Созависимость от сестры

Созависимость от сестры

Странно все же устроена жизнь: кто-то больше отдает, а кто-то берет. А некоторые вообще считают, что им все вокруг должны. И так манипулируют родными и близкими, что те покорно отдают последнее.

Так сложилось, что в нашей семье, в первую очередь, все делалось для моей сестры. Считалось, что она менее приспособлена к жизни, нежная и возвышенная. А я девчонка крепкая, незамысловатая, мне и так сойдет.

Инна и внешне соответствовала этому образу: тоненькая, большеглазая, с неизменно грустным выражением лица. Ну а мне лишь бы зубы поскалить, как говорили мои родители, такой уж у меня легкий и веселый нрав.

Инна же была настолько погружена в себя, что ее даже боялись лишний раз побеспокоить: пусть себе девочка читает в своей комнате, а посуду вымоет Оля. Да и уборку сделает, ведь у Инны и ручки слабые, да и бледненькая она что-то в последнее время, как бы не расхворалась, не дай Бог. 

Ну а я, ее младшая сестра, все принимала как должное и не роптала: выполняла всю работу по дому, по первому требованию заваривала для Инны чай, стирала ее носки и колготки. «Ты ведь все равно стирку затеяла! – грустно говорила мне она, замочи уж в тазике и мое белье, я тебе там положила…» В общем, Инночка у нас всегда почему-то была бедненькая и несчастненькая, голубых, как говорится, кровей. Ну а я – девушка простая и без претензий, мне отвели роль созависимой.

Достойна большего!

Тонкая душевная организация моей сестры была возведена чуть ли не в культ, не только родные, но и все знакомые обращались с ней бережно и с особым пиететом. Она считалась очень ранимой, и что для другого пустяк – для нее могло превратиться чуть ли не в трагедию. Инна тут же укладывалась на диван, лицом к стене, и начинала страдать.

А все домашние ходили на цыпочках, с тревогой ожидая, когда ее тоска пойдет на убыль. И не дай Бог опять пойдет и выпьет. Ей достаточно было рюмки, чтобы захмелеть очень сильно.

Даже житейские обстоятельства Инна умудрялась подгонять под себя. После окончания строительного института она не захотела работать по специальности («среди грубых, невежественных людей»), и мама устроила ее по знакомству делопроизводителем в тихое место. Там сестра и познакомилась с молодым специалистом из Москвы, он наезжал в командировки.

Витя так влюбился, так сразу и безоговорочно поверил в Иннину исключительность, что даже дышать на нее боялся. Разумеется, очень скоро он сделал ей предложение, и ее согласие воспринял для себя как большую честь.

Мне, кстати, сразу понравился этот славный бесхитростный парень, правда, мне было очень его жалко, когда сестра публично его унижала. Если, к примеру, Витя вызывал ее недовольство, то ему долго приходилось вымаливать прощение, пока Инна не смилостивится.

Они пробовали жить в столице, но сестра не нашла общего языка со свекровью, поэтому вернулась вместе с мужем домой. А уж мои родители поднапряглись и сделали им кооперативную квартиру, причем сразу трехкомнатную.

Витя усердно трудился, сносил все капризы моей сестры, выполнял малейшее ее желание, а ей все было мало. Инна не раз декламировала ему строки: «Любовь – это с простынь, бессонницей рваных, срываться, ревнуя к Копернику. Его, а не мужа Марьи Ивановны, считая своим соперником!».

 Понимаете, о чем речь? Дескать, Вите досталась женщина непостижимой высоты, и это нужно ценить. Так он ведь и осознавал, и ценил изо всех сил, а в ответ получал так мало…

Ему ведь и нужно-то было от нее разве что доброе слово, ласковый взгляд. Но даже на это сестра моя скупилась – несмотря на всю свою трепетность, обращалась она с мужем весьма сурово.

Даже с рождением ребенка Инна не стала мягче, наоборот, порой обижалась на маленького Павлика как на взрослого, переставала разговаривать с ним, как и с мужем. А уж Витя в сыне просто души не чаял, у меня даже порой создавалось ощущение, что вдвоем им гораздо лучше. Потому что мама всегда создавала в доме напряженную атмосферу, все время предъявляла какие-то претензии.

