Селективная и вторичная профилактика патологических зависимостей в семье

КурениеСелективная профилактика патологических зависимостей в семье

Вторичная профилактика зависимого поведения в семье организуется в моменты дебюта зависимого поведения, чтобы не допустить скатывания в зависимость и прекратить потребление или иные проявления зависимости. Селективная профилактика, в свою очередь, направлена на противодействие рискам различного аддиктивного поведения, например программы по снижению рисков проявления табакокурения, алкоголизма, наркомании, компьютерной зависимости и других видов зависимости. Таким образом, селективная профилактика семьи может осуществляться как в форме первичной, так и вторичной профилактики зависимого поведения. 

В семье селективную профилактику необходимо проводить, если один из членов ее страдает зависимым поведением: алкоголизмом, наркоманией, табакокурением или другими видами зависимого поведения. Например, мероприятия селективной профилактики по снижению рисков возникновения химической зависимости проводят с членами семьи параллельно или после того, как помогают выйти из состояния созависимости с аддиктом.

В таком случае профилактические программы направлены на прекращение насилия, снижение уровня жестокости, конфликтности в семье. Методы селективной профилактики нередко направлены на решение вопросов дисфункциональности семьи, проблем воспитания «трудных» детей, нарушенных детско-родительских и супружеских отношений, деструктивных норм жизнедеятельности, разрушительного психологического климата, ведущих к зависимому поведению.

Расширение вопросов селективной профилактики до социальной и окружающей среды будет направлено на решение проблем, связанных с бедностью и социально-экономическим неблагополучием.

Еще одна проблема, в решении которой огромная роль принадлежит семье и которая требует внимания селективной профилактики аддикций, – детско-подростковая жестокость. Явление жестокости в раннем возрасте может впоследствии проявиться на уровне социума, трансформироваться в криминальное противоправное поведение, особенно на фоне неблагоприятных условий проживания (бедные городские районы).

Бедность (нищета) и низкая образованность матери, ее некомпетентность в выполнении родительских обязанностей, отсутствие контроля за детьми и контакта с ними – существенные факторы риска раннего полового дебюта и, как следствие, аддиктивного поведения подростков.

Американские исследователи Тина Джордал (Tina Jordahl), Бренда Дж. Лохман (Brenda J. Lohmari) показали, что факторами риска половых контактов и развития аддикций среди подростков младшей возрастной группы (10-14 лет) можно считать пол, расовую принадлежность, структуру семьи, ее стабильность.

Ребенок, переживший тяжелые психотравмирующие события и не получающий постоянной эмоциональной поддержки своей семьи, по мере взросления автоматически попадает в группу высокого риска наркотизации. Наркотизация подростков на фоне тревожно-депрессивных расстройств развивается такими темпами, что трудно выделить период дебюта, поэтому они с целью безопасности быстро входят в группы и впоследствии оказываются вовлеченными в криминальные группировки.

В интересной анонсированной публикации американского автора Бисакха Сена (Bisakha Sen) «Взаимосвязь соблюдения традиции семейных обедов с проблемным поведением подростков на фоне урегулированных остальных характеристик семьи» приводятся веские аргументы в пользу разработки и внедрения целевых программ, поддерживающих семейные традиции, например традиции семейных обедов. Автор считает, что частота соблюдения таких традиций (показатель FFD) связана с частотой детского опыта пережитого насилия и отклоняющегося поведения подростков, в том числе злоупотребления ПАВ, воровства, побегов из дома.

Оказалось, что FFD у девочек отрицательно ассоциирован с побегами из дома и наркозависимостью, а у мальчиков – с алкоголизмом в семье, пережитым физическим насилием, побегами из дома, воровством. Поэтому предлагаемые автором целевые программы по сути направлены на первичную профилактику в семейных социальных сетях.

Уход из дома в позднем подростковом возрастепроблема с другой спецификой. Она исследовалась бельгийскими специалистами, которые считают, что в этом возрасте побеги из дома представляют собой специфичный паттерн поведения взрослеющей личности, стремящейся к обретению самодостаточности через изменения условий жизни (при позитивном развитии событий – собственное жилье).

