Аддиктивное поведение

Аддиктивное поведениеАддикции

Сегодня профилактика в области аддикций (addicted англ. – зависимый от чего-либо) не может состояться без знаний о зависимом поведении как явлении, против которого направлена собственно профилактическая работа. Решающим здесь оказывается изучение причин возникновения зависимости как фактов, против которых необходимо формировать особые личностные конструкты и находить методы противостояния им. Знания о зависимостях их профилактике всегда строились и будут строиться в параллельном изучении, особенно при разборе вторичной и третичной профилактики.

Проблема зависимого поведения в современной науке рассматривается через призму глобального фактора вреда, наносимого здоровью человека. Это позволяет выработать общую терминологию в области зависимого поведения и проводить сравнительный анализ научных подходов в изучении зависимости. 

Наиболее представительный блок теоретического и практического знания имеет психологический подход, особенно разнообразны психологические теории развития и научения, объясняющие аддиктивное поведение. К родственным подходам в области изучения зависимости можно отнести культурологический, комплексный (междисциплинарный) и медицинский (психотерапевтический).

Зависимое поведение – глобальный фактор вреда здоровью человека

Современные тенденции развития зависимого, или аддиктивного, поведения подтверждают прогнозы ООН (1996), предсказывающие, что в XXI в. основная проблема человеческих страданий в большинстве случаев будет сконцентрирована в области зависимого поведения, а общество встанет перед решением вопросов по его преодолению. Тенденции аддиктивного поведения продолжают расти, особенно заметен рост зависимого поведения среди населения России.

На первых местах в ранге глобальных факторов рисков для здоровья стоят безобидно называемые в нашей стране «вредные привычки», а в профессиональной терминологии — зависимости (аддикции). В их перечень входят: курение табака, алкоголизм, наркомания, ожирение, которые во многих странах относят к факторам вреда национальной безопасности, а меры, направленные на их предотвращение, входят в государственные концепции национальной безопасности (США, Германия, Англия, Франция, в том числе страны СНГ – Белоруссия и Казахстан).

Россия же все свои силы бросила на борьбу в основном с наркоманией, забыв при этом, что кажущуюся безобидной зависимость от табака ВОЗ (Всемирная организация здравоохранения) приравнивает к героиновой зависимости. Вместе с тем зависимость от табака действительно является грозным пусковым механизмом не только для алкоголизма, но прежде всего для наркомании.

Постоянно появляются все новые виды зависимостей, требующие новых затрат и разработки новых подходов в области профилактики аддиктивного поведения и реабилитации аддиктов. Проблема формирования аддиктивного поведения среди детей и молодежи особенно остро выступает в сфере образования.

В России взаимодействие человека со сферой образования начинается с первых лет жизни и продолжается минимум до 17 лет – период обучения в средней общеобразовательной школе и средних профессиональных образовательных учреждениях. С учетом получения высшего профессионального образования этот период может продолжаться до 23-27 лет. Поэтому сегодня ни одна социальная сфера России не принимает на себя столь мощного провоцирующего удара со стороны сил, вовлекающих детей и молодежь в зависимое поведение, как сфера образования.

Многие виды зависимостей начинают формироваться в детско-подростковом и юношеском возрасте; по достижении 25-30 лет зависимость развивается реже. В отечественных высших учебных заведениях, поданным исследований автора, ежегодно вовлекается только в табачную зависимость более двух миллионов человек. Между тем известно, что предупреждать любые виды зависимости намного экономичнее и проще, чем лечить и проводить реабилитацию.

Это подтверждается, например, тем, что к главным факторам риска преждевременной смерти, которые требуют незамедлительного профилактического вмешательства, по данным Правительства РФ, относятся: высокое артериальное давление, высокий уровень холестерина, курение табака и чрезмерное потребление алкоголя. Они являются основными причинами смертности в нашей стране.

