Системный подход к профилактике патологических зависимостей

ЗдоровьеСистемный подход к профилактике патологических зависимостей

При изучении системного подхода в психологии зависимого поведения нами было выявлено, что он базируется на системном подходе психологии развития. Однако современные знания в этой области все чаще опираются на междисциплинарный психологический подход.

Многолетние научные исследования и практические внедрения позволили нам выстроить авторский системный подход в профилактике зависимого поведения на основе знаний об устойчивости. Раскрыв многогранность феномена устойчивости в психологии, обобщив методологию устойчивости в психологическом знании, мы пришли к разработке концептуальных положений устойчивого развития личности и методологических принципов его диагностики. Это позволило разработать и новый научный терминологический ряд, раскрыть новые грани теоретического знания на природу профилактики и возникновения зависимого поведения. 

Системный подход в психологии развития

Основы системного подхода в различных областях психологии получили развитие в исследованиях многих отечественных и зарубежных ученых XX в.: JI.C. Выготского, А.Ф. Jlaзурского, С. JI. Рубинштейна, А.Н. Леонтьева, П.Я. Гальперина, Ж. Пиаже и их учеников и последователей.

Раскрывая системный подход в психологии, советский профессор, методолог научного познания Эрик Григорьевич Юдин в своей работе «Системный подход и принцип деятельности. Методологические проблемы современной науки» (1978 г.) пришел к выводу, что родоначальниками системного подхода в психологии стали основатели психологии развития. В частности, Юдин писал, что культурно-историческая теория Льва Семеновича Выготского и генетическая эпистемология Жана Пиаже являются первым отражением системного подхода в психологическом знании.

Близость концепций советского психолога JI.C. Выготского и швейцарского психолога и философа Ж. Пиаже к современным системным исследованиям выражается в том, что системный предмет психологии не может быть построен в традиционных взглядах. Для решения задачи перехода традиционной психологии на системный подход необходима не простая переформулировка имеющихся психологических понятий, а реализация комплексного, междисциплинарного подхода к изучению психики.

Обратимся за примерами к работам JI.C. Выготского, который, опираясь на концепцию деятельности, важнейшим положением изучения психики считал анализ знаковых систем и орудийных средств. В своих трудах JI.C. Выготский большое значение придавал таким понятиям, как «интериоризация» (лат. interior — внутренний) и «экстериоризация» (лат. exterior — наружный, внешний).

По мнению Л.С. Выготского, каждая функция человеческой психики в начале своего формирования складывается как внешняя, социальная форма общения между людьми, что в дальнейшем составляет основу построения социальных систем различного уровня. Функция психики выступает как трудовая или иная деятельность и лишь впоследствии, в результате интериоризации, становится «системным компонентом психики». Экстериоризация – это процесс превращения внутреннего психического действия во внешнее, она является логическим продолжением интериоризации и «системным продуктом» психики.

Венгерский ученый Ласло Гараи (Laszlo Garni) в интервью, опубликованном в журнале «Вопросы философии» (2011 г.), высказал мысль о том, что диада Выготского заключает в себе все системное наследство тетрады Рубинштейна. Наследие составляют такие понятия, как: «предмет и деятельность», «аспект истории» и «аспект общества», каждый из которых обладает системными признаками и, в свою очередь, входит в системное понятие «идентичность личности».

Понятия «интериоризация» и «экстериоризация» являются одними из ключевых в современной образовательной психологии США, строящейся на основе культурно-исторического подхода Л.С. Выготского. Это направление широко применяется в практике построения систем адаптации, позволяющих создавать в сфере образования условия адекватного и эффективного приспособления ребенка и молодого человека к жизненной реальности.

Ж. Пиаже считал центральным пунктом анализа операциональную природу психики. Интеллектуальная деятельность является производной от материальных действий субъекта, а ее элементы – операции – представляют собой интериоризованные действия, встроенные в системы психики. В отличие от Выготского, Пиаже интересовал прежде всего интеллект как система психических функций и специфика формирования всей системы в целом и каждого ее звена отдельно.

В более позднее время интериоризация – экстериоризация были изучены Петром Яковлевичем Гальпериным. Это понятие ученый рассматривал с позиции его представления в форме ведущего системообразующего процесса психики.

Дальнейшее раскрытие понятий «интериоризации» и «экстериоризация» легли в основу его «Теории планомерно-поэтапного формирования умственной деятельности человека». Многие отечественные и зарубежные ученые считают, что сформулированный Гальпериным подход к сущности психических явлений и процессов, к механизмам их формирования и развития – это уникальная по своей сути и внутренней целостности система психологических знаний.

Методологически Гальперин раскрыл принципиальный путь освоения индивидом общечеловеческого опыта. А.И. Подольский в предисловии к изданию «Лекций по психологии» Гальперина сделал вывод, что «Теория планомерно-поэтапного формирования умственной деятельности» представляет собой наиболее детально разработанную систему положений о механизмах и условиях сложных многоплановых изменений, связанных с образованием у человека новых образов, действий и понятий.

