Оценка последствий употребления алкоголя

Инструментальные и лабораторные методы оценки последствий употребления алкоголя на органном уровне

Основными индикаторами при этих методиках являются уровень активности фермента ГГТ в сыворотке или плазме крови и величина СКОЭ –  среднего корпускулярного объема эритроцита. Чувствительность методик колеблется от 20 до 90% в зависимости от длительности и интенсивности злоупотребления алкоголем.

Не снижается интерес исследователей к возможности выделения электроэнцефало- графических признаков хронической алкогольной интоксикации. Изучение электроэнцефалограммы (ЭЭГ) больных алкоголизмом обнаружило диффузную Q-активность преимущественно в темпоральной области полушарий, существенное снижение aльфа-индекса, редукцию количества, амплитуды и ритмичности aльфа-ритма. 

B.L.Vallee (1966) установил, что в группе больных до 25 лет ЭЭГ не имеет характерных патологических особенностей; в средней (25-44 года) группе обнаружено парадоксальное разнообразие непатологической электроэнцефалографической активности; старшая (более 45 лет) группа больных имела значительные изменения ЭЭГ: выраженное замедление фоновой частоты, редукция следования частоты мельканий. Автор считает наблюдаемые изменения показателем снижения корковой активности.

P.Propping (1977) выделил три типа индивидуальных электроэнцефалографических реакций на алкоголь. При первом выраженные изменения на ЭЭГ отсутствуют даже при довольно высоких концентрациях этанола в крови. Второй характеризуется нарушением активности мозга при высоких концентрациях этанола в крови. Для третьего характерны изменения ЭЭГ при низких концентрациях алкоголя.

Исследования близнецовых пар показали, что типы реакции, как и сами характеристики ЭЭГ, находятся под контролем генотипа, что позволило автору предположить существование наследуемой предрасположенности к алкоголизму, которая проявляется на ЭЭГ низкосинхронизированным типом биоэлектрической активности мозга.

И.Р.Хасановым (1979) показано, что в I стадии алкоголизма в основном нарушается ЭЭГ коры головного мозга, во II – ретикулярной формации ствола мозга и «неспецифических» ядер зрительного бугра с последующим (в III стадии) извращением ретикулоталамических влияний на кору и нарушением корково-фугальных взаимодействий.

V.E.Pollock и соавт. (1983) изучали влияние нагрузки алкоголем в дозе 0,5 г на кг массы тела у лиц из группы высокого риска (сыновья больных алкоголизмом) и контрольной (возраст испытуемых в обеих группах составлял 19-21 год). Были обнаружены достоверные количественные изменения a-активности на ЭЭГ: лица высокого риска давали увеличение aльфа-активности, большее снижение быстрой альфа-активности и выраженное снижение средней aльфа-активности после приема алкоголя по сравнению с испытуемыми контрольной группы.

Авторы делают вывод о том, что изменения на ЭЭГ при алкогольной нагрузке могут быть использованы в качестве маркера чувствительности центральной нервной системы к алкоголю, которая детерминируется генетически. Лица высокого риска по отношению к алкоголизму физиологически более чувствительны к этанолу.

Сказанное подтверждают результаты исследования P.Propping (1983), применившего для изучения фармакогенетики алкоголя близнецовый метод в комбинации с регистрацией ЭЭГ: 52 пары взрослых близнецов получали стандартную тест-дозу этанола; монозиготные близнецы совершенно одинаково реагировали на алкоголь, на ЭЭГ дизиготных близнецов наблюдали некоторые различия, которые позволяли заключить, что реакция на алкоголь находится под генетическим контролем.

Изучался также эффект алкоголя у лиц с разными вариантами ЭЭГ в состоянии покоя. В том случае, когда генетически детерминированная картина ЭЭГ характеризовалась низкоамплитудной, высокочастотной активностью, алкоголь сдвигал плотность распределения волн ЭЭГ в сторону более низких частот. По мнению автора, это является еще одним доказательством генетической обусловленности эффектов алкоголя.

При исследовании особенностей ЭЭГ у больных алкоголизмом и их родственников установили, что мужчины, больные алкоголизмом, не отличались существенно от лиц контрольной группы, как и их родственники. У женщин обнаружены в среднем менее синхронизированные ЭЭГ Это объяснялось тем, что в развитии алкоголизма у женщин психопатологические расстройства, которые, видимо, и отразились на ЭЭГ, играли более важную роль, чем при развитии алкоголизма у мужчин. Недостаточная синхронизация ЭЭГ неспецифична для алкоголизма.

Изучение нарушений электрической активности коры у больных алкоголизмом и у детей от родителей-алкоголиков путем регистрации вызванных корковых потенциалов на периферические стимулы проводилось Ю.Л. Арзумановым (2001, 2003). Результаты показали, что хроническая алкогольная интоксикация сопровождается торможением корковой активности в виде увеличения скрытого периода (lag-period) и уменьшения амплитуды позднего компонента Р300 в ассоциативной области правого полушария и в центральной области левого полушария.

Дисперсионный анализ показал достоверные различия продолжительности скрытого периода поздней волны Р300 у больных алкоголизмом и у здоровых испытуемых во всех регистрируемых зонах, но в области правого полушария нарушения электропроводимости были значительно более выражены, чем в левом, вплоть до инверсии скрытых периодов волны Р300 в ответ на предъявленный периферический раздражитель.

Это связывают с нарушениями функционирования зрительно-пространственного анализатора и в целом функции правого полушария, что находит отражение в клинических признаках снижения способности к концентрации и устойчивости внимания, а также с угнетением под действием алкоголя неспецифических активирующих влияний на ретикулярную формацию ствола мозга. Примечательно, что тем же методом и у детей из группы высокого риска заболевания алкоголизмом найдены изменения функционального состояния коры головного мозга и межполушарных взаимодействий, подобные изменениям у больных алкоголизмом.

Выявленные диссоциации по величине скрытого периода волны Р300 в центральных областях левого и правого полушарий объясняют нарушения когнитивных функций у детей больных алкоголизмом и могут рассматриваться как диагностический маркер, прогностический признак развития тяжелых корковых нарушений при алкоголизации. Поскольку нарушения были более выражены в правом полушарии мозга, это позволяет полагать, по мнению авторов, что снижение активности коры головного мозга, смещение межполушарной асимметрии и ослабление когнитивных функций (проявляющиеся в вышеуказанных изменениях волны Р300) имеют наследственный характер и могут рассматриваться как нейрофизиологические маркеры врожденной индивидуальной предрасположенности к зависимости от психоактивных веществ (ПАВ).

Используя метод спектрального анализа ЭЭГ, J.Volavka и V.Pollock (1985) сравнили динамику мощности в диапазонах быстрых (МБАВ) и медленных aльфа-волн (ММАВ) как у здоровых лиц с риском возникновения алкоголизма (дети больных алкоголизмом), так и у испытуемых контрольной группы после употребления ими этанола в дозе 0,5 г/кг. В группе риска ММАВ оказалась изначально ниже, чем в контрольной.

После нагрузки алкоголем увеличение ММАВ выражено значительно больше в группе риска. МБАВ до приема этанола в обеих группах была равной. После нагрузки отмечалось снижение абсолютной ММАВ, но в группе риска оно было более значительным и продолжалось дольше, чем в контрольной. В группе риска изменения МБАВ в правом полушарии были более выражены по сравнению с изменениями в левом.

Нарушение принципа доминантности левого полушария при алкоголизме было показано также В.Н. Клейном (1984), H.A. Nasrallah и соавт. (1983). Эти отклонения можно рассматривать как результат влияния алкоголя на мозг либо как конституциональную особенность, возможно, предрасполагающую к развитию заболевания.

Таким образом, изменения МБАВ и ММАВ, вызванные приемом этанола, также можно использовать как биологические маркеры чувствительности ЦНС к алкоголю, выявляя таким образом лиц с высокой степенью риска. В этом же плане M.A.Schuckit (1985) и D.W.Goodwin (1985) показали, что лица, имеющие родителей-алкоголиков, проявляют уже в школьном возрасте более высокую толерантность и большую субъективную чувствительность к алкоголю, у них обнаруживаются более высокие концентрации ацетальдегида в крови и более выраженный aльфа-ритм на ЭЭГ после приема алкоголя. В 20-25% случаев они сами заболевают алкоголизмом. Прогнозирование «семейного алкоголизма» особенно актуально, так как заболевание в этих случаях протекает исключительно злокачественно, имеет более серьезные осложнения и худший прогноз после лечения.