ВОЗ считает, что наносимый социуму индивидами, находящимися в состоянии аддикции, вред можно выстроить в ряд различных форм зависимого поведения. По объему вреда первое место занимают лица, злоупотребляющие веществами, вызывающими изменение психической деятельности. Среди них – курение табака, алкоголизм, наркомания и др.

В развитых странах форма аддиктивного поведения, связанного с химической зависимостью, является одной из главных причин преждевременной смерти. Большинство преступлений совершается лицами, находящимися в нетрезвом состоянии. При этом зачастую наносится вред здоровью, жизни, материальному и психологическому благополучию законопослушных здоровых граждан. Нередко действия таких преступников становятся угрозой национальной безопасности государства.

Распространение курения среди российских мужчин больше 60%, среди женщин – свыше 30%, что вдвое превышает аналогичные показатели в странах ЕС и США. По данным Правительства РФ, потребление сигарет в России с 1985 г. увеличилось на 87%, в основном, за счет увеличения численности курящих женщин и подростков. В настоящее время численность курящих в нашей стране составляет более 40 млн человек, в том числе 63% мужчин, 31% женщин, 42% юношей и 7% девушек.

Столь высокая степень развития агрессивного воздействия факторов риска в России обусловлена в первую очередь слабой защищенностью от них детей и населения в целом.

Плохой пример противодействия курению подают наши врачи. Число курящих врачей не уменьшается, а по некоторым специальностям (хирурги, стоматологи) оно становится все больше. В то же время курящий врач в странах Запада – редкость. По данным Европейского проекта школьных исследований по алкоголю и наркотикам (ESPAD), аналогичные результаты развития пагубных привычек, хотя и в меньших масштабах, наблюдаются в молодежной среде всех европейских стран.

Профилактика аддиктивного поведения

При первичной профилактике зависимого поведения крайне необходимые для каждого жителя нашего государства максимальные границы охвата профилактического пространства составляют 100% населения по каждому возрастному периоду.

В возрастных группах 10-летних подростков профилактическое пространство наиболее широкое. Однако и оно сужено началом проявления табачной зависимости у той части мальчиков и девочек, которым необходимы реабилитационные мероприятия, так как профилактические им уже не помогут.

В среде 15-летних подростков профилактическое пространство оказалось суженным еще больше и составило по разным видам зависимостей от 4 до 15%. В среде 25- и 35-летних индивидов профилактическое пространство начинает сужаться в связи с ростом числа людей, страдающих курением табака, алкоголизмом, наркоманией и игроманией. В результате профилактическое пространство в этом возрасте сужается по алкоголизму в 4 раза и наркомании – в 16 раз. В данном случае можно говорить о коллапсе профилактического пространства в РФ, т.е. неуправляемости его сужения, начиная с 15 лет. Эти данные позволяют сделать вывод, что проблема профилактики аддиктивного поведения среди детей, подростков и молодежи стоит наиболее остро.

История становления термина«зависимость»

Американские историки науки считают, что термин «зависимость» появился по меньшей мере в 1599 г. и был использован В. Шекспиром в первой сцене «Генриха V», где означал «зависимость» от табака (издание 1779 г.). И хотя сам Шекспир не трактовал его в узком смысле, тем не менее с 1906 г. термин «зависимость» в этом произведении стал соотноситься со ссылкой на зависимость от опиума.

До этого времени в различные периоды истории зависимость рассматривалась различными религиозными верованиями и конфессиями с позиций вселения в человека потусторонних сил, греховности человеческой натуры. Постепенно они перешли в разряд проявлений «социально нежелательного поведения», «отклонения от общепринятых норм», а в быту их приравнивали к понятию «вредные привычки».

Выводы американских ученых находят подтверждение в работах отечественных специалистов-этимологов, которые считают, что «зависимость» – это слово-калька и в русском языке оно стало появляться в словарях в 80-е годы XVIII в.