Как указано выше, в период взросления для молодежи чрезвычайно важна эмоциональная поддержка со стороны родителей. В противном случае поздний подростковый возраст чреват тревожными расстройствами, симптомами враждебности, агрессивности, потреблением психоактивных веществ. Эти негативные сценарии особенно ярко проявляются в молодежных популяциях городских агломераций.

Авторы Трейси М. Швин (Traci М. Schwinn), Стивен П. Шинке (Schinke Steven Р.), Даниель Н. Трент (Trent Danielle N.) еще раз продемонстрировали ассоциативную связь проживания старших подростков в крупных городах, их сниженного ментального здоровья с повышенным риском вовлечения в наркопотребление. При этом опасность выше для девочек и девушек.

Есть также мнение, что сознательное избегание контактов с родителями и побеги из дома у детей и подростков могут быть связаны с такими моментами жизни, как частые переезды, смена местожительства, не позволявшие создать постоянную среду общения.

Мотивация аддиктивного поведения подростков имеет сходные черты в сообществах возрастного интервала 14-20 лет, живущих в разных странах мира и относящихся к разным культурам. Это показано в междисциплинарной работе М. Клоп (Kloep М.), Н. Гюней (Gu’ney N.) – специалистов Турции и Великобритании. При этом различная мотивация ассоциируется с разным рискованным поведением.

В научном исследовании специалистов Университета штата Массачусетс (США) Эрика Р. Стоуна (Eric R. Stone), Лиз Эллгайер (Liz Allgaier), проведенном в студенческой среде, показано, что чем меньше осмыслен риск, тем выше его опасность для окружающих. Иными словами, способность адекватно оценить риск определяет вероятность принятия непринятия решения, рискованного для самого индивида и окружающих. Авторы предлагают разрабатывать нормативы уровня риска для различных социальных институтов – семьи, сферы образования, социальной сети сверстников.

При этом необходимо учитывать сложность механизмов прямого и непрямого воздействия сообщества сверстников. Это особенно важно при совместной разработке структур, занимающихся проблемами хиппи на примере подростковых популяций различного этнического происхождения (африканцы, этнические американцы, испанцы) одного возраста (16 лет) и общего места обучения. Исследователями показано, что фактор простого пребывания в компании (непрямое давление) как причина возникновения наркотической зависимости имеет значение только для подростков-мигрантов.

Вторичная профилактика коммуникативной зависимости

Результатами научных исследований, проводимых зарубежными авторами в 2011 г. преимущественно в области предупреждения последствий пережитого в детстве насилия (жестокого обращения), представлена вторичная профилактика коммуникативной зависимости. Проблема состоит в том, что пережитое ребенком насилие способно влиять на всю последующую жизнь.

Есть данные, что сценарий жизненной стратегии может развиваться в зависимости от поражения в результате насилия когнитивной сферы, психического и физического здоровья, а также патерналистского поведения. Исследователь США Кристен У. Спрингер (Springer Kristen W.) пришел к выводу, что детское переживание насилия (а, следовательно, проводимая профилактика) определяет совокупность проблем со здоровьем в зрелом возрасте (поражение органов дыхания, язвенные болезни, психические нарушения).

Этой же проблеме посвящены публикации других американских авторов. Так, Дэвид С. Зилински (Zielinski David S.) отметил, что жестокое обращение с ребенком сказывается на его взрослом социоэкономическом статусе. Автор показал на статистической модели, что взрослые люди, пережившие в детстве жестокое обращение, отличаются от взрослых, не имеющих этого опыта.

При этом дифференциация (различие) определяется формой пережитого насилия. Важнейшими значимыми отдаленными последствиями жестокого обращения в детстве являются безработица, бедность (нищета). Автор считает, что низкий социоэкономический статус родителей представляет собой фактор риска негативного отношения семьи к ребенку.

В то же время выдвигается рабочая гипотеза о существовании межпоколенной трансмиссии (передачи) жестокости и насилия. Эта публикация в числе подобных ей работ выводит проблему детского опыта жестокого обращения на государственный уровень, поскольку в социуме создается прецедент трудностей трудоустройства данного контингента молодежи (прирост его численности в США исчисляется ежегодно миллионом новых жертв).