Ей нужнее

Спустя время я тоже вышла замуж, но, к сожалению, счастья в семейной жизни не нашла. Одна радость – дочка моя, Даша, она-то и стала для меня светом в оконце. А муж мой с каждым годом все больше спивался, совместное существование становилось невыносимым, и наступил момент, когда мы с дочкой сбежали на съемную квартиру.

Нам было, конечно, трудно, особенно материально, но родители особо не спешили помочь мне. Все как-то уже привыкли все делать, прежде всего, для Инны и первого внука. Даже квартиру свою папа подписал на него.

А когда отца не стало, выяснилось, что свои сбережения он тоже завещал Павлику. Но я брала подработки и как-то выкручивалась, да еще Витя время от времени подкидывал мне кое- что, правда, по секрету от своих. А дело в том, что дела его вдруг пошли в гору, он даже открыл свой бизнес.

Однажды Витя завозил нас с дочкой домой (она вернулась из детского лагеря) и поднялся с нами выпить чаю. Оглядел наше скромное жилище с обшарпанными стенами, вздохнул. А после того как выяснилось, что, кроме сушек и супа для Дашки, у меня ничего и нет, он вдруг сорвался с места. И вернулся с целым пакетом продуктов. А когда уходил домой, сунул мне денег, причем на мои робкие возражения заявил: «Оля, не обижай меня, вы с Дашей нам не чужие. К тому же у меня сейчас есть возможность тебе помогать».

В общем, Витя нас тогда очень выручал. Но, думаю, вряд ли бы подобная благотворительность понравилась моей сестре, поэтому мы оба с ним об этом молчали.

А Инна, забегая к нам в гости, обычно выкладывала на стол какие-нибудь сладости, словно бы не понимая, что мы гораздо больше обрадовались бы курице или куску мяса. И с упоением рассказывала о том, что на очередную годовщину свадьбы Витя подарил ей кольцо с изумрудом. Кстати, Павлик к тому времени переехал жить к бабушке – оттуда ему было ближе добираться до института, так что все заботы о нем наша мама взяла на себя. А мне приходилось во многом себе отказывать, лишь бы Даше что-нибудь купить, чтобы она выглядела не хуже других.

Вам не понять моих страданий!

А потом Витя внезапно умер от сердечного приступа, хотя раньше на сердце никогда не жаловался. Павлик на тот момент уже женился, и мама помогала молодой семье с внучкой.

Инна, внезапно оставшись без мужа, ушла в глубокую депрессию. Временами напивалась.

 Мы пытались убедить ее, что нужно привыкать жить в новых обстоятельствах и обязательно выйти на работу – среди людей горе все же переносится легче. Но она никого не хотела слушать.

Так прошло лет пять, и Витины сбережения растаяли. Тем не менее, Инна по-прежнему не работала, а на жизнь ей давали мама с Павликом, разумеется, достаточно скромную сумму, больше они просто не могли.

И сестра всем рассказывала, что буквально перебивается с хлеба на воду. Мол, настолько подорвала свое здоровье, что лежит целыми днями без сил, а помочь ей некому.

Со мной она держала себя как живой упрек, и я тоже старалась прийти к ней не с пустыми руками – покупала продукты, дарила средства гигиены и обязательно оставляла на столе какую-то купюру. Я по-прежнему жила на съемной квартире, правда, Дашка моя съехала к своему молодому человеку.

Но тут – новая напасть: слегла мама. И мне пришлось взять ее к себе в однушку.

Я было заикнулась, что маму лучше было бы перевести к Инне, ведь сестра не работает и может целый день быть с ней рядом.

Ох, сколько мне пришлось выслушать! Меня упрекали в черствости, даже жестокости, мол, неужели я не понимаю, насколько разрушена моя сестра, как она страдает! И у нее нет никакой возможности брать еще от-

ветственность и за маму, на себя времени не хватает. Хотя, надо сказать, Инна вела, по сравнению со мной, довольно комфортный образ жизни: утром долго спала, потом пила кофе, читала. После обеда – обязательно прогулка в парке, встречи с подружками. А вечерами она смотрела любимые фильмы.

Последняя капля

Что ж, мне не привыкать, уход за мамой взяла на себя, хотя, конечно, в отдельной комнате ей было бы лучше. Инна приходила навестить маму, и всегда делала мне какие-то замечания. Я сносила их терпеливо, но однажды и моему терпению наступил предел.