Исследователи из Кембриджского университета Д.Х. Ленде (D.H. Lende) и Е.О. Смит (Е.О. Smith) [10] определили, что первое использование термина «аддикт» (в понимании наркоман) как прилагательное (в значении «подставляется подо что-то», «посвященный чему-то») было найдено в учебнике латинского языка 1529 г. Аддикт происходит от латинского слова addictus (пристрастился к чему-то), трансформировано в addicere (поручитель по…, доставить, доходность, посвятить) и затем трансформировано в рекламный сленг dicere (сказать, объявить).

Необходимо отметить, что до второй половины XX в. «зависимость» как термин соотносилась только с наркотиками (наркоманией) и использовалась как медицинский фармакологический термин, так как наркотики активно применялись в медицинской практике и их прием регулировался преимущественно медицинскими показаниями.

Однако с появлением общества «Анонимные алкоголики» в 1938 г. круг исследований в области зависимости стал расширяться. Стали появляться модели их развития.

Самая первая модель медицинского характера под названием «аллергическая концепция происхождения зависимости» трактовалась как извращенная телесная реакция от алкоголя и постепенно переросла в модель «зависимость-болезнь», основанную на работах американского врача В.Д. Силкворта (W.D. Silkworth) (1873-1951), специалиста в области лечения алкоголизма.

В 1938 г. в Нью-Йорке В.Д. Силкворт был директором городской больницы Б.Чарльза, которая специализировалась на проблемах преодоления наркомании и алкоголизма. Совместно со своим коллегой Биллом Уилсоном (Bill Wilson) стал соучредителем движения взаимопомощи «Анонимных алкоголиков» (АА). В.Д. Силкворт оказал большое влияние на раскрытие основ алкоголизма, который до того воспринимался их современниками как моральная слабость человека. Он представил алкоголизм в модели патологического состояния пациента и впервые трактовал его как болезнь.

С этого времени, по нашим данным, проблема зависимостей становится новым направлением изучения многих наук, модель «зависимость–болезнь» распространилась на многие формы зависимого поведения. В связи с этим организуются новые больницы, социальные и частные реабилитационные центры, растет потребность не только в специалистах-медработниках, но и работниках социальной сферы. В эту деятельность все чаще вовлекаются сами страждущие, особенно лица, преодолевающие алкогольную и наркотическую зависимость.

Современный взгляд на определение зависимости

Современный научный взгляд на определение зависимости как болезни детерминирован в 50-е годы прошлого века. В настоящее время он рассматривается не только и не столько в контексте медицинских знаний, но преимущественно с позиций психологических, социальных, педагогических и других наук.

Появились также новые направления – междисциплинарные науки, которые интегрируют современные знания из разных наук и раскрывают поведенческие и личностные расстройства в области зависимости с точки зрения таких наук, как аддиктология (изучающая всевозможные аспекты зависимого поведения), девиантология (изучающая аддикции).

По мнению отечественного аддиктолога (специалиста в области аддиктивного поведения) – врача-психиатра, профессора Д.М. Менделевича, аддикции – это особая группа поведенческих расстройств, представляющих собой разнообразные патологические паттерны поведения, отвечающие не только критериям личностных расстройств, но и различным критериям диагностики. Эти расстройства разнесены по различным рубрикам Международной классификации болезней – МКБ-10 (последняя версия).

Аддикции объединяет преобладание проявления поведенческих расстройств над собственно психическими расстройствами. При этом пациенты-аддикты характеризуются неадекватностью поведения, которое наиболее часто возникает как несоразмерность времени и места проявления реакций и невозможность приспосабливаться к социуму. В поведении таких пациентов доминирует какая-либо одна патологическая деятельность, обладающая свойством аддикции, т. е. проявляющаяся чрезмерно длительной фиксацией внимания на определенных видах деятельности или предметах (фетишах).

В обычной жизни подобные виды деятельности или предметы становятся сверхценными для человека, при этом происходит снижение или нарушение способности контролировать свое поведение, определяемое сверхактивной вовлеченностью в данную деятельность. Главное состоит в том, что человек теряет свободу выбора поведенческих решений и самостоятельность, потому что цель его поступков связана с этой же деятельностью или предметом аддикции.