Системный подход в междисциплинарном психологическом знании

Базовые системные методологические основы изучения личности при междисциплинарном психологическом подходе разработаны в XX в. в трудах Б.Г. Ананьева, В.П. Кузьмина, Б.Ф. Ломова и других ученых.

Наиболее полное системное изучение личности через лонгитюдные исследования сделал Борис Григорьевич Ананьев, прослеживая цепь корреляций между многими нейропсихическими функциями, процессами, состояниями и свойствами личности, а также взглядом на психологическое развитие человека как на процесс расширения его сознания. В середине прошлого столетия А.Г. Ананьев считал, что наука располагает вполне объективным подходом к изучению целостности организма и его онтогенетического развития.

Системный подход позволяет расширять познание внутренних связей между всеми частями структуры и развития живых систем на биологическом, физиологическом, психическом, социальном уровнях и овладение ими. Каждому уровню соответствует целостный объект, лежащий в основе существования данного уровня.

Так, основу биологического уровня составляют клетка и межклеточные взаимодействия, физиологического – организм и связи между органами, психического – сознание и взаимосвязи психических функций, социального – личность и межличностные и общественные отношения. Интеграцией этих уровней и взаимоотношений их оснований является целостное понимание о человеке.

А.Г. Ананьев отмечал, что новейшие экспериментальные данные и их математическая обработка подтверждают мысль Л.С. Выготского о положительных корреляциях межфункциональных связей, образующихся в процессе развития ребенка и влияния на это развитие историко-культурных факторов развития общества.

Несмотря на приоритеты отечественной мысли в направлении системного подхода в психологии в конце XIX – начале XX в., удержать первенство, приобретенное в советское время, российским ученым не удалось. Следует также отметить, что и в настоящее время научная российская школа в области системного подхода к профилактике зависимого поведения делает лишь первые шаги.

Системный подход в профилактике зависимого поведения

По данным исследований было выявлено, что системный подход в области немедицинской профилактики зависимого поведения широко заявил о себе с середине прошлого века и существует до наших дней. Об этом свидетельствуют исследования таких ученых, как JI. фон Берталанфи, Дж. Миллера, Ю. Рюеши, А. Шафлена, К. Меннингера, П.П. Волкова и других.

В работе «Системный подход и психиатрия», вышедшей в 1976 г. в Минске под редакцией П.П. Волкова, доктора медицинских наук, члена экспертной группы по системному анализу здравоохранения и медицины СССР, раскрыты основные вехи системного знания в психиатрии и психологии и дается системный анализ отечественных и зарубежных теорий с рассмотрением наиболее значимых исследований этого направления.

Большое значение развитию системных взглядов в психиатрии придавалось за рубежом. Так, в 1969 г. в Бостоне опубликована книга «Общая теория систем и психиатрия», авторы которой – ведущие психиатры США. Одну из глав этой книги написал австрийский биолог JI. фон Берталанфи, постоянно проживавший в Канаде и США и, в свою очередь, являющийся автором книги «Общая теория систем», написанной им еще в 30-е годы XX в.

В упомянутой книге автор подводит итоги своего исследования и связывает теорию систем с психологией и психиатрией, указывая на ряд достижений западной школы системности в этом направлении. В книге кратко изложена суть работ Дж. Миллера, Ю. Рюеша, А. Шафлена, Р. Гринкера, К. Меннингера, К. Левина по применению общей теории систем в психиатрии и психологии. Эти исследователи более детально, во всех аспектах, рассмотрели поведение, в том числе отклоняющееся.

Р. Гринкер впервые применил теорию систем к гомеостазу психических процессов в здоровом организме и при его нарушении болезнью. К. Менингер рассматривал характеристики личности как подсистемы, контролирующие жизненное равновесие, а душевные болезни как результат дезорганизации личности.

Дж. Миллер в своих работах впервые дал общую характеристику живых систем. Он считал, что существуют системы не только в физическом пространстве, но и в теоретическом: социальном, бытовом, семантическом и т.п. Дж. Миллер развивает идеи топологических полей в психической деятельности, выдвинутые К. Левиным.

А. Шафлен в своей работе делает вывод, что ключом к изучению поведения является исследование человеческих коммуникаций. Групповые коммуникации и есть «система поведения», поскольку поведение людей вне группы невозможно. Именно групповые коммуникации формируют поведение личности.

А. Шафлен вычленил общие свойства любых поведенческих программ – это:

– обеспечение выполнения какого-то образа (норм, иерархии поведения);

– специфика субкультурных категорий (этических, классовых, региональных, организационных);

– зависимость от контекста – ситуации, задач, социальной структуры;

– наличие вариантов или ответвлений по выбору, приспособлению и адаптации.

Исследование А. Шафлена «Система и психосоматика» дает представление о критическом и позитивном подходе к изучению психического развития. Если критическое изучение – это привычный для науки подход исследования, то позитивный подход – это обязательное соединение в одно исследование психического, биологического, социального и культурологического подходов.