А.Е.Бобровым (1986) предложен способ диагностики алкоголизма путем исследования ЭЭГ, записанной в момент предъявления испытуемому зрительных раздражителей, один из которых имеет алкогольную тематику. Если после сопоставления ответных реакций на раздражители выявлено превышение спектральной мощности ЭЭГ на зрительные раздражители с алкогольной тематикой, диагностируют алкоголизм.

С целью повышения точности диагностики А.Е.Бобровым и А.И.Бобровым (1987) был предложен способ регистрации и анализа ЭЭГ до и после нагрузки этанолом в дозе (0,5±0,05) г/кг. Через 40-50 мин после внутривенного введения алкоголя экспортируемым определяют показатели межполушарной асимметрии суммарной мощности ЭЭГ в интервале 0,5-32 Гц по каждому отведению и мощности в диапазоне альфа-ритма 7-13 Гц по каждому отведению.

При увеличении межполушарной асимметрии более чем на 20% по сравнению с показателями до введения этанола диагностируют алкоголизм. Однако необходимо отметить, что все тесты на чувствительность к алкоголю, связанные с введением вещества в организм, являются нефизиологичными и, кроме того, интерпретация результатов часто неоднозначна из-за сопутствующих соматических патологий больных алкоголизмом.

Аналогичное исследование, но с предъявлением нетоксичных раздражителей и с изучением большего комплекса психофизиологических методик (ЭЭГ, ЭКГ, частота сердечных сокращений, сопротивление кожи, частота дыхания, глазных движений) и использованием вербальных раздражителей было проведено А.В. Немцовым (1985). Результаты исследования показали, что у злоупотребляющих алкоголем подростков и взрослых слоговые раздражители слабо дифференцируют отношение субъекта к алкоголю.

Значительно лучших результатов можно добиться с помощью предъявления законченных слов: у всех больных, у которых клинически удалось выявить влечение к алкоголю, наблюдались отчетливые реакции на слова, обозначающие алкогольные напитки, в виде изменения электрического сопротивления кожи, и (или) частоты сердечных сокращений, и (или) ритма дыхания.

Особенно важно, что в условиях комплексного психофизиологического исследования влечение к алкоголю выявлялось и тогда, когда скрывалось больными по тем или другим причинам (но выявлялось позже в связи с нарушением алкогольного режима в стационаре). Психофизиологическое исследование позволяло также распознать актуальную для подростков неалкогольную тематику.

Автор отмечает сложность количественной психофизиологической оценки влечения к алкоголю из-за того, что при сильно выраженном влечении после алкогольнозначимого слова, вызывающего большую реакцию, последующие несколько индифферентных слов также могли вызвать реакцию. Другая сложность возникала при обследовании больных с невротической симптоматикой, у которых не наступало привыкания к индифферентным раздражителям, и словам в частности.

Это требовало измерения множества всяких реакций и проведения соответствующих вычислений для оценки влечения к алкоголю. Оказалось, что только комплекс методик обеспечивает надежные результаты, так как для разных больных диагностически информативными могут быть иногда разные методики и показатели.

В литературе имеются указания на более частое поражение левого полушария мозга при хроническом злоупотреблении алкоголем. Так, D.McShane, M.L.Willenbring (1984) изучали асимметрию мозга у лиц с различной интенсивностью алкоголизации. За отклонение от нормы в морфологии мозга при компьютерной томографии принимали показатели различий, превышавшие 2 мм.

У всех злоупотребляющих алкоголем отмечено правостороннее увеличение ширины затылочных долей мозга. Однако пока остается неясным, являются ли найденные изменения выражением предрасположенности к алкоголизму, следствием его или и тем и другим вместе; а также почему этанол поражает преимущественно одни области головного мозга, а не другие.

Благодаря использованию компьютерной томографии удалось увидеть уменьшение объема мозговой ткани и более точно определить анатомическую область и морфологический субстрат поражения у лиц, постоянно злоупотребляющих алкоголем. Определенные факты свидетельствуют о том, что величина дефицита мозговой ткани пропорциональна количеству употребляемого алкоголя.

Уменьшение мозговой ткани, сопровождающее злоупотребление алкоголем, может регрессировать во время длительной абстиненции. Однако этот процесс связан не с появлением новых нейронов, а, скорее всего, с размножением клеток основы или ростом аксонов или дендритов оставшихся клеток. Доказано, что наблюдаемый прирост мозговой ткани не приводит к восстановлению неврологических функций у сохраняющих трезвость алкогользависимых пациентов.

Использование метода магнитного резонанса (МР, magnetic resonance imaging) дает возможность рассмотреть мозговую ткань в нескольких проекциях при минимальных артефактах. Техника МР подтвердила, что у алкоголезависимых пациентов мозговая ткань уменьшается в размере за счет потери нейронов. Особенно заметно уменьшение сосочковых тел.

Представленные результаты MPT- и КТ-исследования головного мозга больных алкоголизмом отражают разнообразные морфологические изменения, которые, при всей их пестроте, можно распределить по группам тяжести на основе соотношения нарушений в коре головного мозга и остальных мозговых образованиях.

Первая группа характеризуется небольшими атрофическими изменениями коры головного мозга и отсутствием изменений в остальных структурах. Во второй отмечаются более существенные признаки атрофии мозговой коры, которым сопутствуют атрофические изменения паравентрикулярных подкорковых структур. В третьей – еще более тяжелые атрофические изменения коры мозга и подкорковых структур, к которым добавляются признаки атрофии мозжечка. Четвертая группа характеризуется обратными соотношениями: незначительные изменения мозговой коры, близкие к тем, которые наблюдались в первой группе, сопровождаются выраженной патологией мозжечка, заметными атрофическими изменениями в околожелудочковых структурах и, кроме того, мелкоочаговыми изменениями в области базальных и красных ядер.

Техникой, используемой для наблюдения за функциональной активностью мозга, является компьютерная томография единичного фотона (SPECT – single photon emission computed tomography) и позитронно-эмиссионная томография (PET – positron emission tomography). При обследовании непьющих лиц было обнаружено, что употребление алкоголя ведет к общему угнетению активности мозговой ткани. Подобные результаты обнаружены при обследовании абстинентов.

Полностью не выяснено, являются ли данные различия следствием проявления познавательных процессов. При помощи РЕТ можно исследовать процессы захвата нейромедиаторов в синапсах мозговой ткани.

Перечисленные технологии начинают широко применяться в наркологической практике для исследования индивидуальной чувствительности к алкоголю. Помимо этого их можно использовать для описания степени толерантности к алкоголю у лиц, злоупотребляющих алкоголем. Скорее, изменение активности избранных областей мозга может быть полезным для установления алкогольной зависимости и предрасположенности к ней.

Одним из перспективных направлений в диагностике органопатологии при алкоголизме является использование радионуклидных методов. Г.П. Колупаевым и соавт. (1980) была предложена для этих целей радиоизотопная гепатография. Исходя из того, что печень является центральным звеном в метаболизме алкоголя и основным барьером на пути проникновения в организм продуктов его окисления, особое внимание обращалось на функциональное состояние печени, играющей исключительно важную роль в патогенезе алкогольной болезни.

Для определения уровня накопления азота в печени была использована трехканальная радиометрическая установка «Гамма» (Венгерская Республика) с самопишущим гальванометром типа Н-320/3. Характер кривой поглощения изотопа печенью, клиренс крови и поступление индикатора в кишечник регистрировались датчиками с коллиматорами, установленными над печенью. Результаты радиогепатографических исследований у больных алкоголизмом I-II стадии обнаружили ускорение поглотительно-выделительной функции печени в 96,3% случаев.

Это явление было обозначено авторами как «раздраженная печень». Описаны два типа гепатограмм, характерных только для хронической интоксикации алкоголем: типичная (тип А) и типично-осложненная (тип Б).

Показательно, что даже во время и после 2-4 лет стойкой ремиссии сохраняется ускорение поглотительно-выделительной функции печени, изменяется лишь соотношение гепатограмм типа А и Б. В ходе динамических исследований у одних и тех же больных была выявлена положительная динамика функционального состояния печени.