Эта идея была формализована в 50-х годах, когда ВОЗ (WHO – World Health Organization) и Американская медицинская ассоциация (АМА – American Medical Association) классифицировали наркоманию как болезнь.

К концу XIX в. слово «наркомания» врачи начали использовать как объяснение и как диагноз чрезмерного употребления наркотиков. Одним из последствий поведения наркомана является невозможность контролировать свое поведение и потребность в лечении, а не в наказании.

В 1951 г. ВОЗ признала алкоголизм серьезной медицинской проблемой, а АМА в 1956 г. объявила алкоголизм излечимой болезнью. В 1960 г. Е.М. Еллинеком (ЕМ. Ellinec) были разработаны модели заболевания алкоголизмом.

В 1965 г. Американская психиатрическая ассоциация начала использовать работу Е.М. Еллинека как терминологическую основу для характеристики заболевания алкоголизмом. Затем ее концепцию признала Американская медицинская ассоциация. Из всех видов зависимости эта концепция болезни была первоначально применена к алкоголизму и лишь потом, после обобщения данных, ее стали применять к наркомании.

Сегодня понятие «болезнь наркомания» рассматривается в качестве заболевания, т. е. оно существует само по себе и не является вторичным по отношению к некоторым другим условиям и другим видам зависимостей.

В Соединенных Штатах признаки физической зависимости, злоупотребления и выхода из наркотического опьянения, вызванного влиянием наркотических веществ, изложены в «Диагностическом и статистическом руководстве по психическим расстройствам» (DSM-IV TR – Diagnostic and Statistical Manual of Mental Disorders). В этом руководстве вообще не используется термин «зависимость», вместо него предлагается слово «пристрастие», как, например, в словосочетании «вещество, вызывающее пристрастие (или психологически активное вещество)».

Такое вещество определяется при злоупотреблении алкоголем или другими психоактивными веществами, вызывающими проблемы, связанные с их использованием. В таком случае может быть поставлен диагноз проявления зависимости от психологически активных веществ. Если прием вещества случайно остановлен или отмечен повторно, то это рассматривается как толерантность к действию наркотиков и снятию, снижению или остановке симптомов. Это состояние можно трактовать как злоупотребление психологически активными веществами. В таком случае рекомендовано использовать термин «болезни от веществ, вызывающих пристрастие».

Терминологическая проблема изучения аддикций

Авторы-психологи считают, что существует два альтернативных подхода к вопросу формирования аддиктивного поведения в онтогенезе личности.

Первый подход, разработанный Ф. Бове (F. Beauvais), трактует аддиктивное поведение как психологический феномен преимущественно социально обусловленного генеза. Второй подход, разработанный С.Я. Келли (S.J. Kelley), делает акцент на интернальных, внутренних факторах аддиктивного поведения, связанных с особенностями биологической организации человека.

Современная терминология в этой области стала сложным явлением. Фармакологи продолжают трактовать зависимое поведение с точки зрения физиологической зависимости; психиатры относят зависимость к болезненным состояниям; большинство врачей, психологов и педагогов считают, что наркомания и другие виды зависимого поведения – это психологическая зависимость.

По нашему мнению, в настоящее время медицинское сообщество проявляет большую осторожность при трактовке теоретических различий между физической зависимостью, которая характеризуется симптомами отмены, и психологической зависимостью (или просто зависимостью). Физическая зависимость от вещества определяется появлением характерных симптомов отмены, когда потребление вещества внезапно прекращено.

Зависимость в настоящее время узко определена как неконтролируемое, компульсивное использование психологически активных веществ. При этом считается, что если нет вреда или ущерба, нанесенного пациентом другому, то его клиническое состояние можно не считать зависимостью, а отнести к навязчивым состояниям.