За мной уже давно ухаживал сослуживец, и я надеялась, что в новогоднюю ночь сестра останется с мамой, чтобы я смогла встретить праздник с ним. Но на мою просьбу она презрительно скривилась и бросила:

– Надо будет, сам придет!

– Как ты это себе представляешь? Придет в комнату, где лежачая мама? Я ведь тебя ни разу ни о чем не просила, неужели не выручишь?

– Может, тебе еще и свечку подержать?

Вот и поговорили. Я тогда настолько на нее обиделась, что перестала звонить ей и заходить в гости. А потом услышала от знакомых: Инна всем рассказывает о том, что я завела себе мужика и отвернулась от своих родных.

Кстати, друзья нашей семьи, те, кто, как говорится, знал ситуацию изнутри, давно недоумевали. Я то и дело слышала от них, что Инна совсем совесть потеряла, мол, почему нам приходится тащить ее на своем горбу, ведь не старая еще женщина и не беспомощный инвалид. Вместо того чтобы реально помочь близким, она сама стала обузой.

«Сколько ты еще будешь все это терпеть, Оля?» – спрашивали они.

Как я могла ответить им на этот вопрос? Разве что сказать, что правильно говорится в поговорке: «Кто везет, на том и едут!»

Ольга, 42 года

* * *

Созависимость

Один комментарий на “Созависимость от сестры”

  • Юлия:

    Мама умерла, когда мне было шестнадцать лет. Отца не было уже давно, и мы с четырехлетней сестрой Кирой остались вдвоем…

    – Юлечка, подумай хорошенько, девочка, – долго уговаривали меня тетушки из опеки, – как ты справишься с сестренкой? Она еще совсем маленькая, за ней нужен постоянный уход и присмотр… А у тебя впереди – окончание школы, поступление в институт, получение профессии… Может, все-таки в детский дом?
    – Не хочу в детский дом! – кричала, услышав эти слова, Кира. – Хочу с Юлей!
    – Я ее не отдам, – твердо сказала я чиновницам, прижав к себе светловолосую Кирину голову. – У нас все будет хорошо, я уже взрослая…
    – Правда, оставьте девочку с сестрой, – поддержали меня ближайшие соседки – тетя Аня и тетя Валя. – Юля – девочка серьезная, да и мы присмотрим, если что. Рядом живем, с мамой их дружили, не бросим сирот. Повздыхав и покачав головами, опекунские тетушки ушли, пообещав периодически нас навещать.

    И мы с Кирой зажили вдвоем. Конечно, ни о каком институте речи уже и быть не могло.
    Кое-как окончив школу и получив аттестат, я устроилась на работу, надо было зарабатывать деньги. Что сказать? Было ужасно трудно…
    Все мои подруги бегали на танцы и на свидания, беззаботно гуляли на родительские денежки, а у меня не было никакой возможности хоть чуть-чуть отвлечься от ежедневных забот. Первое время подруги забегали ко мне, предлагали помощь, их родители собирали для нас деньги…

    Один раз я приняла эту помощь с благодарностью, а потом стала благодарить и отказываться. Неудобно было. Если бы мы с Кирой обе были маленькие – другое дело, а то ведь я уже взрослая девушка, должна сама заботиться и о сестре, и о себе.
    Особенно тяжело было выдержать последний учебный год в одиннадцатом классе. Вся моя жизнь проходила между школой, детским садом, магазинами, домом и детской поликлиникой. Кира в тот год много болела. Соседки помогали по мере возможности, но у них были свои семьи, и основная нагрузка все-таки лежала на мне.
    Но я справлялась. Боялась только одного: что Киру у меня отберут и отправят в детский дом. Несколько раз приходили сотрудницы опеки, но Кира каждый раз закатывала скандал и наотрез отказывалась куда-то с ними идти.