Ю. Рюеш формулирует четыре главных постулата для успешного применения общей теории систем в науках о поведении:

1) качественная модификация методологии;

2) различные исследования и разработки типовых частотно-вероятностных моделей;

3) учет реакции человека на происходящее;

4) обязательность рассмотрения устойчивости большего масштаба, чем изменчивость.

Патологическое поведение Ю. Рюеш считал отклонением от принятых моделей поведения.

Современные исследователи системного подхода в области психологии и психиатрии, авторы многочисленных работ по проблемам наркомании С.В. Березин, К.С. Лисецкий констатируют, что до сих пор в медицине и психологии отсутствует системный подход в понимании наркомании как явления. Узкопрофессиональное видение наркологов приводит к формированию восприятия наркомании как болезни, психоза, неспецифической формы личностной защиты или других медицинских образов.

Вместе с тем очевидно, что в понятии «профилактика зависимого поведения» речь идет о системном явлении, адекватное понимание которого возможно лишь с позиций системного подхода. В исследованиях отечественных и зарубежных авторов системный подход рассматривает наркоманию как систему расстройств на различных уровнях.

Когнитивный уровень представлен в виде специфических, иррациональных суждений – мифов о наркомании, например, «Я всегда могу бросить», «Курить марихуану – это не значит быть наркоманом» и т.д. Эмоциональный уровень представлен негативными симптомами – снижение настроения, депрессия, апатия и т.д.

Поведенческий уровень является интегративным, объединяющим когнитивный и эмоциональный уровни. Он представлен в виде набора конкретных поведенческих реакций, являющихся симптомами нарушения социальной адаптации и наркотизации. Примером могут служить суицидальные попытки, стиль общения, в том числе манипуляции, и т.д.

Анализ отечественного и зарубежного опыта ведения антинаркотической работы показал, что важнейшими условиями эффективности антинаркотических программ является их системность, изначально вкладываемая в их разработку. Например, во многих странах первичная профилактика употребления детьми и подростками психоактивных веществ ведется по моделям программ формирования жизненных навыков (далее ФНЖ) в форме системной работы с учащимися на протяжении каждого периода обучения.

Австралийская программа позитивной профилактики (далее ППП) приобщения к употреблению психоактивных веществ детьми 6-8 лет предназначена для начальной школы. Она последовательно реализует системный подход к антинаркотическому обучению младших школьников за счет опоры на концептуальную модель ФНЖ.

Устойчивость – основа профилактики патологических зависимостей

Системный подход подразумевает выделение звеньев, уровней, алгоритма функционирования системных объектов. Главной задачей этого направления в науке и практике являются поиск и дальнейшее выстраивание системного фактора, представляемого в виде основной структурной единицы или базового процесса системы.

В основе современной профилактики зависимого поведения лежит системный подход, который, в свою очередь, требует от профилактического вмешательства как структурной единицы отражения в нем всех системных принципов. Системным фактором в таком представлении профилактики, на наш взгляд, может выступать устойчивость отдельных психических процессов и психики в целом.

Системный подход отражается на практике и в теории профилактического вмешательства, направленного на предотвращение зависимого поведения. Профилактическая деятельность не может существовать сама по себе, она должна быть направлена на получение некоего результата, который мы предлагаем назвать термином «продукт профилактики».

На наш взгляд, продукты профилактики можно подразделить на уровни и компоненты, которые будут отражать цель и соответствующий результат профилактического вмешательства для отдельного человека, семьи, группы и сообщества.

Первый уровень – это уровень здоровья. Компоненты первого уровня: факторы сбережения, расширения и развития здоровья.

Второй уровень – нормы жизни и деятельности во всем их многообразии. Компоненты второго уровня: факторы сбережения, расширения и развития норм жизни и деятельности.

Третий уровень – благополучие. Компоненты третьего уровня: психологическое благополучие (удовлетворенность жизнью, категория «счастья»), социально-экономическое благополучие.

Четвертый уровень – качество жизни. Компоненты четвертого уровня: психологическое качество жизни (стиль жизни, образ жизни, достойное качество жизни), социально- экономическое качество жизни (высокое, среднее, низкое).

Для объединения составных частей профилактики, в частности профилактического пространства, нами были использованы категории ряда авторов, стоящих на позициях системного подхода, представляющих вторую, третью и четвертую группы системных понятий по классификации Э.Г. Юдина.

Вторая группа системных понятий связана с описанием функционирования системных объектов. Прежде всего это понятия «устойчивость» и «равновесие» (в разных его формах). На наш взгляд, именно это имели в виду русские ученые В.Х. Кандинский, рассматривавший «согласованность и организованность души», С.С. Корсаков – «гармоническое сочетание» свойств личности и В.М. Бехтерев – «целостность оздоровления».

Зарубежный исследователь Р. Гринкер пришел к выводу о «гомеостазе психических процессов», К. Менингер вывел понятие о «жизненном равновесии». Ю. Рюеш в четвертом главном постулате успешного применения общей теории систем в науках о поведении выдвигает «обязательное рассмотрение устойчивости большего масштаба, чем изменчивость».