Удельный вес гепатограмм типа А возрастал с 28,6 до 51% в период лечения и до 81,7% после длительной ремиссии. В то же время число больных с типично-осложненной гепатограммой (тип Б) резко снижалось в период лечения и становления ремиссии (71 и 12,2% соответственно).

Анализ результатов свидетельствует о том, что, несмотря на положительную динамику функционального состояния печени, у больных алкоголизмом длительное время остается индуцированная поглотительно-выделительная функция, находящаяся в одной патогенетической цепи с ранее сформировавшейся зависимостью от алкоголя. Эти данные подтверждаются при изучении экскреторной функции печени больных алкоголизмом с применением внутривенно вводимого бромсульфалеинового красителя и соответствует гиперметаболическому синдрому, описанному другими авторами, изучавшими особенности морфофункционального состояния печени при злоупотреблении алкоголем.

Более того, как считает Г.П. Колупаев (1981), приобретенное свойство печени к ускоренному метаболизму создает постоянную готовность к рецидивам алкоголизма. Ограничениями для широкого использования в практике вышеописанного метода диагностики алкогольного поражения печени являются его трудоемкость и недостаточная специфичность.

Для того чтобы сделать заключение о функциональном состоянии паренхимы печени, при гепатографии в течение 1 часа производят анализ гепатограмм по восьми параметрам с использованием трех формул. Кроме того, показатели гепатограмм могут существенным образом искажаться при многих острых и хронических заболеваниях неалкогольной этиологии (например, при острых и хронических гепатохолециститах, желчно-каменной болезни, тиреотоксикозе, лимфогранулематозе и др.).

Для упрощения способа и сокращения времени проведения анализа, уменьшения радиационной нагрузки, а также для расширения возможностей ранней диагностики алкоголизма предложено радионуклидное исследование экскреторной функции почек. С помощью изотопной ренографии в условиях наркологического стационара на протяжении 1-2 месяцев была обследована группа из 152 больных алкоголизмом I, II и III стадий в возрасте 16-60 лет.

Радиоизотопные исследования выполнены на базе лаборатории радиоизотопной диагностики Архангельского областного клинического онкологического диспансера. При отборе больных исключались лица с заболеваниями почек в анамнезе, в состоянии алкогольного опьянения, беременные, люди пожилого возраста с тяжелыми соматическими заболеваниями.

Обнаружено достоверное ускорение секреторно-экскреторной функции почек у больных хроническим алкоголизмом по сравнению со здоровыми. Ренографичес- кая кривая при хроническом алкоголизме значительно укорачивается за счет ускорения Тmах и TS почки, что наиболее выражено во II стадии заболевания. Наиболее информативным показателем ренографии оказалось TS.

Примечательно, что возраст больных алкоголизмом существенно не влияет на показатели изотопной ренографии: во всех возрастных группах отмечалось достоверное ускорение секреторно-экскреторной функции почек по сравнению с нормой, а между отдельными возрастными группами различия не выявлены. Этот инструментально регистрируемый феномен особенно значим для диагностики ранних форм алкоголизма, при которых возрастные особенности подростково-юношеского контингента существенно сказываются на клинической картине заболевания.

Другими преимуществами ренографии являются: 1) высокая скорость исследования (на одного больного требуется 7-11 мин); 2) простота обработки данных, так как используется только один параметр (TS) левой и правой почки (для сравнения: при гепатографии – восемь параметров с использованием специальных формул расчета), полученный с двух каналов (при гепатографии – с трех); 3) минимальная доза облучения (в 10 раз ниже, чем при гепатографии, и практически не отличается от фоновой). Это позволило рекомендовать метод для ранней диагностики алкоголизма при массовых обследованиях в качестве теста на скрытый алкоголизм.

Полученные нами данные по ускорению секреторно-экскреторной функции почек при хронической интоксикации алкоголем согласуются с данными, показывающими существенную компенсаторную гиперфункцию (в понимании П.К.Анохина) гепатолиенальной и гепаторенальной систем у больных в развернутой стадии алкоголизма.

В частности, была проиллюстрирована связь ускоренной поглотительно-выделительной функции печени с морфологическими перестройками в микросомах из гепатоцитов, с индукцией микросомальных окислительных реакций, а также связь повышения толерантности к этанолу с алкогольной гепатомегалией. Обнаруженное нами ускорение секреторно-экскреторной функции почек, по-видимому, также является одним из проявлений многопланового защитно-компенсаторного синдрома при алкоголизме.

Известно, что 80% употребляемого алкоголя перерабатывается в печени и около 20% – в почках: сначала с помощью АДГ он окисляется до ацетальдегида (АЦА) (I фаза), который, в свою очередь, с помощью АльДГ превращается в уксусную кислоту (II фаза). Этанол может также метаболизироваться в мембранах гладкого эндоплазматического ретикулума, с помощью МЭОС.

Установлено, что АДГ – АльДГ метаболизирует 3/4 этанола в организме. При алкоголизме происходит индукция активности МЭОС в связи с усилением пролиферации эндоплазматического ретикулума печени и почек.

Данные литературы и материалы собственных исследований заставляют нас пересмотреть тактику медикаментозного лечения больных алкоголизмом, ибо не вызывает сомнения, что изменение темпа метаболических процессов в ткани печени и почек распространяется и на экзогенно вводимые фармакологические препараты. Последние, в зависимости от особенностей превращения в печени и экскреции почками, могут либо избыточно накапливаться, либо нежелательно быстро инактивироваться у больных алкоголизмом разных стадий. Изменение фармакокинетики лекарственных веществ у больных алкоголизмом в аспекте медикаментозной терапии заслуживают отдельного рассмотрения.

Радиоизотопные методы диагностики хронической алкогольной интоксикации особенно перспективны для выявления сознательно скрываемого алкоголизма и его латентных форм, когда нет достоверного объективного анамнеза и четких признаков абстинентного синдрома, а также при судебно-медицинской экспертизе исследуемых на разных этапах заболевания.

Лабораторные методы оценки молекулярных эффектов алкоголя

Начиная с 1980-х гг. в мире развивается новое и перспективное направление лабораторной диагностики алкоголизма – энзимодиагностика.

Наиболее популярным и достоверным показателем считается повышенная активность в крови ГГТ. Было замечено, что активность выше 40 ед./л выявляется у 80% лиц, употребляющих более 60 г этанола в сутки, причем отмечается прямая корреляция между уровнем активности и количеством принимаемого этанола.

Пролиферация эндоплазматического ретикулума клеток печени и индукция микросомальных ферментов – феномен, типичный для действия этанола. Однако активность указанного фермента заметно снижается уже через неделю воздержания от спиртного, что ограничивало его диагностическое применение определенными временными рамками и предопределило ряд усовершенствований этого теста как при использовании в изолированном виде (в виде монотеста), так и в комбинации с другими лабораторными тестами.

Специфичность тестов достаточно высока, однако ложноположительные результаты проявляются у 20-30% лиц, подвергнутых скринингу. Несмотря на то, что тесты ГГТ и СКОЭ могут быть широко использованы, их реальная и точная прогностическая ценность не установлена.

К характерным, но не специфическим признакам систематического употребления этанола относятся повышение активности в крови ACT (более 25 ед./л), отношения альфа-амино-N-масляной кислоты к лейцину и IgA к трансферрину, а также изменение липидного профиля крови: повышение содержания в крови фракции холестерина ЛПВП (липопротеидов высокой плотности), общих триглицеридов (более 2 мкмоль/л), уровня мочевой кислоты (более 300 мкмоль/л).

Описан метод диагностики злоупотребления алкоголем путем определения в сыворотке крови митохондриального изоэнзима ACT, активность которого у больных алкоголизмом избирательно и заметно возрастает. Предложен тест, по которому увеличение отношения активности митохондриальной ACT к общей ACT в 4 раза с вероятностью в 93-100% свидетельствует о злоупотреблении алкоголем.

С целью унификации и повышения точности энзимодиагностики алкоголизма предложено дополнительно к активности ГГТ и ACT определять активность АЛТ (аланинаминотраноферазы) и при определенных градациях повышения активности триады названных ферментов диагностировать стадии алкогольного заболевания.

Так, диагноз «алкоголизм I стадии» устанавливается при увеличении активности ГГТ выше 1,7 М (где М – средняя арифметическая величина активности соответствующих ферментов, рассчитанная в любой лаборатории по показателям контрольной группы здоровых лиц, выраженная в международных единицах активности на 1 л сыворотки или плазмы крови) и при активности ACT в пределах 0,6-1,8 М, a AJIT – 0,7-1,9 М. «Алкоголизм II стадии» диагностируется при увеличении активности ГГТ более 2,1 М и ACT – более 1,6 М на фоне активности AJIT в пределах 0,9-2,2 М.