Отчетливо вырисовывается проблема разработки новых программ профилактики семейного насилия как фактора, позволяющего прогнозировать формирование химической и других форм зависимого поведения.

В публикации Д. Шульц (Dana Schultz) с соавторами показано, что процесс развития ребенка как бы экранирован (защищен) рядом специфичных защитных факторов, определяющих успех социальной компетенции и нормальное поведение. При этом авторы считают, что качество образования является одним из решающих факторов защиты ребенка от агрессии окружающей среды.

В совокупности изученные защитные факторы детства обуславливают дальнейшую эффективность при коммуникации взрослого человека и его будущую социальную компетентность. Авторы предлагают разрабатывать и внедрять программы индивидуального вмешательства, направленные на усиление защитных факторов, прежде всего для детей в семьях с риском жестокого обращения.

Вторичная профилактика табакокурения

Для специалистов образования, ведущих профилактическую работу среди детей и подростков, важна анонсированная публикация известных американских специалистов о том, что уже первая выкуренная сигарета может спровоцировать необратимые изменения в состоянии и поведении. Исследователь В.В. Уршпрунг (Ursprung W.W.) с соавторами показали, что уже после одной сигареты у 5,7% молодых людей штата Массачусетс наблюдается снижение навыка самоуправления, после двух сигарет уже 9% хуже владеют собой, после трех-четырех – 26%, после пяти-девяти – около половины обследованных.

После 100 сигарет (выкуренных суммарно) практически все утрачивают такой важнейший навык, как самоуправление. Таким образом, есть подростки, которые сильно страдают уже от одной сигареты из-за индивидуальных особенностей гомеостаза, когда циклы аддикции запускаются первыми дозами никотина. Авторы предлагают разрабатывать программы третичной профилактики с учетом повреждения навыка самоуправления.

В работе группы исследователей США под руководством Дж. Б. Брикера (Jonathan В. Bricker) на популяционном уровне изучались факторы психологического и социального рисков развития подросткового курения. При анализе полученных данных оказалось, что для подростков в возрасте 14-17 лет можно выделить группу из пяти факторов психологического риска (взаимное непонимание в семье детей и родителей, понимание в среде сверстников, непокорность, низкая мотивация на успешность, возбуждаемость).

Анализ каждого из факторов риска позволяет, по мнению авторов, разработать новые стратегии вмешательства в программы профилактики подросткового курения в семье. Большие надежды авторы возлагают на прогнозирование фактора попыток курения (первой пробы) с помощью исследуемых факторов риска. При этом следует дифференцировать стратегии вмешательства по фактору пассивного курения, которое исходит от курения родителей и сверстников.

Лизбет Меркен (Liesbeth Mercken), Том А.Б. Шнайдере (Тот А.В. Snijders) [49] и другие авторы предлагают учитывать другие факторы риска вовлечения подростка в курение, признавая значимость дружеского окружения и семейной среды (дружеские связи; поведение, связанное с курением, – собственное, курящих родителей, родных братьев и сестер).

Авторы провели обширное международное исследование по изменению дружеского окружения подростков и их поведенческих паттернов, связанных с курением. Оказалось, что указанные выше факторы риска вовлечения в курение универсальны и имеют место в каждой из выбранных европейских стран (подростки выбирают себе близких друзей со сходными формами поведения, связанными с курением).

Следовательно, можно утверждать, что пристрастие к курению служит механическим фактором социального отбора. Авторы полагают, что программы профилактического вмешательства в подростковые популяции должны укреплять установки на некурение родителей и регулирование процессов отбора близких друзей в среде сверстников на позитивных основах.

Такие программы тем более актуальны, что они могут предотвратить приобретенную аддикцию в среде уязвимой некурящей молодежи и дальнейшую их спровоцированную восприимчивость к курению во взрослом возрасте. Как доказано исследователями из Канады Мэтью Белангером (Mathieu Belanger), Дженнифер О’Луглин (Jennifer O’Loughlin), не курившие прежде подростки позволяют вовлечь себя в табакокурение из ложных представлений о дружбе и опасения быть отвергнутыми своими сверстниками.