Третья и четвертая группы понятий, по Э.Г. Юдину, объединяют понятия «развитие» и «функционирование». Это нашло отражение в работах JI.C. Выготского, Ж. Пиаже, П.Б. Ганнушкина, А. Шафлена и других. Так, П.Б. Ганнушкин считал, что личность должно изучать во всей ее полноте развития, во всем ее объеме, в окружении со средой, в течение всей жизни и в разных обстоятельствах.

Л.С. Выготский рассматривал личность в ее культурно-историческом развитии, Ж. Пиаже разработал возрастную периодизацию развития личности, основываясь на операциональной природе психики. А. Шафлен разработал основы критического и позитивного подходов в изучении психического развития.

Таким образом, можно сделать вывод, что профилактическое вмешательство активно развивается с учетом категорий устойчивости, что, в свою очередь, требует системного подхода в психологических знаниях, используемых при разработке профилактических программ.

Совокупность накопленных знаний привела нас к исследованию психологического феномена «устойчивость».

Проблемы феномена«устойчивость» в психологии

Результаты исследований и внедрение системного подхода в практику профилактической работы по предотвращению аддикций показали, что они в той или иной степени связаны с проблемой устойчивости и/или неустойчивости человека или группы лиц. Было выявлено, что до сих пор еще не разработана научная платформа для раскрытия феномена «устойчивость» и его профилактического воздействия, которая бы объединяла различные подходы к изучению этого явления в психологии.

Эти положения послужили основанием для дальнейшего научного поиска исходя из результатов предыдущих теоретических и экспериментальных исследований.

Проведенный анализ показал, что термин «устойчивость» в различных энциклопедических словарях сходен и означает прежде всего состояние чего-либо, характеризующееся способностью сохранять пространственную и временную структуру определенных показателей. Эти показатели можно отслеживать, прогнозировать и в дальнейшем управлять ими.

Естественные и гуманитарные науки рассматривают устойчивость организованных (живых) систем как способ жизни и деятельности, зависящий от огромного диапазона уровней, – от внутриклеточных образований до целостности человека, группы людей и общества. При этом о целостности системы можно судить, когда есть определенное ядро или конструкция, сохраняющая устойчивость при любых внутренних и внешних условиях.

Исходя из такого принципа можно полагать, что устойчивость либо присутствует, обеспечивая целостность системы, либо отсутствует. Поэтому возникает проблема изучения устойчивости как основного принципа целостности организованных систем (человека, группы или общества), что является весьма сложной задачей.

Современные исследователи предлагают, как правило, различные косвенные методы изучения устойчивости. Чаще ее определяют в виде отдельных характеристик устойчивости систем, выстраиваемых затем в общий вид, например, устойчивость поведения эмоциональная и т. д.

Существует и другой подход, когда устойчивость изучают через опосредованные характеристики, на которые она оказывает влияние. Так, устойчивость внимания можно изучать опосредованно через хорошую грамотность при переписывании текста, безошибочное решение задач и т. д.

Устойчивость организованной системы имеет определенное своеобразие. Помимо принципа целостности устойчивость является основой функционирования таких систем. Организованные системы постоянно стремятся к полной устойчивости, но достижение ее максимальных показателей в реальных условиях невозможно.

В силу внезапно возникающих (эмерджентных) обстоятельств система может перейти из устойчивого состояния в неустойчивое. И. Пригожин, рассматривая подобные явления, относит их к категории нелинейных, неравновесных, нестационарных открытых систем. Такие процессы перехода, бифуркации (от лат. bifircus – двузубый, вилкообразный), связаны с изменением структуры системы и ее закреплением в новом качестве.

Главное свойство устойчивости – ее непрерывность во времени, которую можно представить как неразрывную связь прошлого, настоящего и будущего. Иными словами, устойчивость будущего всегда предопределена сегодняшним днем и является необходимым и доминирующим условием целостного существования любой системы.

Проблема устойчивости в психологии в том, что до сих пор нет единого представления о ней у человека или группы лиц. Этот феномен при всей своей масштабности и фундаментальности не представлен целостно в современных психологических науках.

Из истории психологии известно, что изначально психологические знания основывались на обобщении наблюдаемых явлений устойчивого и неустойчивого характера в чувственной и ментальной сфере. Например, еще Демокрит считал целью жизни «хорошее спокойное расположение духа. Это состояние, при котором душа живет безмятежно и спокойно, не возмущаемая никаким страхом, ни боязнью демонов, ни какой-либо другой страстью».

В то или иное время психологические процессы могут испытывать значительное воздействие повреждающих и разрушающих внешних и внутренних факторов. При этом могут разрушаться устойчивые связи и психологические процессы, что ведет к наступлению периода отклонений.

Если механизмы самоорганизации не повреждены, то после периода отклонений каждый психологический процесс восстанавливается до уровня устойчивости с учетом опыта преодоления разрушающих факторов. Если разрушена способность восстановления, то процесс переходит в неустойчивое состояние, что ведет к срыву других процессов, вплоть до повреждения личностной и соматической целостности субъекта.