На практике упомянутые два вида зависимости не всегда легко отличить. Зависимость, в особенности химическая, часто имеет как физические, так и психологические компоненты.

Существуют также менее известные ситуации, которые называют псевдозависимостями. Этот термин применяется в том случае, когда пациент предъявляет жалобы, напоминающие психологическую зависимость от наркотиков, но, как правило, за ними скрываются либо болевой синдром и желание его снять, либо другие симптомы, которые были первичными в отношении зависимости от наркотиков. В отличие от истинной психологической зависимости, такое поведение, как правило, останавливается после купирования боли и адекватного лечения.

Развитие терминологии в области зависимого поведения осложняется тем, что учеными постоянно ведется поиск причин, вызывающих формирование зависимого поведения. Причины изыскиваются специалистами различного профиля, а они так или иначе вносят дополнительный терминологический ряд, соотносящийся с зависимым поведением. В этот понятийный ряд входит также терминология, рассматривающая способы помощи зависимым людям, и т.д.

Исследование состояний перманентного стресса показало, что он является дополнительным деструктивным фактором для постоянно возрастающего числа людей. Доказано, что лица, не способные справиться со шквалом надвигающихся проблем, закрываются от дискомфортной им реальности вместо того, чтобы попытаться что-либо в ней изменить.

Они фиксируют свое внимание на том, что вызывает приятные ощущения и при этом не требует активного приложения душевных усилий. Такой тип реагирования определяется термином «пусковой механизм формирования аддиктивного поведения».

Особенно часто жертвами формирования зависимостей становятся лица с узким пространством психологического комфорта. Они прибегают к различным химическим веществам, которые гарантируют «быструю защиту» от суровой действительности. Ученые отмечают, что эти люди в короткое время обретают «химические костыли» в виде никотина, алкоголя, кофеина, наркотиков и прочих веществ, меняющих физическое и психическое состояние.

Западные и отечественные ученые пришли к выводу, что следствием аддиктивного поведения становится нарушение у аддикта внешних связей, контактов, грубо нарушается личностная сфера, меняются характер, поведение и на первый план выходят зависимость и способы ее удовлетворения. Человек теряет свободу выбора и вскоре у него развивается тот или иной вид зависимости.

Еще в начале XX в. многие западные исследователи доказали, что у аддиктов отвлечение от жизненных дел представляет собой особый, аддиктивный стиль жизни. Аддикт устанавливает эмоциональную связь с неодушевленными предметами или явлениями, т. е. с ядром его зависимости.

Он раздваивается и теряет способность устанавливать реальные отношения интимности и близости с другими людьми. Стремясь к таким отношениям, он реализует это стремление искусственно.

У аддиктов включаются механизмы самозащиты и самооправдания. Они большие мастера логических построений и всегда находят оправдание и объяснение своего поведения, охотно соглашаясь при этом со здравыми увещеваниями.

Известно, что уже первая проба наркотиков останавливает процесс психологического взросления, и если дебют потребления наркотиков приходится на подростковый возраст, то в будущем психология приговорившего себя человека так и остается на уровне 13-15-летнего подростка. Иными словами, и в 20, и в 30 лет он будет демонстрировать те же поведенческие реакции (например, упрямство или лживость), что и подросток. Это связано с тем, что аддиктивность сопровождается кратковременными интенсивными эмоциональными состояниями, сопровождающимися чувством «истинности жизни», и это еще больше закрепляет поведенческий стереотип подросткового возраста.

Длительные наблюдения исследователей – М. Мюррея, Н.Р. ВанДеМарка (N.R. VanDeMark) с соавторами – выявили, что кроме известной конкретной зависимости у аддикта развивается еще и такая ее форма, которая связана с его взаимоотношениями с другими людьми. Она получила название «коммуникативная».

Особенно остро она проявляется в семьях аддиктов, где один из ее членов страдает какой-либо формой зависимости, чаще химической, а остальные члены семьи начинают подстраиваться под зависимый тип поведения и сами становятся ее жертвами. Профессор В.Д. Москаленко считает, что к коммуникативной форме зависимости можно отнести также любовную и сексуальную зависимость.