Влияние таких рискованных факторов предопределяет высокую степень вероятности развития приобретенной аддикции и истинной никотиновой зависимости у детей и подростков. При этом в группе наивысшего риска оказываются: девочки младшего школьного возраста; дети, у которых курят родители и близкие родственники; а также дети с первой пробой табака в жизни.

Авторы считают необходимым строить профилактические антитабачные программы для детской и подростковой среды с учетом указанных факторов уязвимости к действию никотина. Следует обратить внимание на методологическую основу данного исследования – специализированный опросник British-Columbia Youth Survey of Smoking and Health II, поскольку его алгоритм разработан для учреждений образования.

Американские исследователи Кеннет П. Терсийяк (Kenneth P. Tercyak), Мария Т. Бритто (Maria Т. Britto) с соавторами считают, что особенно уязвима к среде табакокурения специфичная популяция детей и подростков, т.е. те, кто страдает заболеваниями, представляющими угрозу для жизни. Авторы обобщили данные по скринингу табакокурения в детских лечебных учреждениях, семьях, школах и предложили конкретные рекомендации по профилактике и прерыванию курения в среде молодежи с хроническими заболеваниями.

С этими исследованиями перекликается обзорная публикация Сары Э. Вайх (Sarah Е. Wiehe) – врача-педиатра Медицинской школы Университета штата Индиана. Она проанализировала причинно-следственные связи сформированной к возрасту 18 лет привычки к курению с повышенной инфицированностью верхних дыхательных путей, кашлем, астмой, синуситами, лихорадками различной этиологии, задержкой роста, снижением функции легких.

С.Э. Вайх пришла к выводу, что нахождение совсем маленьких детей в рискованной ситуации пассивного курения чревато синдромом внезапной смерти, расстройствами слуха, пневмонией, резкими колебаниями холестерина крови, нарушениями функции аорты, ранней онкологией. Для внутриутробного развития пассивное курение еще более опасно низким весом при рождении, самопроизвольным абортом, когнитивными (осознанными) поведенческими проблемами в процессе развития. Автор предложила встраивать адресную профилактику курения в структуру диспансерного наблюдения детей, начиная с рождения, и обязать педиатров четко представлять себе современное состояние проблемы табакокурения детей.

Вторичная профилактика алкоголизации

Примером нарушенной структуры жизненного пространства подростка, провоцирующего алкоголизацию, можно считать родительский алкоголизм (в равной степени отца и матери) в сочетании с негативным стилем родительства и неудовлетворенностью их в браке. Группа исследователей США под руководством Лориг К. Качадориан (Lorig К. Kachadourian) показала, что упомянутые факторы опасны для эмоционального и психологического развития ребенка в возрасте от одного до трех лет.

В этой связи необходимо указать на публикации, посвященные трансмиссии (передаче) фактора алкоголизации (и наоборот – трезвого поведения) в семейных генерациях (в течение нескольких поколений).

Например, группа исследователей США, возглавляемая Р. Стефани Бейли (R. Steffani Bailey), установила, что родительский контроль за поведением ребенка и жесткие требования к соблюдению внутрисемейной дисциплины передаются преимущественно от наиболее старшего поколения к следующему (промежуточному). Стиль поведения, диктуемый внешними причинами, передается от промежуточного поколения к самому младшему.

Авторам не удалось выявить механизм передачи склонности к жестокому обращению с детьми и формирование вызывающего поведения подростков с последующей алкоголизацией (наркотизацией). Однако они настаивают на существовании разрушающих циклов неадекватного родительского поведения и воспитания (2-е поколение) и на том, что именно стиль воспитания оказывает влияние на формирование вызывающего поведения по всей вертикали поколений семьи. На данный момент авторами достоверно доказано, что жесткая дисциплина, устанавливаемая поколением бабушек и дедушек (1-е поколение), оказывает лишь незначительное влияние на поведение подростков и детей (3-е поколение).

