутри, в самой глубине духа познающего, с тем, что было когда-то в истории, в разные исторические эпохи» [3. с. 18–19].

Если сказанное пропустить сквозь призму национального, а мы помним, что логос нации онтологически первичнее логоса всечеловеческого [4.c. 8], то историю России правильно понять–припомнить может только русский человек. И только он может развеять многочисленные измышленные и измышляемые иностранцами мифы о России: о норманнах-варягах; злодее Иване Грозном; о ленности русского человека (тем не менее, построившего великую Империю и обустроившего одну шестую часть суши), о России как тюрьме народов, о ксенофобии современного русского человека и многие другие.

Значит, историю России надо ещё создавать и создавать, а «припоминание» своего прошлого поможет нам увидеть историческую тенденцию развития России и в наше «смутное» время придерживаться её любой ценой, и, значит, не исчезнуть как православная Византия, а обрести второе дыхание в Истории. И потому «припоминание» Смуты XVII века не дань времени (хотя то, что власть вспомнила об этом – уже признак сохранения исторической памяти), а современная попытка осознать самих себя, увидеть в себе те силы, которые вынесли Русскую Нацию из исторического водоворота XVII века в спокойное державное плавание в истории.

СЕНСАЦИЯ! Врачи ошарашены! АЛКОГОЛИЗМ уходит НАВСЕГДА! Нужно всего лишь каждый день после еды... Читайте далее-->

2. История русского народа развивается чрезвычайно последовательно. Это отмечал Костомаров, отнюдь не питавший больших симпатий к русскому народу. Однако эта последовательность исторического развития России систематически прерывается периодами смут, революций, перестроек, в которые Народ должен явить высоту, силу, мощь и крепость народного духа.

Преодолев переходный период смуты или революции, Нация обретает или, правильнее, раскрывает в себе новые качества, которые остаются в соборной душе Русского Народа и в нацио-нальном логосе каждого русского человека навсегда в виде вечно настоящих руководящих национальных идей и идеалов.

Считать эти периоды смут и революций вызовами Истории или других народов (А.Тойнби), видеть в них этапы становления и развития Русской Нации [5. c. 92] или определять их как «огненное искушение, посылаемое соборной душе народа как дар, как мученический венец, дабы предоставить ему возможность явить силу своей веры, верность родным святыням и крепость духа перед лицом соблазнов и искушений, скорбей и недоумений, злобных нападок и разрушительной ненависти», как писал митр. Иоанн (Снычев) [6. c. 182], не суть важно. Существеннее то, каким выходил из этих испытаний народ – возмужавшим и окрепшим или распадающимся и исчезающим из Истории.

Перед лицом русской Смуты XX века, выход их которой затянулся вплоть до XXI века, чрезвычайно важно осознать на какие силы соборной души Русского народа мы должны опираться и что должны обрести или раскрыть в себе, чтобы продолжить своё последовательное историческое существование. И тут без историков не обойтись. «Историк призван помочь народу осознать себя как единое целое» – писал С. М. Соловьев и продолжал: «Мы должны следовать за развитием, ростом государства, вместе с развитием, ростом народа, за постепенным уяснением сознания его о себе, как единым целым».

3. История – это не только те или иные события в жизни Народа, это и все те изменения в человеке, в глубине его национального логоса, которые остаются в нём навеки и во многом определяют жизнь его потомков на долгие столетия вперед. Уже С. Ф. Платонов отмечал это, и назвал их «резкими следами» на организме Нации. Он писал: «Смута произошла не случайно, а была обнаружением и развитием давней болезни, которой прежде страдала Русь.

Эта болезнь окончилась выздоровлением государственного организма. Мы видим после кризиса смуты тот же организм, тот же государственный порядок. Поэтому мы и склонны думать, что всё осталось по-прежнему без изменений, что смута была только неприятным случаем без особенных последствий. Пошаталось государство и стало опять крепко, что же тут нового?

А между тем вышло много нового. Болезнь оставила на уцелевшем организме резкие следы, которые оказывали глубокое влияние на дальнейшую жизнь этого организма. Общество переболело, оправилось, снова стало жить и не заменилось другим, но само стало иным, изменилось». [7, c. 331–332].

Эти изменения в человеке, в его душе, характере, сердце, воле связаны со становящейся новой руководящей национальной идеей в жизни Нации, дополняющей уже обретённые Нацией ранее национальные идеи.

И в этом отношении, национальная идея – это не только «та идея, которая воодушевляет, объединяет, укрепляет нацию воедино в разные периоды её исторического существования» [8. c. 5], но это и та руководящая национальная идея, которая сплачивает многие поколения соотечественников, являясь их вечно настоящим.

Существование таких «многовековых» идей в обществе в наши дни многими оспаривается, ибо связывается с «устаревшей метафизикой». Однако, существование вечно настоящих идей в жизни человека и нации несомненно. Коснемся этого чуть подробнее.