    Без отрыва от работы я закончила техникум, к тому времени Кира уже училась в школе.
    Однажды в моей жизни тоже появился просвет. Я познакомилась с Костей.
    Удивительно светлый парень, все понимающий без слов, ухитрился за какой-то месяц стать для меня самым близким и родным человеком. Он снял с моих плеч большую часть забот, я наконец-то вздохнула с облегчением и начала думать о чем-то, кроме домашних дел.
    – Юля… Не знаю, как ты к этому отнесешься, но я хочу на тебе жениться, – негромко, но твердо сказал однажды Костя.
    Я не сразу нашлась, что ответить. Понимала, конечно, что все к этому идет, но до поры до времени упорно гнала от себя мысли о будущем замужестве и семейной жизни.
    – А как же Кира? – пролепетала, наконец, я, подняв глаза на Костю.
    – А что – Кира? – пожал он плечами. – Будет жить с нами, разумеется. Тебе станет полегче, я буду помогать, да и зарабатываю я неплохо…

    Я нерешительно улыбнулась. Неужели я больше не останусь наедине со всеми своими проблемами? Ведь за последние годы стремление заработать стало моей второй натурой.
    Кире постоянно нужна была новая одежда и обувь – она стремительно вырастала из всех вещей, и я постоянно чувствовала себя виноватой из-за того, что не могу купить ей все, что она хочет. А теперь, если с Костей все сложится, у нас получится полноценная семья: мужчина, женщина и ребенок. Мужчина возьмет на себя «добычу мамонта», а мы с Киркой будем «вить гнездо» – наводить уют, готовить всякие вкусности…

    Но все мои мечты развеялись, как дым: Кира просто не разрешила мне выходить замуж.
    – Тебе мама поручила за мной присматривать! – кричала она, заходясь в истерике. – А ты, ты… Предательница! Устраиваешь свою личную жизнь, а я, значит, тебе не нужна! Твой Костенька заставит сдать меня в детдом!
    – Что ты такое говоришь, Кира?! – пугалась я.
    А она продолжала:
    – Или он – или я! Выйдешь замуж – я уйду из дома, так и знай!

    Истерики Киры продолжались так долго, что я, в конце концов, просто испугалась за нее. И отказала Косте… Он ушел, и больше я его не видела.
    Все время я уделяла Кире, старалась, чтобы она хорошо училась, всячески оберегала сестру от влияний улицы… А это было ох, как нелегко!

    Кира – своенравная, упрямая и эгоистичная – часто заставляла меня поволноваться. То меня вызывали в школу по поводу ее вызывающего поведения, то жаловались соседи, которым она запросто могла нахамить, то мне приходилось поздно вечером бегать цо окрестным улицам и дворам, разыскивая не вернувшуюся вовремя сестренку…

    Что и говорить, было тяжело. Но я не жаловалась. Ведь это, как я считала, было моей обязанностью – вырастить Киру достойным человеком, дать ей образование, обеспечить всем необходимым. Поэтому я работала, не покладая рук, оставляя себе минимум, а большую часть денег тратила на сестренку.

    Личной жизни у меня не было – я просто не могла себе ее позволить, не было ни времени, ни сил. Да и воспоминания о неудавшемся замужестве, о Косте, были слишком болезненными…

    Через некоторое время, когда мне уже стукнуло двадцать девять, а Кире исполнилось семнадцать, у меня появился мужчина. Саша стал для меня настоящим светом в окошке, ведь я к тому времени уже почти поставила на себе крест, чувствовала себя никому не нужной старой девой…

    – Юля, давай решим раз и навсегда, – решительно сказал Саша через три месяца, – я понимаю, что ты растишь младшую сестру, но Кира уже вполне взрослая девушка. Она не младенец, и тебе нужно устраивать свою жизнь. Она заканчивает школу, скоро поступит в институт, у нее начнется самостоятельная жизнь. Не собираешься же ты нянчить ее до пенсии? Давай распишемся, переедешь ко мне, оставишь квартиру Кире…

    – Я не знаю, Саш, – проговорила я, и на глазах у меня появились слезы. – Кира не сможет жить одна, без меня. Я очень боюсь за нее…

    Саша помрачнел, но предложил мне еще подумать. Скоро я узнала, что беременна. Казалось бы, проблема решилась сама собой. Если рожать – то сейчас, ведь мне почти тридцать, и это последний шанс!

    Так я и объяснила все Кире. В ответ она спокойно заявила, что если я рожу ребенка и выйду за Сашу, она покончит с собой.

    – Это только слова, – сказал Саша, когда я ему все рассказала. – Неужели ты веришь ее угрозам? Избалованная девчонка, что она себе позволяет! Привыкла помыкать старшей сестрой… Не позволяй сесть себе на голову! Ты выйдешь за меня и родишь ребенка, и все у нас будет хорошо. И у Киры все сложится, когда она поймет, что ты больше не будешь с ней нянькаться. Она должна, наконец, почувствовать себя взрослой!

