Созависимость и искусство любить

загрузка...

Как помочь пьющему сыну?

Начнем с простого примера. Вот, скажем, Тамара Ивановна. У нее есть сын Володя, он – алкоголик.

Володя пьет давно, перепробованы многие больницы, «новейшие» препараты и всякие уговоры – все напрасно. Пьет по-прежнему, и почти все в жизни растерял. Осталась Тамара Ивановна, да квартира в Сокольниках, да жизнь пока.

Пьет Володя во дворе, его угощают, сам как-то выпрашивает, и нужно уже немного. Соседка приходит, говорит: «твой лежит опять, забирай». Это значит, что Володя пьяный лежит в луже между магазином и Домом культуры: там узкий проход, и лужа посередине. Лужу-то обычно Володе преодолеть не удается, он в нее падает и в ней лежит.

Мимо него пробирается весь служивый народ, идущий с работы, и стыдно. Тамара Ивановна идет к луже, поднимает Володю и тащит его домой. Понятно, никто ей не помогает, Володя мокрый и грязный. Он тяжелый и пьяный, Тамара Ивановна тащит его из последних сил, сама едва не падает. 

Дома Володя спит на полу, как-то встает и переползает на диван, Тамара Ивановна не подходит к нему. Через несколько дней – все сначала.

Наши читатели рекомендуют!

Наша постоянная читательница поделилась действенным методом, который избавил ее мужа от АЛКОГОЛИЗМА. Казалось, что уже ничего не поможет, было несколько кодирований, лечение в диспансере, ничего не помогало. Помог действенный метод, который порекомендовала Елена Малышева. ДЕЙСТВЕННЫЙ МЕТОД

У нее очень много стыда, и злости, и отчаяния. Просвета не видно. Однажды она сказала: «не пойду». Володя так и не появился, на следующий день к вечеру пришел пьяный и злой. «Знаешь, как меня … били?! (это его милиция забрала в вытрезвитель). Я ответить не мог, а то бы я им…Ты что, домой меня отвести не могла?!»

Правда, весь избит. Правда – где она? Через неделю Володя опять лежал в луже, и соседи позвонили: забирай. Забрала опять, так спокойнее, хоть дома спит… Что ему говорить: «не пей»?

И вот однажды Тамара Ивановна, услышав очередной раз от соседки, что «твой лежит», пошла к ДК. Володя лежит в луже.

Истории наших читателей

загрузка...

Раньше она со вздохом вставала в нее и поднимала Володю, тот слабо шевелился. Сейчас она остановилась рядом и спросила: «Будешь вставать?». Володя что-то мычит.

СЕНСАЦИЯ! Врачи ошарашены! АЛКОГОЛИЗМ уходит НАВСЕГДА! Нужно всего лишь каждый день после еды... Читайте далее-->

В луже холодно. Она стоит, не уходит. Мимо идут люди, дают советы или любопытно расспрашивают. Тамара Ивановна молчит. Доброхоты пытались даже помочь Володе, но она безучастно стояла в стороне.

Наконец любители лезть в чужие дела отстали, и она вновь спросила: «Будешь вставать?» – «Буду». – сказал Володя. – Тогда вставай». — сказала Тамара Ивановна.

загрузка...

Володя приподнялся в луже, но не встает. Она терпеливо ждет рядом с лужей, сама в нее не идет. – «Вставай, сынок, пора». Володя на четвереньках вылез из лужи, попробовал встать.

Она подошла, поддержала его, но, когда он повис на ней, вновь отошла в сторону. Володя упал, лежит и матерится. Тамара Ивановна ждет, мимо нее идут люди, и все ее мужество нужно, чтобы не уйти.

Володя встает вновь, и она поддерживает его. Но висеть на ней больше у него не получается. Приходится шевелить ножками, и медленномедленно они доходят до дома. Дома он доходит сам до дивана, и падает на него.

Тамара Ивановна собрала в сумку вещи Володи и легла спать. Наутро Володя, проснувшись, увидел маму и сумку. Мама сказала: «Вот твои вещи, ты вернешься домой после лечения и реабилитации. Я позвонила, тебя ждут. Я готова тебя отвезти, не меньше, чем на год. Если ты не поедешь, ты здесь больше не живешь».

Володя ответил: «Ладно, поговорим потом. Куда я еще поеду, мне поправиться надо. Вот вернусь, поговорим». Мама молча пропустила его к двери, и, когда он вышел, выставила за ним его сумку.

Володя поискал в кармане – ключей нет. Постоял, ушел – и тут же вернулся.

«Быстро поехали». Тамара Ивановна собралась за 3 минуты, и они пошли к метро. По дороге хотел попросить пива «поправиться» – посмотрел на нее, и промолчал. Уехал в выздоравливать. Вернулся через 2 года, трезвый и взрослый. Потом еще были срывы, но лужи уже не было никогда.

Как помочь дочери-наркоманке?

Другая история. Ксюша – наркоманка. Ей всего восемнадцать лет, но за последние пять лет ей пришлось пережить почти все беды, которые могут случиться с молодой девушкой.

Все, что у нее осталось – сексуальность, она все еще хорошенькая, и это единственное ее оружие.