Приведенный ферментативный способ обеспечивает высокую (до 96%) точность диагностирования, он не требует госпитализации больного, отрыва его от работы, позволяет распознавать болезнь в самом начале ее развития, что, несомненно, способствует повышению эффективности противоалкогольной терапии и профилактике тяжелых медико-социальных последствий алкоголизма.

Вспомогательное диагностическое значение при алкогольной и наркотической зависимости имеет и гематологический тест – определение состава лейкоцитарной формулы крови с интерпретацией фазы неспецифической адаптивной реактивности организма (НАР) по классификации Л.Х.Гаркави с соавт. (1979, 1994). Это НАР «активация», «переактивация», «стресс» и «тренировка».

Было также обнаружено, что увеличение активности ГГТ и ACT при алкоголизме и фаза НАР организма зависят не только от стадии заболевания, но и от состояния больного в период взятия крови для анализа (интоксикация, этапы абстиненции, состояние ремиссии). Наибольшие отклонения от нормы активности ферментов и НАР – стресс и переактивация – отмечались в состоянии абстиненции; сглаженные изменения активности ферментов и НАР – тренировка, активация – в состоянии интоксикации; еще менее выраженные биохимические сдвиги – в периоды непродолжительной ремиссии.

Формирование клинических проявлений абстиненции к началу II стадии алкоголизма, казалось бы, делает менее важным использование относительно специфических энзимологических критериев для диагноза алкоголизма II стадии. Однако за этим скрывается неточное представление о существе энзимологических подходов в диагностике алкоголизма.

Энзимологические критерии не просто служат цели диагноза и не столько отражают степень морфофункциональной пораженности печени алкоголем, сколько являются показателями адаптационных, общеметаболических изменений в организме в целом и даже ранним показателем соматогенных форм алкоголизма на основании выявленных закономерностей энзимопатий у лиц с преимущественными органотропными эффектами алкоголя.

Более глубокие исследования качественного характера ферментопатий, их связи с хронобиологией алкоголизма, избирательной индивидуальной органотропностью алкоголя и в целом – со степенью злокачественности алкоголизма позволяют трактовать этиологию энзимопатий в соответствии со стадиями адаптационно-компенсаторных изменений, с конституциональной толерантностью к алкоголю и общей резистентностью организма.

Важно еще отметить, что специфичность изменений уровня активности ГГТ и ACT при хронической алкогольной интоксикации проявляется именно в динамике, в неустойчивости нарушений, а для ГГТ – в инвертировании циркадного ритма активности и колебаниях суточной активности фермента. В клинико-лабораторных исследованиях было показано, что активность ферментов стабилизируется уже только при воздержании от употребления алкоголя.

Очень важно отметить, что подобного колебания активности этих ферментов при соматических заболеваниях не наблюдается. Колебания ферментемий указывают на их интоксикационное происхождение.

Сам факт колебания ферментных показателей может служить диагностическим признаком (например, тайного употребления) в условиях стационара или при амбулаторных контрольных обследованиях больных в ремиссии и может оказаться ценным при диспансеризации отдельных групп населения. Подчеркивается, что алкоголизм как болезнь в рассматриваемых энзимологических проявлениях характеризуется как патогенетически неустойчивое состояние, особенно – в начале своего формирования. И именно поэтому критерию количественной и биоритмологической неустойчивости ферментных показателей необходимо придавать наибольшее диагностическое значение.

Появление ряда работ, ставящих под сомнение ценность теста гиперферментемии ГГТ как биологического маркера хронической алкогольной интоксикации, может быть связано с несколькими причинами. Главными из них являются отсутствие единой и универсальной классификации стадий алкоголизма (их существует несколько на клинико-синдромальном уровне) и использование разными авторами разных принципов отбора и группирования больных (например, по продолжительности запоев, по «стажу» алкоголизации, по виду и количеству употребляемых спиртных напитков в день, по наличию соматических осложнений и по степени алкогольного заболевания печени и другим признакам), что делает несопоставимыми результаты их исследования.

Из обзоров экспериментальных работ известно об индукции синтеза ГГТ в печени под действием этанола. Поэтому, естественно, предполагалось, что характер употребления алкоголя (эпизодический или систематический его прием и массивность каждой однократной алкоголизации) определяет величину гиперферментемии ГГТ. В то же время, как показано в популяционных исследованиях, гиперферментемия ГГТ связана с повышенной толерантностью к алкоголю, а исходная конституциональная активность ГГТ определяет исходную толерантность к алкоголю.

Практические наблюдения подтвердили возможность использования показателя индекса относительной гиперферментемии (ИГ) для выявления скрываемого употребления алкоголя в форме бытового пьянства и алкоголизма I стадии. Коэффициент корреляции критерия АГГТ с интенсивностью алкоголизации составляет 0,78 (р < 0,001) при апробации его работоспособности в группе из 300 человек (мужчин и женщин), включая клинически отдифференцированные категории больных алкоголизмом I стадии, бытовых пьяниц и практически здоровых лиц, не злоупотребляющих алкоголем.

Следует, однако, учесть, что этот энзиматический критерий может иметь лишь вспомогательное клиническое значение, а при скрининг-тестировании недифференцированных групп – лишь ориентирующее, так как, например, хроническое применение снотворных или противосудорожных средств, содержащих барбитураты, а также контрацептивных средств может поддерживать уровень сывороточной активности ГГТ на сверхмезорных (мезор – среднесуточный уровень активности ГГТ) значениях.

У практически здоровых лиц, особенно в молодом возрасте, и у лиц женского пола, не применяющих снотворные и вышеназванные лекарственные препараты и не имеющих заболеваний печени в анамнезе за последние 3 года, повышенный уровень активности ГГТ может с большой вероятностью указывать на скрываемое злоупотребление алкоголем, не перешедшее пока в алкоголизм.

Одним из маркеров, позволяющих отнести обследуемых к группе риска, является выраженная вазомоторная реакция на алкоголь. Установлено, что покраснение лица в ответ на этанол обусловлено повышением уровня ацетальдегида в крови показали, что испытуемые, имеющие родственников, страдающих алкоголизмом, чаще обнаруживали реакцию покраснения лица при приеме алкоголя.

Реакция покраснения лица коррелировала с уровнем ацетальдегида в крови, частотой сердечных сокращений и температурой тела. Более высокие, чем в популяции, уровни ацетальдегида после приема алкоголя могут обеспечивать взаимодействие его с биогенными аминами мозга, индуцируя продукцию морфиноподобных алкалоидов, например, тетрагидропапаверина.

Это может объяснять усиление влечения к спиртному и обусловливать повышенную предрасположенность к алкоголизму. Однако исследованиями последних лет доказано, что не только изменения, вызванные употреблением алкоголя, могут индуцировать влечение к алкоголю и развитие алкоголизма, но и первичные дисметаболические состояния, в частности, в системе нейромедиаторного обмена.

Существуют биологические концепции, соответственно которым в основе возникновения влечения к алкоголю, создания психической и физической зависимости от него лежат изменения в обмене катехоламинов (нейрохимических медиаторов проведения импульсов в адренергических синапсах), образование при их нарушенном обмене морфиноподобных веществ. Первичными факторами, вызывающими угнетение метаболизма биогенных аминов, являются сам этанол и промежуточные продукты его окисления в организме.

Как говорилось выше, наиболее физиологически и химически активным веществом, образующимся при окислении алкоголя в организме, является ацетальдегид, который в концентрации 30-100 мкмоль/л способен нарушать нормальный обмен биогенных аминов и эндогенных опиатов, приводит к образованию экзогенных морфиноподобных веществ (тетрагидроизохинолинов) – продуктов конденсации не полностью окисленных биогенных аминов и ацетальдегида.

Важное место в энзимодиагностике алкогольной патологии принадлежит определению статуса систем метаболизма самого этанола. Образующийся в избытке при злоупотреблении алкоголем ацетальдегид связывается с клеточной оболочкой эритроцитов, с гемоглобином, с альбуминами и другими тканевыми составляющими. Ряд исследований посвящен разработке диагностических тестов, основанных на определении этих комплексов и их связи со степенью злоупотребления алкоголем.