Как видно из представленных терминов, понятие «устойчивость» выступает в них как свойство определенной психической сферы человека. Существует попытка рассмотреть устойчивость на уровне целостной характеристики личности.

В этом направлении наиболее активно изучается устойчивость в аспекте психологии развития и труда, а также педагогической психологии и т. д. Особое место в изучении устойчивости занимают психология девиантного поведения, профилактическая и гигиеническая психология, в которых различные стороны устойчивости человека становятся предметом изучения.

Психология развития изучает возрастные особенности, приобретаемые человеком в течение жизни. При этом, если проанализировать научные подходы Ж. Пиаже, JI.C. Выготского, П.Я. Гальперина, можно утверждать, что основа возрастных показателей зрелости строится на психологических процессах, которые к определенному возрасту достигают характеристики устойчивости. Особого внимания заслуживают исследования устойчивости человека в подростковом и старческом возрасте и в периоды возрастных кризисов.

В эти периоды особенно часто происходят срывы, поэтому проблема сохранения устойчивости начинает занимать первостепенное место в психологических науках, изучающих подобные явления. В приведенных примерах показано, что устойчивость как личностный феномен проявляется в закономерности развития и функционирования психологических процессов и личности в целом.

Не следует полагать, что устойчивость личности приобретается ребенком и взрослым самостоятельно, независимо и спонтанно. Необходимый уровень устойчивости личности предопределен временем и зависит от уровня устойчивости общества, культурологических и духовно-нравственных норм.

Природная целесообразность устойчивости состоит в доминировании психологических процессов. Но если к устойчивости отдельных психологических процессов и личности в целом не прикладывать усилий, то ее уровень как у индивида, так и окружающих его лиц станет значительно ниже.

В таких условиях устойчивость личности или группы не достигнет необходимого уровня, которого требуют общество, культура и духовно-нравственные традиции. В результате такие люди будут отнесены к категории лиц с неадекватным или аддиктивным поведением, с синдромами дезадаптации, тревожности, апатии, депрессии, вплоть до проявления суицидальной настроенности. Устойчивость личности, не сформированная внешними прошлыми, настоящими и будущими усилиями, окажется недостаточно прочной на протяжении жизни, она будет разрушаться во времени и от воздействия незначительных повреждающих факторов.

Если рассматривать личность через системное единство психологических процессов в понятии «идентичность», предложенном Э. Эриксоном, то такое объединение может образоваться только в состоянии устойчивости как частного, так и целого. Постоянное расширение устойчивости человека происходит за счет приобретения опыта, накапливаемого в течение жизни.

Следующей немаловажной проблемой является разработка методологических основ изучения устойчивости и, как следствие, – поиск методов показателей и их нормирование для соответствующих отрезков времени.

Наиболее часто устойчивость изучают через приращение взаимодействующих факторов. Эти факторы влияют на внутренние и внешние изменения (увеличение или уменьшение) уже присутствующего объема устойчивости. Например, П.Я. Гальперин применил подход поэтапного формирования психики в улучшении внимания у детей. Внимание как контролирующая функция улучшилось по разным параметрам.

Так, в процессе написания слов и решения задач устойчивость внимания детей возросла. Измерительная шкала показывала при этом не только улучшение характеристик внимания, но и количественные изменения устойчивости в других направлениях.

Однако таким способом можно определить только контурные характеристики устойчивости, которые будут подобны «перчатке, прилегающей к руке, но это еще не сама рука», т.е. изменения (приращения) устойчивости будут определяться через факторы и покажут только ее увеличение либо уменьшение.

На примере базовых понятий, имеющих одновременное отношение к жизни и деятельности человека, предлагаем рассмотреть ряд определений, приближающих нас к решению проблемы устойчивости в психологии.

В настоящее время изучение устойчивости связывают с раскрытием функционального внутреннего цикла деятельности, имеющего ряд поэтапных звеньев, взаимодействующих по определенной схеме. Первый этап связан с постановкой задачи, затем актуализируется ее мотив, ведущий к осуществлению действий (реализующий мотив).

Второй этап – осознание трудностей и возрастание негативной эмоциональной реакции. После этого наступает третий этап — поиск способа преодоления трудностей, вследствие чего понижается сила отрицательных эмоций, улучшается функционирование организма, повышается уровень возбуждения нервно-психических реакций, что приводит к оптимизации деятельности. Все рассмотренные действия изучаются самостоятельно. При этом каждое звено исследования посвящено изучению изменений (приращений) по отношению к силе влияющих факторов или времени, в котором действует фактор.

При дифференциальном исследовании психологической устойчивости ее рассматривают в отношении различных качеств личности. Например, В.Д. Шадриков, Н.В. Нижегородцева и другие исследователи в области педагогической психологии рассматривают устойчивость через призму личности педагога и учащегося.