Вторичная профилактика пищевой аддикции

Сегодня уже хорошо известно, что посредством масс-медиа, особенно навязчивой рекламы, формируется нарушение пищевого поведения, в том числе склонность к перееданию. Альтернативой негативной телерекламе выступают рекомендации относительно здорового питания и образа жизни как средства борьбы с ожирением.

Однако, как показано американскими исследователями, проблема на самом деле намного глубже, нежели простое стремление к перееданию. Дженнифер JI. Харис (JenniferL. Harris) и другие отметили, что под воздействием навязчивой рекламы дети и взрослые съедают на 40% больше продуктов (полезных и балластных), причем стремление съесть данный продукт не связано с чувством реального голода или другими разумными причинами.

В связи с полученными результатами исследования авторы предложили с целью селективной и вторичной профилактики пищевой аддикции создавать для детей рекламу здорового питания и встраивать ее в процесс обучения навыкам самоконтроля над перееданием.

Краткий обзор исследований семьи в области вторичной и селективной профилактики зависимого поведения позволяет сделать вывод, что семья является источником специфического ресурса профилактики, проводимой в учреждениях образования. При этом профилактическое вмешательство для подростков, вовлеченных в дебют зависимого поведения, должно проводиться с учетом степени вовлеченности в аддикцию его родителей.

Публикуется по: Аршинова В.В. Профилактика зависимого поведения: системный подход.

Оставить комментарий

http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_bye.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_good.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_negative.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_scratch.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_wacko.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_yahoo.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_cool.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_heart.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_rose.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_smile.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_whistle3.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_yes.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_cry.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_mail.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_sad.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_unsure.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_wink.gif 
 
Стопалкоголь-Элит
Восстанавливающие

Отзывы пациентов

Отзыв Николая: «Год назад я прошел сеанс по методу снятия подсознательных барьеров в центре В.А. Цыганкова. После этого сеанса весь год не пил, чувствовал себя хорошо. Сейчас пришел вновь, чтобы пройти такой же сеанс».

Отзыв Тамары: «Мне было очень плохо, и я не могла решить свою проблему с выпивками самостоятельно. Пришла на прием к Владимиру Анатольевичу Цыганкову и за один сеанс я почувствовала себя намного лучше. На душе стало спокойно, настроение улучшилось, нет тяги к алкоголю. Могу сама жить без спиртного и чувствовать радость от того, что способна управлять своей жизнью».

Отзыв Павла: «Поставил защиту от алкоголя полгода назад. Получил хорошее самочувствие, начал сбрасывать лишний вес, да и в семье все наладилось. Решил поставить защиту еще на год. Благодарю сотрудников центра Владимира Цыганкова за вниматеьное отношение и квалифицированную помощь!».

Отзыв Степана Тимофеевича: «Я пил почти каждый день долгие годы. Потом принял решение поставить защиту от алкоголя и не нуждаться в нем больше. Но для того, чтобы поставить защиту от алкоголя требовалось не пить семь дней, а я не мог уже и одного дня не пить. Помог мне «Стопалкоголь-Элит». Я стал пить отвар этого фитосбора и уже через несколько дней заметил, что заметно снизилась тяга к алкоголю, самочувствие стало лучше. Я сделал над собой небольшое усилие, не пил семь дней и записался на сеанс постановки защиты по методу снятия подсознательных барьеров в центр Владимира Анатольевича Цыганкова. После этого не пью уже 8 лет. Я очень благодарен В.А. Цыганкову. Дай Бог ему много лет жизни и хорошего здоровья!»

Отзыв Алексея: «Мне хочется выразить благодарность Владимиру Анатольевичу Цыганкову за то, что он помог мне остановить мое пьянство три года тому назад. Дай Вам Бог здоровья и долгих лет жизни, уважаемый Владимир Анатольевич! Мне помог «Стопалкогль-Элит» и восстанавливающие фитосборы».

Отзыв Татьяны: «Метод снятия подсознательных барьеров – замечательный. Жизнь кардинально изменилась в лучшую сторону, улучшилось психологическое состояние, абсолютно исчезла тяга к алкоголю. Прошла тревожность и депрессия. Чувствую себя здоровой. Искренне благодарю всех, кто мне в этом помог!».