С прогрессированием злоупотребления алкоголем концентрация ацетальдегида в крови возрастает, что связано с несинхронным угнетением активности алкогольдегидрогеназы (АДГ) и альдегиддегидрогеназы (АльДГ). Активность АДГ увеличивается в начальный период хронической алкогольной интоксикации, затем начинает постепенно снижаться со скоростью в 2 раза меньшей, чем предшествующий рост.

В это же время активность АльДГ начинает уменьшаться раньше и быстрее, чем активность АДГ. Б.М.Кершенгольц и соавт. (1980, 1981) показали, что наблюдаемое увеличение концентрации ацетальдегида в крови при длительной алкогольной интоксикации обусловлено более чем на 80% изменением соотношения активности АльДГ и АДГ печени.

Значительное уменьшение активности АльДГ в сыворотке крови человека (в 2,2-6 раз) отмечается уже в начале злоупотребления алкоголем без зависимости. Именно уменьшение активности АльДГ является основной причиной нарушения способности организма утилизировать этанол без образования высоких стационарных концентраций ацетальдегида, что приводит к нарушению метаболизма биогенных аминов и сопровождается развитием зависимости от алкоголя.

Б.М. Кершенгольц и Е.В. Серкина (1980) предложили способ диагностики и прогнозирования алкоголизма, основанный на определении соотношения активности АДГ и АльДГ на высокочувствительном регистрирующем спектрофотометре. Выявление группы риска в отношении алкоголизма среди детей или среди взрослых-неалкоголиков основано на том, что при низкой биохимической толерантности к алкоголю, как и при алкоголизме, снижается активность в первую очередь АльДГ печени и крови.

Наиболее доступным для диагностики материалом является в данном случае сыворотка крови. В норме, поданным Б.М. Кершенгольца, активность АльДГ сыворотки составляет у мужчин 17-23 нмоль/мин на 1 мл сыворотки (колебания зависят от генетико-популяционных факторов), у женщин – 8-12 нмоль/мин на 1 мл сыворотки.

При алкоголизме I стадии активность АльДГ сыворотки стабильно снижена до 8-10 нмоль/мин у мужчин и 5-6 нмоль/мин у женщин, II стадии алкоголизма – до 2—4 нмоль/мин у мужчин и женщин. Активность АльДГ сыворотки стабильно снижена и при некоторых психических заболеваниях (например, при аффективных состояниях, возникающих в структуре ряда форм шизофрении), но не столь значительно, как при алкоголизме.

У детей (или у взрослых-неалкоголиков) выявленное снижение активности АльДГ в 80-100% случаев коррелировало с отягощенной наследственностью в отношении алкоголизма, что позволяет трактовать снижение активности АльДГ у детей как генетически детерминированную предрасположенность к алкоголизму, способную реализоваться в соответствующих социальных условиях.

Нами проводились исследования активности АльДГ в сыворотке крови больных алкоголизмом, а также взрослых и подростков, не злоупотребляющих. Было обнаружено, что у практически здоровых мальчиков и девочек в возрасте до 17 лет активность АльДГ одинакова, однако при развитии алкоголизма у женщин происходит существенно большее угнетение АльДГ, чем у мужчин.

Возможно, этот факт иллюстрирует «метаболическую составляющую» известной злокачественности женского алкоголизма. Активность АльДГ падала с утяжелением стадии алкоголизма, с увеличением длительности запоев перед поступлением в стационар, с ростом толерантности. Активность фермента была достоверно ниже у больных алкоголизмом с вирусным гепатитом в анамнезе. Угнетению АльДГ способствовало и курсовое лечение нейролептиками.

Химические способы определения активности АДГ и АльДГ, концентрации ацетальдегида довольно трудоемки для массовых профилактических обследований. И.Д.Боенко (1980) разработал метод биологической индикации ацетальдегида, концентрация которого у больных алкоголизмом значительно выше, чем у непьющих. Автор исходит из того, что в формировании реакции Нейгля (образование эритемы вокруг места внутрикожной инъекции 60% этанола у человека, принявшего алкоголь) ведущую роль играет ацетальдегид.

Если вводить вместе со спиртом ацетальдегид в разных соотношениях (5000:1; 2500:1; 1250:1; 625:1; 312,5:1), то у трезвых больных алкоголизмом и лиц, имеющих наследственную отягощенность по отношению к алкоголизму, пороговая доза ацетальдегида, вызывающая положительную реакцию (оцениваемую по поглощению в ультрафиолетовом свете), будет ниже, чем у непьющих и не имеющих наследственной отягощенности. Простота и достаточная чувствительность предлагаемого метода индикации кожной реакции на ацетальдегид позволяют рекомендовать его использование в практике.

Еще более доступной в профилактических и диагностических целях является предложенная японскими исследователями кожная проба с этанолом для выявления недостаточности АльДГ с низкой Кт. На кожу наносится 100 мкл 70% раствора этанола (в качестве контроля 100 мкл воды) и закрывается пластырем. Механизм теста «этанольного пластыря» заключается в том, что на коже под действием ацетальдегида, накапливающегося при окислении этанола с участием АДГ кожи, развивается эритема, что указывает на дефицит АльДГ с низкой Кm, обладающей высоким сродством с ацетальдегидом.

И.В. Бокий и соавт. (1985) предложили в качестве дополнительных критериев в диагностике алкоголизма использовать комплексные данные анализа активности ну незрелых форм. У всех обследуемых отмечался макроцитоз по кривой Прайс-Джонса.

Средний объем эритроцитов (СКОЭ) также увеличивался, однако высота эритроцитов находилась в пределах нормы. В литературе имеются также сведения об изменениях эритроцитарного баланса в динамике длительной экспериментальной алкоТольной интоксикации с несоответствием между интенсивностью гемолиза и эритропоэза, приводящим к анемии.

Анализ уровня плазменного трансферрина (carbohydrate-deficient transferrin, CDT) может использоваться как клинический признак злоупотребления алкоголем. Клиническое применение этого теста с чувствительностью до 91% и специфичностью до 99% дало возможность дифференцировать лиц со злоупотреблениями алкоголем, абстинентов и здоровых людей.

Кроме того, было обнаружено, что уровень CDT соответствует количеству алкоголя, выпитого в течение последнего месяца. Высокая воспроизводимость результатов измерения уровня данного показателя разными способами подтверждает первоначальные данные о том, что уровень CDT является эффективным показателем длительного злоупотребления алкоголем.

Характерным лабораторным признаком длительного злоупотребления алкоголем считается макроцитоз эритроцитов. Увеличение СКОЭ, свидетельствующее о макроцитозе, выявлено у 82-96% больных хроническим алкоголизмом, причем более значительный макроцитоз отмечен при алкоголизме у женщин.

Определение СКОЭ предложено в качестве высокочувствительного скринирующего теста для диагностики алкоголизма и оценки эффективности лечения, особенно у амбулаторно наблюдающихся социально сохранных больных, нередко продолжающих трудовую деятельность.

При использовании тромбоцитарного диагностического теста рекомендуется исключать не связанные с алкоголизацией заболевания, которые могут сопровождаться макроцитозом: гемобластозы, сулидные опухоли, дизэритропоэтические состояния, гемолиз, дефицит витамина В12 или фолатов, синдром нарушенного всасывания, гепатобилиарные заболевания, а также учитывать лечение цитостатическими и противосудорожными средствами.

Надо учитывать, что достоверное увеличение показателя СКОЭ до патологических величин обнаруживается только у больных, ежедневно потребляющих не менее 80-100 г этанола. При этом явления макроцитоза были более выражены у лиц, принимавших крепкие напитки, чем у потребляющих пиво в эквивалентных по алкоголю количествах. При употреблении этанола в дозах менее 80 г в день, а также при воздержании от алкоголизации увеличение СКОЭ не было достоверным, хотя и отмечалось у части больных.

Выраженность макроцитоза при хроническом алкоголизме обычно незначительна (с колебаниями СКОЭ от 100 до 110 фемтолитр), зависит от суточной дозы и продолжительности злоупотребления алкоголем. Макроцитоз обычно не сопровождается анемией, или она умеренно выражена.

Макроциты преимущественно круглой, а не овальной формы. Гиперсегментация ядра нейтрофилов в большинстве случаев отсутствует.