Для человека, считает Н.Б. Березанская, который постоянно соприкасается с экстремальными ситуациями (безработные, бездомные, беженцы или погорельцы), устойчивость личности имеет высокую значимость и изучается через способность, навыки и умения решать жизненно важные задачи.

При анализе психологической устойчивости исследователи нередко используют понятие «стрессоустойчивость», тем самым подчеркивая ее базовый характер и обязательность учета в проводимых исследованиях. Это подтверждается в работах JI.A. Китаева-Смык, Н.А. Сироты, JI. Росс, Р. Нисбет и др., которые рассматривают стрессоустойчивость как совокупность неосознаваемых реакций человека на воздействие сильных нагрузок (физических стимулов, химических, климатических, биологических, а также психологических и социокультурных повреждающих факторов).

Психологическая устойчивость и стрессоустойчивость рассматриваются при изучении спонтанных психосоматических и поведенческих реакций, которые проявляются в виде изменения ориентировочных реакций и поиска выхода из трудных ситуаций, включая защитные механизмы по ограждению от внутреннего и внешнего повреждающего воздействия, открытие канальных факторов для снятия психологического напряжения.

Исследователи В.И. Слободчиков, А.В. Шувалов и другие приходят к выводу о том, что психологическая безопасность может быть отнесена к личностным формам устойчивости, проявляющимся одновременно и в жизни, и в деятельности человека. Уровень ее определяется, помимо психологической устойчивости, еще и взаимодействием личности с другими людьми или группой лиц.

Если прибегнуть к медицинской метафоре, то психологическую безопасность можно сравнить с иммунитетом в виде ответных неспецифических, адаптивных реакций организма на влияние внешней среды. Если учесть, что психологическая безопасность развивается в ответ на угрозу целостности личности, исходящую от общества, то ее уровень зависит от опыта и возможностей человека переносить различные воздействия социума, самостоятельно выбирать, выстраивать и поддерживать коммуникативные связи и т.д.

Психологическую культуру, также как и безопасность, можно отнести к феномену устойчивости личности. Понятие «психологическая культура» содержит в себе перечисленные признаки, относящиеся к стрессоустойчивости, психологической устойчивости и безопасности.

В арсенале психологической культуры измеряется каждый признак устойчивости личности через призму ее передачи другому человеку. В подтверждение высказанного положения можно привести исследования Г.Л. Будинайте и Т.В. Корниловой, которые рассматривают психологическую культуру как среду, где «вся накопленная устойчивость одного человека или группы передается другим людям или поколениям».

Гуманитарная психология также внесла свой вклад в изучение устойчивости. В работах Э. Фромма, B.C. Степина, К.А. Абульхановой-Славской, Ю.А. Шиловой и других исследователей устойчивость личности рассматривается как составляющая процесса духовно-нравственного воспитания. Гуманистический подход выделяет в психологической устойчивости системообразующие внутренние характеристики личности, которые определяют ее сущностную природу и качественное своеобразие.

Приведем позицию митрополита Питирима с точки зрения христианской антропологии. Он выделяет неизменную устойчивость личности, которую мы подразумеваем под словом «я». Устойчивость личности создает идентичность индивидуальности и определяется душой, т.е. нематериальным субстратом (в котором заложена вся информация о нашем «я»).

С философско-религиозной точки зрения, психологическая устойчивость рассматривается в контексте комплексного представления о внутреннем мире человека как основе его микрокосма. Поэтому можно утверждать, что устойчивость в психике человека столь же целостна и сложна, как и подобный феномен в мире природы – макрокосме.

Если рассматривать устойчивость в процессе развития, то складывается картина возрастных особенностей формирования устойчивости в виде новообразования – фундаментального качества личности человека. Она формируется и функционирует на всем протяжении развития личности.

Ее можно проследить, начиная с внутриутробного существования гамет, затем плода, далее переходя к новорожденному, а впоследствии рассматривая устойчивость на протяжении жизненного пути – в младенческом, детском, среднем и зрелом возрасте. Можно предположить, что каждый уровень устойчивости человека формируется в определенный возрастной период жизни и деятельности и далее функционирует как самостоятельное новообразование.

Стрессоустойчивость начинает формироваться в периоды развития гамет и плода, далее продолжает развиваться после родов в периоды новорожденности, младенческого и детского возраста, достигая полной сформированности примерно к 3-6 годам. Затем, в подростковый период, доминирует формирование психологической устойчивости, которая достигает максимума сформированности примерно к 16-18 годам.

При этом стрессоустойчивость наращивает свои возможности только за счет постоянных тренировок; если они прекращаются, то стрессоустойчивость снижается до первоначального уровня. В силу неполной зрелости психических процессов оптимальным методом тренированности стрессоустойчивости для человека выступают закаливание и другие телесные практики (диеты, массаж и т.д.), физические упражнения, занятия спортом.

В подростковый период доминирует формирование социальной устойчивости, или так называемой психологической безопасности. Период становления социальной устойчивости длится в среднем до 22-25 лет. Теперь уже психологическая устойчивость переходит в так называемый тренировочный период.