Окружающие воспринимают ее как «ничьи деньги», как сказал мне один парень в нашем центре, куда пришла Ксюша выздоравливать, «подбери и пользуйся», в то же время с ней имеют дело с опаской: никаких тормозов у Ксюши нет, и «выкинуть» она может все, что угодно. В ней виден надлом, несмотря на ее веселость и милую, почти детскую грацию. Кокаин, и «винт», и «психоделики», и героин по случаю, и жизнь идет как получится.

Лжет Ксюша непрерывно, и свое единственное оружие – сексуальность – предъявляет всем так непосредственно, что кажется иногда, будто она не человек, а зверек… без всяких понятий о жизни. Какое-то время она жила в нашем центре, потом начала снова употреблять наркотики и ушла…

Я встретилась с ее мамой и отчимом с тоской и напряженной готовностью объяснять им правила нашего центра: «вы же понимаете…» И увидела удивительных людей. Они любили Ксюшу просто, без условий, со стыдом за нее, но без попыток как-то оправдать или спрятать ее жизнь.

Мама села напротив меня и сказала: «Вот, у нас такая девочка, и нам нелегко. Она пострадала, и не озлобилась, а оторвалась от жизни. Все, что у нее есть – это мы, и мы на ее стороне. Она такая добрая, и я верю в то, что мы найдем какой-то способ вернуть ей жизнь».

Папа – из тех, кто не родил, но воспитал, – сказал: «Она вернулась домой от вас, и очень жалела, что ее выписали. Я объяснил ей, что иначе пострадают другие ребята в центре, она понимает. Когда будет можно – можно ей вернуться?»

Я поняла, что это испытание на мою любовь. Какая-то злая училка во мне кричала: «нет, нельзя, она нам тут все выздоровление портила!». Я сказала: «Конечно, может. Через месяц, когда уйдут эти ребята, если она еще будет хотеть. А пока – пусть приходит ко мне на консультации».

Ксюша пришла через две недели, как мне показалось, не очень трезвая, и в прозрачном платьице. Училка во мне победила, и я была с ней холодна. Больше она не пришла. Я так надеюсь, что придет…

Созависимость и любовь

Знаете, что роднит эти две истории? Любовь. «Любовь долготерпит, милосердствует… всему верит, все покрывает, все переносит…». «Любовь никогда не перестает».

И Тамара Ивановна, и родители Ксюши любят долгой, спокойной и верной любовью. Их любовь не зависит от того, что делают их дети. Она просто есть, и никогда не перестанет, что бы ни произошло. И эта любовь заставляет их совершать поступки любви.

Это могут быть жесткие поступки – как Тамара Ивановна сумела выставить сумку за дверь. Дело тут не в «приемчике», как выгнать алкоголика из дома, чтобы он шел лечиться. Дело в любви, которая сильно и твердо вела ее, так что Володя и пиво попросить не посмел. Не посмел! – притом, что еще и соображал плохо. Это огромная сила, силе любви Володя и подчинился. Просто она не могла больше жить, чтобы любимый человек так был на дне. И она не могла его покинуть в его боли – алкоголизме! – несмотря на всех любопытных советчиков, несмотря на свой стыд.

Если бы она просто выставила его из дома, он бы, может быть, умер бомжом. Если бы она манипулировала им, заставляя лечиться: не кормить, чтобы шел работать; выгонять из дому, чтобы он пошел в больницу; оставить его лежать в луже, чтобы он понял… ничего бы не вышло.

На каждую нашу манипуляцию есть их манипуляция, еще пострашнее нашей. Но она поступала так, как вело ее сердце – и смогла до него достучаться.

Я не понимаю этих терминов: «жесткая», «трудная» любовь – любовь всегда трудна, она всегда не про «пусиуси» и снисходительное «ладно, смотри только, больше так не делай!» – а про со-страдание, со-радование, про жизнь вместе. Но эту жизнь живут два разных человека, и именно потому, что Тамара Ивановна и родители Ксюши хорошо понимают, как надо жить, их дети и живы.

Все, что у Ксюши есть по-настоящему в жизни – это ее любящие родители. Они – ее связь с миром, с Богом, с добром и правдой. Они, конечно, всегда на ее стороне, всегда помнят, что «она такая добрая», и что ей «нужно вернуться».

Представляю, сколько они пережили страха, горя и унижений. Боюсь, что не столько от Ксюши, сколько от «училок» вроде меня во всех видах, от «правильных» людей, в которых мало любви. Я думаю, что родители Ксюши – Божьи люди, и на таких и стоит мир.

Это, конечно, не значит, что Ксюше все позволено: нет, в семье есть четкие границы. Например, денег Ксюше родители не дают, понимая, что у нее нет возможности отказать себе в наркотике.

Но их дом всегда для нее открыт, даже нетрезвой. Я по привычке спросила: «почему?» – и получила ответ: «потому что ей нужно вернуться домой, и это не зависит от того, употребила ли она сегодня; пока она не выздоравливает, она не может собой управлять, а ей нужен дом, чтобы согреться и еще на что-то надеяться…» Конечно, они правы.

Публикуется по: Е. Савина. «Я люблю его…».

Вылечить алкоголизм невозможно???

  • Испробовано множество способов, но ничего не помогает?
  • Очередное кодирование оказалось неэффективным?
  • Алкоголизм разрушает вашу семью?

Не отчаивайтесь, найдено эффективное средство он алкоголизма. Клинически доказанный эффект, наши читатели испробовали на себе ... Читать далее>>

Оставить комментарий