В наших собственных исследованиях с целью изучения изменений эритрона при алкоголизме были обследованы три группы больных в возрасте 18-57 лет: 1) с алкоголизмом II стадии 146 человек; 2) с острым алкогольным галлюцинозом 97; 3) с алкогольным делирием 76.

Все больные обследовались в течение 1-й недели абстиненции на фоне традиционной дезинтоксикационной терапии. Контрольную группу (100 человек) составили мужчины-доноры, у которых анамнестически исключались алкоголизм и употребление спиртных напитков в течение последних 15 суток, а также сердечно-сосудистая патология.

Анализ полученных результатов показал, что в целом число эритроцитов и общее содержание гемоглобина у лиц, страдающих алкоголизмом, находятся в пределах физиологической нормы, хотя по сравнению с контрольной группой их средние значения при II стадии алкоголизма достоверно выше (Р < 0,01), а при психозах существенно ниже. Установлено, что алкоголизм приводит к значительному (Р < 0,001) снижению средней концентрации гемоглобина в отдельно взятом эритроците (СКГЭ) и степени его насыщения, что указывает на изменение скорости синтеза пигмента в эритроидных клетках, иллюстрируя напряженность внутриклеточного метаболизма.

У всех обследованных больных выявлен макроцитоз. Показатель СКОЭ у больных алкоголизмом II стадии колебался в пределах 92,4-118 мкм3 (более 100 мкм3 в 61,6% случаев); при галлюцинозе – в пределах 95-126 мкм3 (более 100 мкм3 – 88,7%), а с наибольшим размахом – при делириях: 92-144 мкм3 (более 100 мкм3 – 90,8%).

Объяснением резкого увеличения СКОЭ при алкоголизме, особенно на высоте психоза, может служить нарушение внутренней среды клетки за счет экстремальных воздействий, характеризующееся потерей калия и увеличением поступления в клетку натрия и воды. Поскольку одновременно существенно уменьшается СКГЭ, затрудняется трансмембранный обмен кислорода в тканях, что проявляется симптомами тканевой гипоксии.

Дополнительно нами были проанализированы результаты исследования СКОЭ у 1 868 больных хроническим алкоголизмом, поступивших в наркологическое отделение в состоянии без психотических расстройств. Корреляционный анализ связи между числом выходных дней в месяце, провоцирующих рецидивы и существенно влияющих на длительность абузусов, и числом больных, у которых СКОЭ оказывался выше 100 мкм3, обнаружил высокую прямую зависимость, а с увеличением СКОЭ более 104 мкм3 корреляция оказалась еще более показательной. Эти данные отражают связь между частотой и продолжительностью алкогольных запоев и нарушениями морфофункционального состояния клеток крови у больных алкоголизмом.

Определение инсулинсодержащих эритроцитов (ИСЭ) характеризует их инсулиндепонирующую функцию. Оказалось, что у больных алкоголизмом II стадии уровень ИСЭ составляет в среднем (60,1±2,38)% при норме 60-80%.

Обращает на себя внимание тот факт, что у 60% больных уровень ИСЭ ниже нормы и лишь у 10% – выше нормы, что может быть связано как с сопутствующим алкоголизму нарушением функции поджелудочной железы, так и с изменением рецепции в эритроцитах при алкоголизме. Кроме того, надо учитывать, что интоксикация этанолом стимулирует высвобождение контринсулярных гормонов, усиливая распад гликогена и приводя к гипергликемии, которая, в свою очередь, стимулирует выход инсулина из эритроцитов, уменьшая количество ИСЭ в крови.

Известно, что увеличение pH крови (в частности, увеличение содержания молочной кислоты в крови) ведет к снижению уровня инсулинсодержащих эритроцитов, а прием больших доз алкоголя вызывает значительный выброс в кровь ферментов из поджелудочной железы, печени, мышц. Наши данные позволяют предположить, что происходит и утечка инсулина из эритроцитов в плазму, так как этанол и особенно ацетальдегид повышают свойство текучести клеточных мембран и нарушают их регулирующую роль в метаболическом балансе.

А.Б. Чемный (1982) предложил иммунологический метод диагностики хронического алкоголизма, состоящий в одновременном определении уровня бактерицидной активности сыворотки крови и содержания b-лизина, и с его помощью показал, что у больных алкоголизмом как во время лечения, так и в состоянии ремиссии более года достоверно снижены и уровень бактерицидной активности, и содержание b-лизина крови.

С.П. Гарницкий (1982) использует способ дифференциальной диагностики форм алкогольного делирия. Для этого в организм больного вводят воду до утоления жажды, затем этиловый спирт. После этого регистрируют движения губ. При наличии сосательных движений диагностируют депривационный алкогольный делирий, а при их отсутствии – диссомнический. Способ позволяет выделить различающиеся по механизму возникновения и развития депривационную и диссомническую формы алкогольного делирия, требующие разного терапевтического подхода к купированию этих состояний.

Г.В. Морозов и Н.Н. Боголепов (1984) предложили способ прогнозирования тяжести и продолжительности острых алкогольных психозов. На основании анализа динамики клинико-биохимических параллелей они показали, что наиболее информативным критерием неблагоприятного ближайшего прогноза острых алкогольных психозов является сдвиг внутриклеточной концентрации ионов в виде повышения содержания натрия или снижения концентрации калия в эритроцитах.

Причем тяжесть состояния в основном коррелирует с повышением уровня натрия, а тенденция к затяжному течению психоза – со снижением калия в эритроцитах. Сочетание же данных нарушений, сопровождаемое существенным (более чем на 40-50%) снижением активности Na+, К+-зависимой АТФ-азы в эритроцитах, позволяет прогнозировать особенно тяжелое и длительное течение психоза.

Это сочетание является основанием для оказания подобным больным полного объема неотложной психиатрической помощи (включая методы специальной детоксикации в виде гемосорбции, энтеросорбции, плазмофереза, гипербарической оксигенации, ЭХО- трансфузии), не дожидаясь развития у них критических состояний. При этом авторы подчеркивают, что увеличение в эритроцитах концентрации натрия до уровня 25 ммоль/л и более предвещает отек мозга и требует безотлагательной коррекции и предупреждающей терапии.

Можно полагать, что широкое внедрение в психиатрическую практику описанного способа прогнозирования состояния больных алкоголизмом будет способствовать совершенствованию как неотложной помощи больным с острыми алкогольными психозами, так и ранней профилактике возможных тяжелых осложнений.

Одним из способов диагностики алкоголизма является определение биологической активности крови с помощью методик клеточных и тканевых культур. По данным некоторых авторов, влияние сыворотки крови на рост культур зависит от общего содержания в ней белка, фосфолипидов, холестерина, жирных кислот и соотношения белковых фракций. Оно может также определяться изменением содержания в крови гормонов и веществ, имеющих свободные сульфгидрильные группы.

Известны изменения биологической активности сыворотки крови человека при некоторых соматических заболеваниях, а также у больных алкоголизмом. Было показано, что внутривенное введение 5-6 мл сыворотки крови больных в состоянии абстиненции вызывает у здоровых испытуемых отчетливое ухудшение самочувствия и появление вегетативных симптомов алкогольной абстиненции. Та же сыворотка крови, введенная испытуемым в состоянии опьянения, оказывает быстрый протрезвляющий эффект.

В.П. Пащенко, П.И. Сидоров, Н.С. Ишеков (1981, 1984) установили, что влияние сыворотки крови больных алкоголизмом на репродуктивную активность фибробластов эмбрионов человека (РА-ФЭЧ) в клеточной культуре зависит от фазы абстиненции. За одинаковый период культивирования рост культуры фибробластов при добавлении сыворотки крови больных алкоголизмом (в расчете на 2 мл среды) составил (491±14) тыс. клеток, по сравнению с контролем (добавлением сыворотки крови здоровых) — (433±14,3) тыс. клеток (t=3,03).

Между РА-ФЭЧ и длительностью абстиненции была обнаружена выраженная обратная корреляционная зависимость. Статистически достоверный стимулирующий биологический эффект сыворотки крови больных хроническим алкоголизмом по сравнению с сывороткой практически здоровых, не злоупотреблявших алкоголем, сохранялся в течение 1 месяца абстиненции.