Оптимальным для человека в этот период является взаимодействие в малых и больших группах, которые объединены единой целью и смыслом. Например, участие подростков в группе поддержки, в группе «спасатель» и т.д.

С 22-25 лет доминирует формирование психологической культуры. При этом психологическая безопасность переходит в тренировочный период, поэтому так важно участие молодых людей в общественной работе, которая позволяет пройти практику выстраивания коммуникативных связей в социуме.

Период формирования психологической культуры заканчивается ориентировочно к 32-35 годам, затем также наступает период тренировки. В этот период человек накапливает достаточный жизненный опыт, опыт профессиональной, творческой деятельности, деятельности в области искусства, педагогической и научной деятельности, в религиозной деятельности. Этот опыт может передаваться другим людям, и собственно передача опыта, формы и методы, стиль и культура образуют у всех участников взаимодействия новые индивидуальные и групповые варианты внутренней устойчивости.

Конечно, человек или группа лиц могут и раньше передавать плоды своего опыта, но становится очевидным, что тогда еще могут проявляться незрелость и несовершенства в силу незавершенности цикла зрелости. Человек накапливает опыт в течение всей своей жизни, и более ранний опыт также передается другим людям.

Чаще всего это опыт чувств, переживаний, преодолений. Иными словами, какой уровень устойчивости созрел, такой опыт можно передать сверстникам. Но опыт, который может быть выстроен в категории «наследие», обладает длительным запасом жизни, долгое время востребован другими; он готов к передаче следующим поколениям не раньше, чем сформируется полный цикл устойчивого развития личности.

О соответствии сформированности устойчивости возрастным показателям можно судить по обретенным способностям перекрывать деструктивные воздействия (внутренние и средовые) личными ответными конструктивными реакциями в поведении и деятельности.

Возрастные особенности устойчивости человека можно проследить в отношении не только индивида, но и системных групп взаимодействия (мать–дитя, семья – фокус-группа). Устойчивость системной группы формируется в процессе развития совместной деятельности среди ее членов. Она также может быть рассмотрена в виде сферической модели, которая является отражением векторного сложения устойчивости каждого ее члена.

Широкая палитра научных подходов к изучению устойчивости свидетельствует, что данный феномен многогранен. Его содержание свидетельствует также о его масштабности и фундаментальности.

Устойчивость обладает характером открытой системы с собственными структурными и функциональными составляющими. Отсюда можно сделать вывод, что при рассмотрении разновидностей устойчивости в психологии наука предлагает один и тот же феномен, который, в зависимости от методов исследований, раскрывает степень и уровень его организации с разных сторон.

Таким образом, мы пришли к выводу о том, что объединение знаний об устойчивости, имеющихся в педагогической психологии, психологии развития, гуманитарной психологии, психофизиологии и других психологических науках, в целостное понимание крайне важно для формирования современного профилактического знания в области патологических зависимостей.

Публикуется по: Аршинова В.В. Профилактика зависимого поведения: системный подход.

Похожие записи

Оставить комментарий

http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_bye.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_good.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_negative.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_scratch.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_wacko.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_yahoo.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_cool.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_heart.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_rose.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_smile.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_whistle3.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_yes.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_cry.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_mail.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_sad.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_unsure.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_wink.gif 
 
Стопалкоголь-Элит
Восстанавливающие

Отзывы пациентов

Отзыв Николая: «Год назад я прошел сеанс по методу снятия подсознательных барьеров в центре В.А. Цыганкова. После этого сеанса весь год не пил, чувствовал себя хорошо. Сейчас пришел вновь, чтобы пройти такой же сеанс».

Отзыв Тамары: «Мне было очень плохо, и я не могла решить свою проблему с выпивками самостоятельно. Пришла на прием к Владимиру Анатольевичу Цыганкову и за один сеанс я почувствовала себя намного лучше. На душе стало спокойно, настроение улучшилось, нет тяги к алкоголю. Могу сама жить без спиртного и чувствовать радость от того, что способна управлять своей жизнью».

Отзыв Павла: «Поставил защиту от алкоголя полгода назад. Получил хорошее самочувствие, начал сбрасывать лишний вес, да и в семье все наладилось. Решил поставить защиту еще на год. Благодарю сотрудников центра Владимира Цыганкова за вниматеьное отношение и квалифицированную помощь!».

Отзыв Степана Тимофеевича: «Я пил почти каждый день долгие годы. Потом принял решение поставить защиту от алкоголя и не нуждаться в нем больше. Но для того, чтобы поставить защиту от алкоголя требовалось не пить семь дней, а я не мог уже и одного дня не пить. Помог мне «Стопалкоголь-Элит». Я стал пить отвар этого фитосбора и уже через несколько дней заметил, что заметно снизилась тяга к алкоголю, самочувствие стало лучше. Я сделал над собой небольшое усилие, не пил семь дней и записался на сеанс постановки защиты по методу снятия подсознательных барьеров в центр Владимира Анатольевича Цыганкова. После этого не пью уже 8 лет. Я очень благодарен В.А. Цыганкову. Дай Бог ему много лет жизни и хорошего здоровья!»