Люди, страдающие коммуникативной зависимостью, определяются как «созависимые». Нередко созависимые люди имеют свои аддикции, воспринимаемые обществом как достоинства и социально одобряемое поведение. Это так называемые социальные аддикции. Авторы М. Битти, Р.В. Джонсон (R.V. Jonsori) с соавторами и другие считают, что наиболее часто созависимые люди встают на путь работоголизма.

Поэтому нередко можно слышать такое мнение: «Родители – уважаемые люди, занимают высокие должности, а ребенок – наркоман». А на самом деле один или оба родителя – социальные аддикты или созависимые в собственной семье, уже включенные в аддиктивные механизмы.

Публикуется по: Аршинова В.В. Профилактика зависимого поведения: системный подход.

Оставить комментарий

http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_bye.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_good.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_negative.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_scratch.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_wacko.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_yahoo.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_cool.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_heart.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_rose.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_smile.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_whistle3.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_yes.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_cry.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_mail.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_sad.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_unsure.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_wink.gif 
 
Стопалкоголь-Элит
Восстанавливающие

Отзывы пациентов

Отзыв Николая: «Год назад я прошел сеанс по методу снятия подсознательных барьеров в центре В.А. Цыганкова. После этого сеанса весь год не пил, чувствовал себя хорошо. Сейчас пришел вновь, чтобы пройти такой же сеанс».

Отзыв Тамары: «Мне было очень плохо, и я не могла решить свою проблему с выпивками самостоятельно. Пришла на прием к Владимиру Анатольевичу Цыганкову и за один сеанс я почувствовала себя намного лучше. На душе стало спокойно, настроение улучшилось, нет тяги к алкоголю. Могу сама жить без спиртного и чувствовать радость от того, что способна управлять своей жизнью».

Отзыв Павла: «Поставил защиту от алкоголя полгода назад. Получил хорошее самочувствие, начал сбрасывать лишний вес, да и в семье все наладилось. Решил поставить защиту еще на год. Благодарю сотрудников центра Владимира Цыганкова за вниматеьное отношение и квалифицированную помощь!».

Отзыв Степана Тимофеевича: «Я пил почти каждый день долгие годы. Потом принял решение поставить защиту от алкоголя и не нуждаться в нем больше. Но для того, чтобы поставить защиту от алкоголя требовалось не пить семь дней, а я не мог уже и одного дня не пить. Помог мне «Стопалкоголь-Элит». Я стал пить отвар этого фитосбора и уже через несколько дней заметил, что заметно снизилась тяга к алкоголю, самочувствие стало лучше. Я сделал над собой небольшое усилие, не пил семь дней и записался на сеанс постановки защиты по методу снятия подсознательных барьеров в центр Владимира Анатольевича Цыганкова. После этого не пью уже 8 лет. Я очень благодарен В.А. Цыганкову. Дай Бог ему много лет жизни и хорошего здоровья!»

Отзыв Алексея: «Мне хочется выразить благодарность Владимиру Анатольевичу Цыганкову за то, что он помог мне остановить мое пьянство три года тому назад. Дай Вам Бог здоровья и долгих лет жизни, уважаемый Владимир Анатольевич! Мне помог «Стопалкогль-Элит» и восстанавливающие фитосборы».

Отзыв Татьяны: «Метод снятия подсознательных барьеров – замечательный. Жизнь кардинально изменилась в лучшую сторону, улучшилось психологическое состояние, абсолютно исчезла тяга к алкоголю. Прошла тревожность и депрессия. Чувствую себя здоровой. Искренне благодарю всех, кто мне в этом помог!».

Отзыв Михаила: «С благодарностью вспоминаю, как легко и комфортно прошел сеанс по методу безопасного кодирования. Спасибо за возвращение к нормальной жизни! Не пью уже 9 месяцев. Через три месяца приду к вам продлевать защиту от алкоголя еще на год. Благодарю персонал центра Владимира Цыганкова за доброжелательное отношение».