    Но все получилось не так, как рассчитывали мы с Сашей. Узнав, что я не собираюсь делать аборт, она промолчала и ушла к себе в комнату, а на следующий день порезала себе вены…
    Что я пережила – не описать словами. Пока Киру откачивали в больнице, я ругала себя последними словами: как я могла, эгоистка! Думаю только о себе и своем счастье, а должна думать о сестренке, ведь она у меня еще маленькая и у нее никого нет, кроме меня!

    – Что ж, ты сама сделала выбор, – только и выговорил Саша, когда я отказала ему. Сгорбившись и опустив плечи, он вышел из комнаты. Я поняла, что упустила свою последнюю возможность стать женой и матерью… А через неделю у меня случился выкидыш. Жить не хотелось: я уже любила этого ребенка, ждала его, мечтала, как буду воспитывать своего сына или дочку…

    Меня утешала единственная мысль: с Кирой, слава Богу, все в порядке, она успокоилась, опасность суицида осталась позади. Она, кажется, даже радовалась… моему выкидышу.
    А скоро у меня появился друой повод для беспокойства: сестра стала гулять. Каждый вечер она пропадала неизвестно где, учиться не Хотела, еле-еле закончила школу… Меня она не слушалась, делала что хотела, и закончилось все предсказуемо: Кира забеременела.

    – Будешь рожать! – решительно сказала я. – Хватит того, что я потеряла ребенка. Не позволю тебе испортить свою собственную жизнь.
    – Ну и пожалуйста! – фыркнула она. – Тебе надо – ты и будешь воспитывать.

    Так и вышло. Родила сестра легко и без проблем, уже через неделю по вечерам она снова гуляла с неизвестными друзьями, а маленький Данечка остался на моем попечении…

    – Кира, так нельзя! – кричала я, когда уговоры и попытки убедить сестру не оказывали на нее никакого воздействия. – Даня – твой сын, ему нужна мать, он такой маленький, неужели ты ничего не чувствуешь?

    Кира только фыркала:
    – Я сразу предупредила, что мне ребенок не нужен. А ты настояла, чтобы я его родила. Пожалуйста. Теперь делай с ним что хочешь! Хватит того, что я целый день с ним вожусь, пока ты на работе. Имею право отдохнуть хотя бы вечером!
    Такие скандалы повторялись почти ежедневно. А однажды сестра собрала сумку и уехала.
    – Мне здесь делать нечего, я поеду в столицу, там больше возможностей! Данька уже большой, третий год, можно в ясли отдавать…

    Как я ни уговаривала своевольную девчонку, она не послушалась и уехала. Мы с Данечкой остались вдвоем… Днем он был в яслях, потом я его забирала, и все остальное время мы проводили вместе.
    – Мама Юля, а когда мама Кира приедет? – часто спрашивал меня мальчик.

    При каждом таком вопросе у меня на глаза наворачивались слезы. От Киры не было ни слуху, ни духу, я не знала, где она и что с ней, и винила себя, что не уберегла девочку, не сумела оставить возле себя, не выполнила маминого наказа.

    Постепенно Данечка стал называть меня просто мамой, а Киру вспоминал все реже. Это и понятно: он был слишком маленьким, когда она уехала.

    А однажды я увидела на пороге Сашу. Он вернулся с Севера, где работал после нашего разрыва.
    – Знаешь, Юля, я за эти годы окончательно понял: мое место – там, где ты, – сразу сказал он. – Данечка – просто замечательный парень, а может быть, у нас еще будут свои дети…
    И я не стала отказываться от последнего шанса стать счастливой. В конце концов, неужели я этого не заслужила?

    Мое семейное счастье омрачало лишь постоянное беспокойство о Кире. «Вот мы сидим за столом, смеемся, ужинаем, Данечка просит добавки пирога… А где сейчас моя сестренка? Что она делает, ест ли досыта, не обижают ли ее?» – такие мысли вспыхивали в мозгу постоянно, я совсем извелась от них…

    – Юлечка, я все понимаю, – сказал мне однажды Саша, нежно поглаживая по голове, – только не знаю, как помочь… Ну, хочешь, дадим объявление в «Жди меня» или еще куда- нибудь? А может, просто объявим Киру в розыск?.
    – Нет, не надо, – испугалась я. – Если Кира узнает, что мы ищем ее с полицией, она никогда мне этого не простит.
    Так мы и жили втроем: Данечка, я и Саша.