Таким образом, было показано, что сыворотка больных алкоголизмом в течение первого месяца воздержания от приема алкоголя оказывает более существенное активирующее влияние на РА-ФЭЧ, чем сыворотка крови больных в поздние сроки абстиненции, и в целом выше по сравнению с этим же показателем в контрольной ipynne. Эти данные в сочетании с другими маркерами заболевания имеют определенную диагностическую ценность. Они могут свидетельствовать о развитии определенных деструктивных и регенерационных процессов у больных в зените заболевания, что сопровождается увеличением содержания в крови биологически активных веществ, стимулирующих митотическую активность клеток.

Позже с использованием методики тканевых культур была также изучена особенность влияния сыворотки крови больных алкоголизмом на рост печеночных клеток в первичной культуре. Подсчет соотношения разных типов гепатоцитов в зоне роста обнаружил, что в присутствии крови больных алкоголизмом образуется существенно больше лимфоцитов и фибробласто-подобных клеток, достоверно меньше эпителиоидноподобных клеток по сравнению с ростом этих клеточных элементов в контроле (при добавлении в культуру гепатоцитов сыворотки крови практически здоровых студентов).

Полученные результаты указывают на значительные качественные особенности роста культуры печени в присутствии сыворотки крови больных алкоголизмом, проявляющиеся угнетением роста паренхиматозных печеночных клеток и стимуляцией роста фи- бробластоподобных клеток, и особенно лимфоцитов. Поскольку развитие алкогольного поражения печени сопровождается мобилизацией иммунологических механизмов, обнаруженная стимуляция в культуре гепатоцитов лимфоцитарной активности подтверждает эту концепцию и доказывает объективно роль гуморальных факторов в органопатологии при алкоголизме.

И.К. Сосиным (1986) разработан способ диагностики алкоголизма, при котором у пациента производят соскоб буккального эпителия дважды с интервалом в 1 сут с последующим его внутриклеточным микроэлектрофорезом. Далее определяют процентное отношение подвижных клеточных ядер к общему их количеству, и при уменьшении числа подвижных ядер в двух определениях более чем на 30% по сравнению с возрастной нормой диагностируют алкоголизм.

Разными авторами доказано, что для заключения о систематическом употреблении алкоголя большое значение имеет проведение анализов в динамике, особенно в условиях, когда возможность употребления алкоголя заведомо исключается. В таком случае изменения, причиной которых является алкоголь, обязательно подвергаются обратному развитию без каких-либо специальных терапевтических мероприятий.

Например, M.W.Bernadt и соавт. (1984) полагают достаточным для заключения о систематическом употреблении алкоголя факта нормализации на 2-3-й день воздержания изначально повышенной активности глутаматдегидрогеназы печени. Прекращение употребления алкоголя ведет к нормализации активности ГГТ крови через 7-10 (иногда более) дней.

Нормализация показателя СКОЭ осуществляется за 2,5-3 мес., что соответствует времени жизни одного поколения эритроцитов. Отсутствие нормализации исследуемых признаков указывает на продолжающееся употребление алкоголя либо на «неалкогольное» происхождение выявленных нарушений.

Одним из направлений повышения эффективности лабораторного скрининга алкоголизма является одновременная комплексная оценка нескольких биологических маркеров. Наиболее часто используются два теста: уровень углеводдефицитного плазменного трансферрина (carbohydrate-deficient transferrin, CDT) и отношение активности митохондриальной аспарагиновой аминотрансферазы (мАСТ) к общей ACT.

Норвежские исследователи (Gjerde Н. et al. 1986, 1987) сравнили шесть биологических маркеров чрезмерного употребления алкоголя: активность AJIT, ACT, ГГТ, величину СКОЭ, содержание ХЛПВП и дефицитного по углеводам трансферрина (ДУТ). Было обнаружено, что ДУТ является наиболее надежным показателем не только для оценки употребления этанола, но и для контроля за воздержанием в ходе лечения алкоголизма. Показатели ДУТ в норме составили 26-74 мг/л, существенно повышаясь при злоупотреблении алкоголем.

Эти данные подтверждают шведские, американские и финские исследователи (Stibler Н. et al., 1987; Sillanaukee P. et al., 1994; Allen J.P. et al., 1994), обнаружившие высокие (91%) показатели чувствительности теста с ДУТ при обследовании большого контингента потребляющих алкоголь и злоупотребляющих им.

Чувствительность комбинированных тестов на злоупотребление алкоголем, по данным разных авторов, существенно – от 50 до 100% – колеблется и в различной степени коррелирует с выраженностью клинических симптомов заболевания. Т.В. Чернобровкина в своей монографии (1992) приводит подробный анализ характера и механизмов развития различных энзимопатий при алкоголизме.

Автор подчеркивает, в частности, что на фоне общей тенденции к увеличению активности сывороточной ГГТ у больных алкоголизмом индивидуальный характер этой энзимопатии при злоупотреблении алкоголем мозаичен и по количественной выраженности, и по темпам развития. Существенную роль при этом играют давность и массивность алкоголизации, наличие сопутствующих заболеваний внутренних органов, а также генетические и средовые факторы, определяющие биохимическую конституцию индивида в эволюции.

Установлено также, что чувствительность монотеста активности ГГТ при алкоголизме не превышает в среднем 40% (по данным ряда авторов, она колеблется от 26 до 95%). В комбинации же с другими тестами (ACT и уровнем алкоголя в крови, величиной среднего объема эритроцитов – СОЭ и др.) чувствительность теста достигает 92-100%.

В ряде исследований была предпринята попытка сравнительного изучения чувствительности и эффективности различных типов скринирующих методик в целях раннего выявления проблемного пьянства и алкоголизма. M.W.Bernadt и соавт. (1982), сравнив эффективность восьми лабораторных тестов и трех коротких опросников, обнаружили большую эффективность опросников (MAST, CAGE) в идентификации больных алкоголизмом по сравнению с идентификацией только лабораторными методами.

Это же мнение подтверждают H.Kristenson и соавт. (1981), показавшие более слабую чувствительность теста ГГТ по сравнению с MAST у психически больных. М. Лукомская (2000) подчеркивает перспективность использования комбинированных объективных лабораторных тестов и опросников в диагностических и прогностических исследованиях алкогольной зависимости.

Н.Skinner (1979), обследовав больных алкоголизмом с помощью замаскированного опросника о травматологическом анамнезе и параллельного определения у них показателей ГГТ, холестерина ЛВП, СКОЭ, выявил, что с помощью опросника идентифицируются 70% проблемных пьяниц, тогда как чувствительность лабораторных тестов составляет лишь 26-40%.

Лабораторные тесты оказываются эффективными в выявлении поздних стадий хронического алкоголизма в связи с устоявшимися интоксикационными нарушениями и органопатологическими последствиями хронической алкогольной интоксикации. В то же время другие авторы, рассматривая метаболические проявления алкоголизации в свете адаптациогенеза, подчеркивают высокую диагностическую информативность ферментных и других лабораторных тестов на ранних этапах формирования алкоголизма.

Некоторые из лабораторных тестов максимально чувствительны на ранних этапах хронической алкогольной интоксикации, а другие – на этапах алкогольного поражения органов (I и II стадии алкоголизма). Более того, разработан и рекомендован Минздравом РФ биохимический способ дифференциальной диагностики бытового пьянства я стадий алкоголизма.

Способ основан на выявлении повышенного показателя коэффициента гиперферментемии ГГТ, рассчитываемого с учетом взаимодействия эффекта индукции алкоголем и скорости естественного обновления фермента в крови злоупотребляющих алкоголем на разных этапах (эпизодической и систематической алкоголизации).

Необходимо подчеркнуть, что при всей богатой информации о биохимических нарушениях при злоупотреблении алкоголем до сих пор в научной и научно-практи- ческой литературе нередко смешиваются понятия диагностика алкоголизма и диагностика алкогольного поражения внутренних органов (чаще печени). Понятно, что в терминальных стадиях алкоголизма эти понятия органично и феноменологически сливаются, но на начальных стадиях заболевания понятия и методы их идентификации должны четко дифференцироваться.

Приведенные многочисленные данные свидетельствуют о необходимости и возможности адекватного использования различных скринирующих методик на различных этапах алкоголизации и алкоголизма. Опросники более чувствительны, и обследование с их помощью менее трудоемко, однако их простота сохраняет возможность сознательной фальсификации и бессознательного отрицания.

В то же время следует подчеркнуть, что опросники требуют обязательной адаптации к культурным и профессиональным, возрастным и половым особенностям обследуемого контингента. Объективность лабораторных индикаторов при популяционном скрининге приобретает в таких случаях особую ценность.