Отзыв Александра Ивановича: «Я пил более 20 лет. Никак не мог остановиться. Слишком сильной была тяга. Но 5 лет назад я смог все-таки бросить пить насовсем. Мне помогли фитосборы «Стопалкоголь-Элит» и «Восстанавливающие». Восстанавливающие сборы оказались особо полезными: восстановилась печень, восстановились почки. Даже врачи удивились. Теперь я к ним уже не хожу и таблетки не принимаю. Уже 5 лет живу трезво. Большое спасибо центру Владимира Цыганкова!»

Отзыв Веры: «Присоединяюсь к добрым отзывам о Владимире Анатольевиче Цыганкове. Я пила долго и много. Два года назад перенесла инфаркт. Именно тогда я пришла к Владимиру Анатольевичу Цыганкову и он поставил мне защиту от алкоголизма. Потом он научил меня управлять своими мыслями и чувствами, научил справляться со стрессами и страхами. Хожу в храм, а вместо алкоголя пью душистые, вкусные и полезные лекарственные травы. Я живу новой, счастливой жизнью».

Отзыв Станислава Михайловича: «Когда я впервые прошел сеанс по методу снятия подсознательных барьеров, то продержался без спиртного недолго - через 9 месяцев начал пить снова, хотя защита от алкоголя была на 1 год. Выпить уговорили друзья, сказали, мол, ничего страшного не произойдет, срок неупотребления уже подходит к концу. По глупости я послушался из выпил... и запои вновь вернулись. Я записался снова в центр Владимира Цыганкова на сеанс по методу снятия подсознательных барьеров. Мне поставили защиту от алкоголя сначала на 6 месяцев, в потом на 1 год. Полтора года уже не пью и чувствую себя прекрасно. Второй раз ошибки не совершу, никому не удастся уговорить меня выпить. Мне этого не хочется и не надо. И поэтому защиту от алкоголя продлю опять».

Отзывы наших пациентов смотрите здесь

Свежие комментарии
Поделитесь ссылкой!

Отзывы родственников наших пациентов

Отзыв Инны: «Мой муж пил три десятка лет. Как я ни пыталась его лечить, ничего не помогало. Когда я обратилась за помощью к Владимиру Анатольевичу Цыганкову, он мне открыл глаза на то, что я себя веду с мужем неправильно. Я поняла, что делать НЕ НАДО, а что делать НУЖНО. А вскоре и муж сам, без какого-либо давления с моей стороны бросил пить и начал лечиться. Благодарю Вас, Владимир Анатольевич! Вы заслуживаете самых добрых отзывов, и самых лучших отзывов заслуживает Ваша профессиональная помощь пьющим людям и их женам».

Отзыв Ирины Ивановны: «Мой сын был запойный, более 10 лет пьянствовал беспробудно. Что я только ни перепробовала, ничего не помогало его вылечить. Но однаждыя с помощью психолога Владимира Анатольевича Цыганкова отказалась от ненужных и неправильных действий, а стала делать то, что реально может замотивировать сына на прекращение пьянства и лечение. Дела пошли в гору. Сын сам пошел в центр Владимира Анатольевича, поставил защиту от алкоголя по методу снятия подсознательных барьеров. Теперь уже четыре года прошло, как он не пьет совсем. Теперь я понимаю, что роль матери бесконечно огромна в деле реальной помощи сыну».

Отзыв Дарьи: «Я благодарна психологам центра Владимира Цыганкова за то, что они помогли мне увидеть свою страшную болезнь – созависимость от пьющего мужа. Они дали мне мне возможность адекватно посмотреть на себя, на мужа, на нашу жизнь и сделать необходимые шаги для создания трезвой, здоровой семьи».

Отзывы родственников наших пациентов смотрите здесь

Рубрики сайта
Яндекс.Метрика