    И все-таки однажды сестра вернулась.
    Даня к тому времени уже пошел в первый класс. Она пришла – ярко-рыжие волосы, драные джинсы, вся в татуировках.

    Окинула взглядом меня и Сашу (Даня был в музыкальной школе), и развязно спросила:
    – Ну что, как тут мой сыночек поживает?
    Саша отреагировал мгновенно. Он аккуратно взял Киру под локоть и вывел за дверь. Вернулись они через полчаса, когда я уже готова была бежать на их поиски.

    Присмиревшая Кира виновато взглянула на меня и негромко сказала:
    – Я все понимаю. Но с сыном видеться я имею право.
    – Кира… – только и вымолвила я. – Как же ты могла? Исчезнуть на столько лет… Мы не знали, что и думать. Данечка был такой маленький…

    Я расплакалась. Сестра обняла меня и тоже зарыдала.
    – Прости, Юля, прости! Сама не знаю, что со мной творилось… Я не хочу даже вспоминать свою жизнь. Я хочу все начать сначала. Не прогоняйте меня! И ты, Саша, тоже прости. Я столько зла вам причинила…

    Конечно, мы приняли Киру в свою семью. Нелегко было объяснить Данечке, что это вернулась, наконец, его мама.

    Но, в конце концов, все утряслось. Меня ребенок называет, как привык, мамой, а Киру – мамой Кирой. Сестра смирилась с этим. Кажется, она действительно хочет изменить свою жизнь: уже устроилась на работу и подала документы в техникум, на заочное отделение. Надеюсь, что черная полоса в нашей жизни осталась позади и теперь все будет нормально.

Оставить комментарий

http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_bye.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_good.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_negative.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_scratch.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_wacko.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_yahoo.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_cool.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_heart.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_rose.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_smile.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_whistle3.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_yes.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_cry.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_mail.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_sad.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_unsure.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_wink.gif 
 
Стопалкоголь-Элит
Восстанавливающие

Отзывы пациентов

Отзыв Николая: «Год назад я прошел сеанс по методу снятия подсознательных барьеров в центре В.А. Цыганкова. После этого сеанса весь год не пил, чувствовал себя хорошо. Сейчас пришел вновь, чтобы пройти такой же сеанс».

Отзыв Тамары: «Мне было очень плохо, и я не могла решить свою проблему с выпивками самостоятельно. Пришла на прием к Владимиру Анатольевичу Цыганкову и за один сеанс я почувствовала себя намного лучше. На душе стало спокойно, настроение улучшилось, нет тяги к алкоголю. Могу сама жить без спиртного и чувствовать радость от того, что способна управлять своей жизнью».

Отзыв Павла: «Поставил защиту от алкоголя полгода назад. Получил хорошее самочувствие, начал сбрасывать лишний вес, да и в семье все наладилось. Решил поставить защиту еще на год. Благодарю сотрудников центра Владимира Цыганкова за вниматеьное отношение и квалифицированную помощь!».

Отзыв Степана Тимофеевича: «Я пил почти каждый день долгие годы. Потом принял решение поставить защиту от алкоголя и не нуждаться в нем больше. Но для того, чтобы поставить защиту от алкоголя требовалось не пить семь дней, а я не мог уже и одного дня не пить. Помог мне «Стопалкоголь-Элит». Я стал пить отвар этого фитосбора и уже через несколько дней заметил, что заметно снизилась тяга к алкоголю, самочувствие стало лучше. Я сделал над собой небольшое усилие, не пил семь дней и записался на сеанс постановки защиты по методу снятия подсознательных барьеров в центр Владимира Анатольевича Цыганкова. После этого не пью уже 8 лет. Я очень благодарен В.А. Цыганкову. Дай Бог ему много лет жизни и хорошего здоровья!»

Отзыв Алексея: «Мне хочется выразить благодарность Владимиру Анатольевичу Цыганкову за то, что он помог мне остановить мое пьянство три года тому назад. Дай Вам Бог здоровья и долгих лет жизни, уважаемый Владимир Анатольевич! Мне помог «Стопалкогль-Элит» и восстанавливающие фитосборы».