Настоящее – это не только промежуток в хронологической линии, между прошлым и будущим. «Се, Дева во чреве примет, и родит Сына, и назовут имя Ему: Эммануил, что значит: с нами Бог», провозгласил под наитием Святого Духа пророк Исайя за 1000 лет до Рождества Христова. (Исайя 7, 14).

И до сего времени мы не просто вспоминаем это Событие, Спаситель рождается снова и снова, так же как снова и снова воскресает в Пасху, а земля из года в год неукоснительно растит зелень по слову Творца: «да произрастит земля зелень» (Бытие 1,11). Заметим, многие пророчества говорят о вечно настоящем. И это настоящее дает понимание и прошлого, и перспективу будущего, как в Откровении святого Иоанна Богослова.

4. Точно такие же вневременные вечные события свершаются и в жизни народов. Об этом очень хорошо написал Джованни Джентиле: «Настоящее духа, являющееся, скажем так, местопребыванием свободы, – не настоящее, которое находится между прошлым и будущим на неопределённой линии времени; это другое настоящее, которое никогда не кончается и никогда не может быть чем-то иным, чем настоящим – вневременным, вечным настоящим, являющимся самой мыслью, которая, далекая от того, чтобы следовать в своей конкретной актуальности за прошлым и предшествовать будущему, содержит в себе и объясняет прошлое, настоящее и будущее, формируя эту одновременность или соприсутствие всех моментов времени, вне которого ни один момент не был бы положен в своей относительности, и все исчезало бы» [1, c. 439].

Эти вневременные вечные события в жизни Народа и составляют её национальную идею в разные периоды его исторического существования, сопровождаясь вечно настоящими национальными идеалами.

Так в период Киевской Руси русский человек стал на веки вечные православным и обрел идеал Святой Руси. И это стало основанием всех последующих национальных идей русского человека. Идей, которые, с одной стороны, сохраняли и сохраняют Нацию в Истории, а, с другой стороны, составляют метафизи-ческое историческое ядро личности каждого русского человека.

Хотя он всё больше и больше начинает жить внешним, тем не менее, эти идеи заключены в каждом из нас, в нашем Национальном логосе. Руководствуясь ими, развивая их, мы являемся подлинно русскими людьми и нам тогда не страшны никакие испытания Истории и личной судьбы.

5. Резкий вечный след в душе русского человека, оставленный Смутой XVII века сделал его на веки вечные государственником, а Великорусское Государство или Московское царство – его родным домом. (Так же как и родным домом для всех коренных народов Евразии–России). Заметим, об этом, по-своему, писали многие историки. Так С. М. Соловьев, и в «Истории», и во многих своих отдельных статьях, видит в смуте испытание, из которого государственное начало, боровшееся в XVI веке с родовым началом, выходит победителем.

К. С. Аксаков – «человек с большим непосредственным пониманием русской жизни», как пишет о нём Платонов, – видит в смуте торжество «земли» и последствием смуты считает укрепление союза «земли» и «государства» (под государством он понимает то, что мы зовем правительством). Во время смуты «земля» встала как единое целое и восстановила государственную власть, спасла государство и скрепила свой союз с ним.

А вот суждение самого С. Ф. Платонова: «События смутной поры, необычные по своей новизне для русских людей и тяжелые по своим последствиям, заставляли наших предков болеть не одними личными печалями и размышлять не об одном личном спасении и успокоении.

Видя страдания и гибель всей земли, наблюдая быструю смену старых политических порядков под рукой и своих, и чужих распорядителей, привыкая к самостоятельности местных миров и всей земщины, лишенной руководства из центра государства, русский, человек усвоил себе новые чувства и понятия: в обществе крепло чувство национального и религиозного единства, слагалось более отчетливое представление о государстве. В XVI веке оно ещё не мыслилось как форма народного общежития, оно казалось вотчиной государевой, а в XVII веке, по представлению московских людей, – это уже «земля», т. е. государство.

Общая польза – понятие, не совсем свойственное XVI веку, – теперь у всех русских людей сознательно стоит на первом плане: своеобразным языком выражают они это, когда в бесгосударственное время заботятся о спасении государства и думают о том, «что земскому делу пригодится» и «как бы земскому делу было прибыльнее». Новая, «землею» установленная власть Михаила Федоровича, вполне усваивает себе это понятие общей земской пользы и является властью вполне государственного характера. Она советуется с «землею» об общих затруднениях и говорит иностранцам по поводу важных для Московского государства дел, что «такого дела теперь решить без совета всего государства нельзя ни по одной статье» [7. c. 333].