В современной ситуации наиболее продуктивным направлением повышения надежности скрининга алкоголизма является сочетание опросников с лабораторными методами, что намного экономичней комбинаций только биологических маркеров. Предлагаются различные «скринирующие батареи», в которых комбинируются короткие опросники (типа MAST и CAGE), биохимические методы (ГГТ, холестерин ЛВП, СКОЭ и др.), клинические и анамнестические данные.

Сочетание опросников и лабораторных тестов повышает надежность диагностики злоупотребления алкоголем до 76-89%. В последние годы отмечается довольно своеобразная тенденция: с увеличением числа национальных модификаций ведущих скрининговых тестов увеличивается и число свидетельств об их возрастающей надежности. Например, MAST выявляет алкоголизм в 90% случаев, а на долю ложноположительных испанская модификация диагнозов приходится лишь 2%.

В настоящее время все большее количество экспериментальных данных показывает, что повышенная готовность к систематическому употреблению алкоголя не является следствием особенностей какого-либо одного метаболического звена. Поэтому любые лабораторные методы могут оцениваться и использоваться лишь в комплексе с клиническими наблюдениями, анамнестическими сведениями и другими объективными данными. Они дополняют и расширяют диагностические возможности современной клинической наркологии и ее направления – наркологической превентологии.

Публикуется по: Сидоров П.И. Наркологическая превентология.

Похожие записи

Оставить комментарий

http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_bye.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_good.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_negative.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_scratch.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_wacko.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_yahoo.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_cool.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_heart.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_rose.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_smile.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_whistle3.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_yes.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_cry.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_mail.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_sad.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_unsure.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_wink.gif 
 
Стопалкоголь-Элит
Восстанавливающие

Отзывы пациентов

Отзыв Николая: «Год назад я прошел сеанс по методу снятия подсознательных барьеров в центре В.А. Цыганкова. После этого сеанса весь год не пил, чувствовал себя хорошо. Сейчас пришел вновь, чтобы пройти такой же сеанс».

Отзыв Тамары: «Мне было очень плохо, и я не могла решить свою проблему с выпивками самостоятельно. Пришла на прием к Владимиру Анатольевичу Цыганкову и за один сеанс я почувствовала себя намного лучше. На душе стало спокойно, настроение улучшилось, нет тяги к алкоголю. Могу сама жить без спиртного и чувствовать радость от того, что способна управлять своей жизнью».

Отзыв Павла: «Поставил защиту от алкоголя полгода назад. Получил хорошее самочувствие, начал сбрасывать лишний вес, да и в семье все наладилось. Решил поставить защиту еще на год. Благодарю сотрудников центра Владимира Цыганкова за вниматеьное отношение и квалифицированную помощь!».

Отзыв Степана Тимофеевича: «Я пил почти каждый день долгие годы. Потом принял решение поставить защиту от алкоголя и не нуждаться в нем больше. Но для того, чтобы поставить защиту от алкоголя требовалось не пить семь дней, а я не мог уже и одного дня не пить. Помог мне «Стопалкоголь-Элит». Я стал пить отвар этого фитосбора и уже через несколько дней заметил, что заметно снизилась тяга к алкоголю, самочувствие стало лучше. Я сделал над собой небольшое усилие, не пил семь дней и записался на сеанс постановки защиты по методу снятия подсознательных барьеров в центр Владимира Анатольевича Цыганкова. После этого не пью уже 8 лет. Я очень благодарен В.А. Цыганкову. Дай Бог ему много лет жизни и хорошего здоровья!»

Отзыв Алексея: «Мне хочется выразить благодарность Владимиру Анатольевичу Цыганкову за то, что он помог мне остановить мое пьянство три года тому назад. Дай Вам Бог здоровья и долгих лет жизни, уважаемый Владимир Анатольевич! Мне помог «Стопалкогль-Элит» и восстанавливающие фитосборы».

Отзыв Татьяны: «Метод снятия подсознательных барьеров – замечательный. Жизнь кардинально изменилась в лучшую сторону, улучшилось психологическое состояние, абсолютно исчезла тяга к алкоголю. Прошла тревожность и депрессия. Чувствую себя здоровой. Искренне благодарю всех, кто мне в этом помог!».

Отзыв Михаила: «С благодарностью вспоминаю, как легко и комфортно прошел сеанс по методу безопасного кодирования. Спасибо за возвращение к нормальной жизни! Не пью уже 9 месяцев. Через три месяца приду к вам продлевать защиту от алкоголя еще на год. Благодарю персонал центра Владимира Цыганкова за доброжелательное отношение».

Отзыв Александра Ивановича: «Я пил более 20 лет. Никак не мог остановиться. Слишком сильной была тяга. Но 5 лет назад я смог все-таки бросить пить насовсем. Мне помогли фитосборы «Стопалкоголь-Элит» и «Восстанавливающие». Восстанавливающие сборы оказались особо полезными: восстановилась печень, восстановились почки. Даже врачи удивились. Теперь я к ним уже не хожу и таблетки не принимаю. Уже 5 лет живу трезво. Большое спасибо центру Владимира Цыганкова!»

Отзыв Веры: «Присоединяюсь к добрым отзывам о Владимире Анатольевиче Цыганкове. Я пила долго и много. Два года назад перенесла инфаркт. Именно тогда я пришла к Владимиру Анатольевичу Цыганкову и он поставил мне защиту от алкоголизма. Потом он научил меня управлять своими мыслями и чувствами, научил справляться со стрессами и страхами. Хожу в храм, а вместо алкоголя пью душистые, вкусные и полезные лекарственные травы. Я живу новой, счастливой жизнью».

Отзыв Станислава Михайловича: «Когда я впервые прошел сеанс по методу снятия подсознательных барьеров, то продержался без спиртного недолго - через 9 месяцев начал пить снова, хотя защита от алкоголя была на 1 год. Выпить уговорили друзья, сказали, мол, ничего страшного не произойдет, срок неупотребления уже подходит к концу. По глупости я послушался из выпил... и запои вновь вернулись. Я записался снова в центр Владимира Цыганкова на сеанс по методу снятия подсознательных барьеров. Мне поставили защиту от алкоголя сначала на 6 месяцев, в потом на 1 год. Полтора года уже не пью и чувствую себя прекрасно. Второй раз ошибки не совершу, никому не удастся уговорить меня выпить. Мне этого не хочется и не надо. И поэтому защиту от алкоголя продлю опять».

Отзывы наших пациентов смотрите здесь

Свежие комментарии
Поделитесь ссылкой!

Отзывы родственников наших пациентов

Отзыв Инны: «Мой муж пил три десятка лет. Как я ни пыталась его лечить, ничего не помогало. Когда я обратилась за помощью к Владимиру Анатольевичу Цыганкову, он мне открыл глаза на то, что я себя веду с мужем неправильно. Я поняла, что делать НЕ НАДО, а что делать НУЖНО. А вскоре и муж сам, без какого-либо давления с моей стороны бросил пить и начал лечиться. Благодарю Вас, Владимир Анатольевич! Вы заслуживаете самых добрых отзывов, и самых лучших отзывов заслуживает Ваша профессиональная помощь пьющим людям и их женам».

Отзыв Ирины Ивановны: «Мой сын был запойный, более 10 лет пьянствовал беспробудно. Что я только ни перепробовала, ничего не помогало его вылечить. Но однаждыя с помощью психолога Владимира Анатольевича Цыганкова отказалась от ненужных и неправильных действий, а стала делать то, что реально может замотивировать сына на прекращение пьянства и лечение. Дела пошли в гору. Сын сам пошел в центр Владимира Анатольевича, поставил защиту от алкоголя по методу снятия подсознательных барьеров. Теперь уже четыре года прошло, как он не пьет совсем. Теперь я понимаю, что роль матери бесконечно огромна в деле реальной помощи сыну».

Отзыв Дарьи: «Я благодарна психологам центра Владимира Цыганкова за то, что они помогли мне увидеть свою страшную болезнь – созависимость от пьющего мужа. Они дали мне мне возможность адекватно посмотреть на себя, на мужа, на нашу жизнь и сделать необходимые шаги для создания трезвой, здоровой семьи».

Отзывы родственников наших пациентов смотрите здесь

Рубрики сайта
Яндекс.Метрика