Отзыв Татьяны: «Метод снятия подсознательных барьеров – замечательный. Жизнь кардинально изменилась в лучшую сторону, улучшилось психологическое состояние, абсолютно исчезла тяга к алкоголю. Прошла тревожность и депрессия. Чувствую себя здоровой. Искренне благодарю всех, кто мне в этом помог!».

Отзыв Михаила: «С благодарностью вспоминаю, как легко и комфортно прошел сеанс по методу безопасного кодирования. Спасибо за возвращение к нормальной жизни! Не пью уже 9 месяцев. Через три месяца приду к вам продлевать защиту от алкоголя еще на год. Благодарю персонал центра Владимира Цыганкова за доброжелательное отношение».

Отзыв Александра Ивановича: «Я пил более 20 лет. Никак не мог остановиться. Слишком сильной была тяга. Но 5 лет назад я смог все-таки бросить пить насовсем. Мне помогли фитосборы «Стопалкоголь-Элит» и «Восстанавливающие». Восстанавливающие сборы оказались особо полезными: восстановилась печень, восстановились почки. Даже врачи удивились. Теперь я к ним уже не хожу и таблетки не принимаю. Уже 5 лет живу трезво. Большое спасибо центру Владимира Цыганкова!»

Отзыв Веры: «Присоединяюсь к добрым отзывам о Владимире Анатольевиче Цыганкове. Я пила долго и много. Два года назад перенесла инфаркт. Именно тогда я пришла к Владимиру Анатольевичу Цыганкову и он поставил мне защиту от алкоголизма. Потом он научил меня управлять своими мыслями и чувствами, научил справляться со стрессами и страхами. Хожу в храм, а вместо алкоголя пью душистые, вкусные и полезные лекарственные травы. Я живу новой, счастливой жизнью».

Отзыв Станислава Михайловича: «Когда я впервые прошел сеанс по методу снятия подсознательных барьеров, то продержался без спиртного недолго - через 9 месяцев начал пить снова, хотя защита от алкоголя была на 1 год. Выпить уговорили друзья, сказали, мол, ничего страшного не произойдет, срок неупотребления уже подходит к концу. По глупости я послушался из выпил... и запои вновь вернулись. Я записался снова в центр Владимира Цыганкова на сеанс по методу снятия подсознательных барьеров. Мне поставили защиту от алкоголя сначала на 6 месяцев, в потом на 1 год. Полтора года уже не пью и чувствую себя прекрасно. Второй раз ошибки не совершу, никому не удастся уговорить меня выпить. Мне этого не хочется и не надо. И поэтому защиту от алкоголя продлю опять».

Отзывы наших пациентов смотрите здесь

Свежие комментарии
Поделитесь ссылкой!

Отзывы родственников наших пациентов

Отзыв Инны: «Мой муж пил три десятка лет. Как я ни пыталась его лечить, ничего не помогало. Когда я обратилась за помощью к Владимиру Анатольевичу Цыганкову, он мне открыл глаза на то, что я себя веду с мужем неправильно. Я поняла, что делать НЕ НАДО, а что делать НУЖНО. А вскоре и муж сам, без какого-либо давления с моей стороны бросил пить и начал лечиться. Благодарю Вас, Владимир Анатольевич! Вы заслуживаете самых добрых отзывов, и самых лучших отзывов заслуживает Ваша профессиональная помощь пьющим людям и их женам».

Отзыв Ирины Ивановны: «Мой сын был запойный, более 10 лет пьянствовал беспробудно. Что я только ни перепробовала, ничего не помогало его вылечить. Но однаждыя с помощью психолога Владимира Анатольевича Цыганкова отказалась от ненужных и неправильных действий, а стала делать то, что реально может замотивировать сына на прекращение пьянства и лечение. Дела пошли в гору. Сын сам пошел в центр Владимира Анатольевича, поставил защиту от алкоголя по методу снятия подсознательных барьеров. Теперь уже четыре года прошло, как он не пьет совсем. Теперь я понимаю, что роль матери бесконечно огромна в деле реальной помощи сыну».

Отзыв Дарьи: «Я благодарна психологам центра Владимира Цыганкова за то, что они помогли мне увидеть свою страшную болезнь – созависимость от пьющего мужа. Они дали мне мне возможность адекватно посмотреть на себя, на мужа, на нашу жизнь и сделать необходимые шаги для создания трезвой, здоровой семьи».

Отзывы родственников наших пациентов смотрите здесь

Рубрики сайта
Яндекс.Метрика