А вот как об этом писал В. О. Ключевский: «В ходе Смуты особенно явственно выступают два условия, её поддерживающие: это – самозванство и социальный разлад. Они и указывают, где надо искать главных причин Смуты. Я уже имел случай (лекция 41) отметить одно недоразумение в московском политическом сознании: государство, как союз народный, не может принадлежать никому, кроме самого народа; а на Московское государство и московский государь, и народ Московской Руси смотрели, как на вотчину княжеской династии, из владений которой оно выросло. В этом вотчинно-династическом взгляде на государство я и вижу одну из основных причин Смуты.

Московское государство всё ещё понималось в первоначальном удельном смысле, как хозяйство московских государей, как фамильная собственность Калитина племени, которое его завело, расширило и укрепляло в продолжение трёх веков. На деле оно было уже союзом велико-русского народа и даже завязывало в умах представление о всей Русской земле как о чём-то целым. [9, c. 51].

6. Итак, мы видим, как исторически возмужал русский человек. В ходе Смуты он начал осознавать себя строителем и защитником своего Великорусского Государства и окончательно перестает ощущать себя поданным хозяина вотчины.

Преодолев Смуту, мы приобрели новое, вечно настоящее русского человека – государственное чувство, – и уже навсегда. Как в период Киевской Руси, и тоже навсегда, мы стали православными людьми. И тот, кто не ощущает в себе вечно настоящее русского человека – православие и государственность, – есть отродье нации.

Вечная государственность русского человека и есть та особенность, которая не только выделяла его, вплоть до последнего времени, среди остальных народов Евразии, но и возлагала на него особую ответственность за сохранение мира, порядка и сплоченности народов России-Евразии, которую на него возложила История.

В какой форме это будет осуществляться теперь, это уже другой вопрос. Но это даёт нам право и даже вменяет в обязанность восставать против вмешательства любых неевразийских народов в межгосударственные и межнациональные отношения народов Евразии.

Но в ещё большей степени на нас лежит ответственность за сохранение нашей страны, за государственное единство России, за восстановление единства русского народа, ставшего, увы, в XX веке разделённой нацией. Но эта же обязанность лежит и на государственной власти России, на всех её ответвлениях: исполнительной, законодательной и судебной. И эта ответственность важнее, а главное историчнее, чем многие другие, вроде удвоения ВВП или вступления в ВТО. И История строго спросит с правителей России за неисполнение этого долга, и лишь те партии, движения, объединения, блоки, которые положат в основу своей деятельности эти и последующие руководящие идеи русского народа, будут иметь успех и смогут повести Россию в XXI веке.

Следующий итог Смуты заключается в следующем. Как Православная Церковь – единственное и обязательное место нашего спасения, так Великорусское Государство с именем Россия – наш единственный родной дом. И потому, не Россия для русских (лозунг партии Родина на выборах в Московскую Думу), а русская Россия, с русской (а не русскоязычной) культурой, образованием, экономикой, государственностью, традициями и образом жизни и, естественно, Православием, как первой руководящей Национальной идеей, вечно настоящей для русского человека. И вне России русский человек чахнет и вырождается, а главное, отстаёт от исторического хода Времени, которое свершается на Родине.

И последнее. Экспансия инославия и иноверия – не просто угроза нашей вере. Это угроза вечно настоящему в нас, угроза самой нашей русскости. Католичество, внедряясь в нашу страну, становится источником будущих братоубийственных религиозных войн, самых жестоких среди всех гражданских неурядиц. Вспомним невиданный геноцид хорватов против сербов.

Никто и ничто не должны подрывать наши вечно настоящие национальные идеи и идеалы. И тот или те, кто на это дерзает – наши главные враги, с которыми мы должны вести постоянную и беспощадную войну всегда, везде и во всём. И никакой толерантности к этим врагам.

Литература

1.              Джованни Джентиле «Введение в философию», СПб., 2000г.

2.              Бенедетто Кроче, Антология сочинений по философии, С-Пб, 1999.

3.              Николай Бердяев Смысл истории, С-Пб,1990.

4.              Адрианов Б., «Русское самосознание №10, С-Пб., 1999.

5.              Адрианов Б., «Русское самосознание №6, С-Пб., 1999.

6.              Иоанн (Снычев). «Самодержавие духа. Очерки русского самосознания», С-Пб.,1994.

7.              Платонов С.Ф. Сочинения в 2-х томах, СПб.,1993 г., т.1.

8.              Адрианов Б., «Национализм и патриотизм – русская идея XXI века», Русское самосознание, № 11, 2005.

9.              Ключевский В.О., Сочинения в 8-ми тт., т.3, М., 1957.


[1] Выражение архиепископа Иоанна Сан-Францизского (Шаховского)

* * *

Православие

Похожие записи

Вылечить алкоголизм невозможно???

  • Испробовано множество способов, но ничего не помогает?
  • Очередное кодирование оказалось неэффективным?
  • Алкоголизм разрушает вашу семью?

Не отчаивайтесь, найдено эффективное средство он алкоголизма. Клинически доказанный эффект, наши читатели испробовали на себе ... Читать далее>>

Оставить комментарий