Отзыв Алексея: «Мне хочется выразить благодарность Владимиру Анатольевичу Цыганкову за то, что он помог мне остановить мое пьянство три года тому назад. Дай Вам Бог здоровья и долгих лет жизни, уважаемый Владимир Анатольевич! Мне помог «Стопалкогль-Элит» и восстанавливающие фитосборы».

Отзыв Татьяны: «Метод снятия подсознательных барьеров – замечательный. Жизнь кардинально изменилась в лучшую сторону, улучшилось психологическое состояние, абсолютно исчезла тяга к алкоголю. Прошла тревожность и депрессия. Чувствую себя здоровой. Искренне благодарю всех, кто мне в этом помог!».

Отзыв Михаила: «С благодарностью вспоминаю, как легко и комфортно прошел сеанс по методу безопасного кодирования. Спасибо за возвращение к нормальной жизни! Не пью уже 9 месяцев. Через три месяца приду к вам продлевать защиту от алкоголя еще на год. Благодарю персонал центра Владимира Цыганкова за доброжелательное отношение».

Отзыв Александра Ивановича: «Я пил более 20 лет. Никак не мог остановиться. Слишком сильной была тяга. Но 5 лет назад я смог все-таки бросить пить насовсем. Мне помогли фитосборы «Стопалкоголь-Элит» и «Восстанавливающие». Восстанавливающие сборы оказались особо полезными: восстановилась печень, восстановились почки. Даже врачи удивились. Теперь я к ним уже не хожу и таблетки не принимаю. Уже 5 лет живу трезво. Большое спасибо центру Владимира Цыганкова!»

Отзыв Веры: «Присоединяюсь к добрым отзывам о Владимире Анатольевиче Цыганкове. Я пила долго и много. Два года назад перенесла инфаркт. Именно тогда я пришла к Владимиру Анатольевичу Цыганкову и он поставил мне защиту от алкоголизма. Потом он научил меня управлять своими мыслями и чувствами, научил справляться со стрессами и страхами. Хожу в храм, а вместо алкоголя пью душистые, вкусные и полезные лекарственные травы. Я живу новой, счастливой жизнью».

Отзыв Станислава Михайловича: «Когда я впервые прошел сеанс по методу снятия подсознательных барьеров, то продержался без спиртного недолго - через 9 месяцев начал пить снова, хотя защита от алкоголя была на 1 год. Выпить уговорили друзья, сказали, мол, ничего страшного не произойдет, срок неупотребления уже подходит к концу. По глупости я послушался из выпил... и запои вновь вернулись. Я записался снова в центр Владимира Цыганкова на сеанс по методу снятия подсознательных барьеров. Мне поставили защиту от алкоголя сначала на 6 месяцев, в потом на 1 год. Полтора года уже не пью и чувствую себя прекрасно. Второй раз ошибки не совершу, никому не удастся уговорить меня выпить. Мне этого не хочется и не надо. И поэтому защиту от алкоголя продлю опять».

Отзывы наших пациентов смотрите здесь

Свежие комментарии
Поделитесь ссылкой!

Отзывы родственников наших пациентов

Отзыв Инны: «Мой муж пил три десятка лет. Как я ни пыталась его лечить, ничего не помогало. Когда я обратилась за помощью к Владимиру Анатольевичу Цыганкову, он мне открыл глаза на то, что я себя веду с мужем неправильно. Я поняла, что делать НЕ НАДО, а что делать НУЖНО. А вскоре и муж сам, без какого-либо давления с моей стороны бросил пить и начал лечиться. Благодарю Вас, Владимир Анатольевич! Вы заслуживаете самых добрых отзывов, и самых лучших отзывов заслуживает Ваша профессиональная помощь пьющим людям и их женам».

Отзыв Ирины Ивановны: «Мой сын был запойный, более 10 лет пьянствовал беспробудно. Что я только ни перепробовала, ничего не помогало его вылечить. Но однаждыя с помощью психолога Владимира Анатольевича Цыганкова отказалась от ненужных и неправильных действий, а стала делать то, что реально может замотивировать сына на прекращение пьянства и лечение. Дела пошли в гору. Сын сам пошел в центр Владимира Анатольевича, поставил защиту от алкоголя по методу снятия подсознательных барьеров. Теперь уже четыре года прошло, как он не пьет совсем. Теперь я понимаю, что роль матери бесконечно огромна в деле реальной помощи сыну».

Отзыв Дарьи: «Я благодарна психологам центра Владимира Цыганкова за то, что они помогли мне увидеть свою страшную болезнь – созависимость от пьющего мужа. Они дали мне мне возможность адекватно посмотреть на себя, на мужа, на нашу жизнь и сделать необходимые шаги для создания трезвой, здоровой семьи».

Отзывы родственников наших пациентов смотрите здесь

Рубрики сайта
Яндекс.Метрика