Отзыв Михаила: «С благодарностью вспоминаю, как легко и комфортно прошел сеанс по методу безопасного кодирования. Спасибо за возвращение к нормальной жизни! Не пью уже 9 месяцев. Через три месяца приду к вам продлевать защиту от алкоголя еще на год. Благодарю персонал центра Владимира Цыганкова за доброжелательное отношение».

Отзыв Александра Ивановича: «Я пил более 20 лет. Никак не мог остановиться. Слишком сильной была тяга. Но 5 лет назад я смог все-таки бросить пить насовсем. Мне помогли фитосборы «Стопалкоголь-Элит» и «Восстанавливающие». Восстанавливающие сборы оказались особо полезными: восстановилась печень, восстановились почки. Даже врачи удивились. Теперь я к ним уже не хожу и таблетки не принимаю. Уже 5 лет живу трезво. Большое спасибо центру Владимира Цыганкова!»

Отзыв Веры: «Присоединяюсь к добрым отзывам о Владимире Анатольевиче Цыганкове. Я пила долго и много. Два года назад перенесла инфаркт. Именно тогда я пришла к Владимиру Анатольевичу Цыганкову и он поставил мне защиту от алкоголизма. Потом он научил меня управлять своими мыслями и чувствами, научил справляться со стрессами и страхами. Хожу в храм, а вместо алкоголя пью душистые, вкусные и полезные лекарственные травы. Я живу новой, счастливой жизнью».

Отзыв Станислава Михайловича: «Когда я впервые прошел сеанс по методу снятия подсознательных барьеров, то продержался без спиртного недолго - через 9 месяцев начал пить снова, хотя защита от алкоголя была на 1 год. Выпить уговорили друзья, сказали, мол, ничего страшного не произойдет, срок неупотребления уже подходит к концу. По глупости я послушался из выпил... и запои вновь вернулись. Я записался снова в центр Владимира Цыганкова на сеанс по методу снятия подсознательных барьеров. Мне поставили защиту от алкоголя сначала на 6 месяцев, в потом на 1 год. Полтора года уже не пью и чувствую себя прекрасно. Второй раз ошибки не совершу, никому не удастся уговорить меня выпить. Мне этого не хочется и не надо. И поэтому защиту от алкоголя продлю опять».

Отзывы наших пациентов смотрите здесь

Свежие комментарии
Поделитесь ссылкой!

Отзывы родственников наших пациентов

Отзыв Инны: «Мой муж пил три десятка лет. Как я ни пыталась его лечить, ничего не помогало. Когда я обратилась за помощью к Владимиру Анатольевичу Цыганкову, он мне открыл глаза на то, что я себя веду с мужем неправильно. Я поняла, что делать НЕ НАДО, а что делать НУЖНО. А вскоре и муж сам, без какого-либо давления с моей стороны бросил пить и начал лечиться. Благодарю Вас, Владимир Анатольевич! Вы заслуживаете самых добрых отзывов, и самых лучших отзывов заслуживает Ваша профессиональная помощь пьющим людям и их женам».

Отзыв Ирины Ивановны: «Мой сын был запойный, более 10 лет пьянствовал беспробудно. Что я только ни перепробовала, ничего не помогало его вылечить. Но однаждыя с помощью психолога Владимира Анатольевича Цыганкова отказалась от ненужных и неправильных действий, а стала делать то, что реально может замотивировать сына на прекращение пьянства и лечение. Дела пошли в гору. Сын сам пошел в центр Владимира Анатольевича, поставил защиту от алкоголя по методу снятия подсознательных барьеров. Теперь уже четыре года прошло, как он не пьет совсем. Теперь я понимаю, что роль матери бесконечно огромна в деле реальной помощи сыну».

Отзыв Дарьи: «Я благодарна психологам центра Владимира Цыганкова за то, что они помогли мне увидеть свою страшную болезнь – созависимость от пьющего мужа. Они дали мне мне возможность адекватно посмотреть на себя, на мужа, на нашу жизнь и сделать необходимые шаги для создания трезвой, здоровой семьи».

Отзывы родственников наших пациентов смотрите здесь

Рубрики сайта
Яндекс.Метрика