Влияние семейной отягощенности на алкоголизм, зависимость от алкоголя и других ПАВ

АлкоголизмСемейная отягощенность к ПАВ: клинические характеристики

Если семейная отягощенность и, в особенности, ее степень как проявление «тяжести» генетического груза, увеличивает генетический риск развития наркологического заболевания, то и само заболевание, вызванное наследственными причинами, должно иметь своеобразные и специфические клинические черты.

Семейная отягощннность является не только мощным фактором этиопатогенеза болезней зависимости от психоактивных веществ (ПАВ), но и значительно влияет на клинические проявления заболевания, причем эта связь постоянная и не ограничена только периодом формирования заболевания. В этом плане наиболее изучен алкоголизм, в силу его высокой частоты в популяции, широкой распространенности и значительной длительности развития, что дает возможность изучения и сопоставления фаз его развития во времени у разных групп индивидуумов. 

Какие же именно клинические характеристики (параметры) заболевания наибольшим образом связаны с семейной отягощенностью и формируют специфический «клинический портрет» наследственных форм заболевания – клинический фенотип?

Употребление ПАВ и факторы среды

Возраст начала употребления алкоголя сильно зависит от семейных и/или других факторов среды. Семейная отягощенность по алкоголизму не влияет на возраст начала и частоту привычного употребления алкоголя.

В то же время, в исследовании близнецов-мужчин показано, что частотные и количественные характеристики потребления алкоголя имеют значимые показатели наследуемости, возраст начала потребления алкоголя, по-видимому, находится под контролем как генетических, так и средовых факторов, а симптомы утраты контроля и социальные последствия употребления алкоголя обусловлены преимущественно влиянием окружающей среды.

Ранний возраст начала заболевания является наиболее важной характеристикой и может быть спрогнозирован наличием семейной отягощенности по алкоголизму, степенью семейной отягощённости и высокими показателями экстраверсии, которая, в свою очередь, также связана с влиянием степени семейной отягощенности.

Попытки комплексной оценки тяжести алкоголизма приводят к следующим оценкам: «родительский алкоголизм связан с более тяжелым алкоголизмом по большинству параметров потребления алкоголя (возраст начала, количество, частота, возраст начала злоупотребления, длительность заболевания) и проблемам, связанным с алкоголем (социальные, профессиональные, физические, когнитивные)». Связь высокой прогредиентности, согласно отечественным традициям, с семейной отягощенностью по алкоголизму отмечает и ряд отечественных авторов, делая акцент на ранний возраст начала систематического злоупотребления алкоголем, ускоренное формирование алкогольной зависимости и низкую стабильность ремиссий.

Трудно отделить собственно генетическое влияние на клинические проявления заболевания от множества взаимосвязанных личностных и социальных факторов. Серьезно затрудняет анализ отсутствие простых, но адекватных клинических параметров в рамках клинического фенотипа «наследственных» форм болезней зависимости от психоактивных веществ (ПАВ). Большинство оценок носит сравнительный и описательный характер, не проводился количественный анализ связи отягощённости и её степени с количественными параметрами развития болезней зависимости.

Классификации алкоголизма

Выявление значительного вклада генетических факторов в этиопатогенез зависимости от психоактивных веществ (ПАВ), в частности от алкоголя, привело к поиску отличительных и специфических черт заболевания, характерных для «наследственного» или «семейного» алкоголизма в сравнении с «социальным» или «реактивным» [17] на основе комплексного анализа: синтеза клинического и наследственного подходов.

Известная классификация C.R. Cloninger идентифицирует два типа алкоголизма.

Тип 1 («социальный») включает: тревожные (пассивно-зависимые) черты личности, быстрое развитие толерантности к алкоголю, выраженное «противотревожное» действие алкоголя. Быстро развивается утрата количественного и ситуационного контроля, прием алкоголя, как правило, вследствие «социальной провокации», приводит к трудному прерыванию или невозможности прерывания пьянства, на фоне выраженного чувства вины.

Тип 2 («биологический») характеризуется преобладанием антисоциальных черт личности, постоянным активным поиском алкоголя вследствие его выраженного «эйфорического» эффекта, значительной выраженностью семейной отягощённости по алкоголизму. Характерно раннее появление невозможности полного воздержания от алкоголя, а также серьезные социальные последствия (драки и.аресты).

Одна из других интересных классификаций также выделяет два типа алкоголизма.

Тип А с поздним началом, сниженным уровнем факторов риска детства, менее тяжелым течением, без выраженной психопатологии.

Тип В: высокий уровень факторов риска детства, явная семейная отягощенность («семейный» алкоголизм), раннее начало и тяжелое течение заболевания, часто полинаркомания в анамнезе, длительная терапевтическая история, несмотря на более молодой средний возраст пациентов, явно выраженная психопатология.

Выделенные по типу алкоголизма группы пациентов также отличаются и по клиническому исходу при лечении, оцениваемому спустя 12 и 36 месяцев: больные алкоголизмом типа В обладают высокой резистентностью к терапии и имеют значительно худший прогноз по сравнению с больными с типом А.

Семейный алкоголизм

Понятие «семейного» алкоголизма скорее описательное и отражает представление об особом типе алкоголизма, часто связанном с семейной отягощенностью, «накоплением склонности к алкоголизму» в ряду поколений, симптоматикой «синдрома гиперактивности детства», неврологическими симптомами расстройств проводящих путей и явным антисоциальным поведением. В то же время нет достоверных данных о прямой связи семейной отягощенности по алкоголизму и «семейным» типом алкоголизма: только около половины госпитализированных больных алкоголизмом типа В имеют семейную отягощённость.

Оправданием нечетности критериев отбора и отсутствия валидных признаков специфической формы заболевания часто служит коморбидная отягощенность по широкому кругу нейропсихиатрических заболеваний. Действительно, такая коморбидность имеет место, однако частота этих случаев крайне мала (не более 5-8% от всех случаев отягощенности по алкоголизму) и опора на столь редкие случаи приводит лишь к усложнению общей картины, не проясняя истинных закономерностей. Напротив, именно «несемейный» алкоголизм наиболее часто ассоциирован с другими психиатрическими заболеваниями у взрослых.

Истинный (реактивный) алкоголизм

Обсуждаются также понятия «истинного» и «реактивного» алкоголизма, условно называемые некоторыми авторами «биологический» и «социальный», когда имеется в виду выраженность биологического радикала в клинической картине по аналогии с классификацией депрессивных расстройств. Для истинных (биологических) больных алкоголизмом характерны ранняя манифестация, большая тяжесть течения, явное антисоциальное поведение, большая степень семейной отягощенности по алкоголизму.

Таким образом, несмотря на определенные феноменологические различия в трактовке форм зависимости от алкоголя, большинством исследователей признается существование различных клинических форм или типов алкоголизма, вероятно, имеющих и патогенетические различия. Очевидно, что именно выраженная генетическая предрасположенность к зависимости от алкоголя у больных с «биологическим» типом алкоголизма во многом определяет выраженные отличия клинической картины у этих больных.

Семейная отягощенность и зависимость от ПАВ

Были предложены близкие типологии для зависимости от других психоактивных веществ (ПАВ), предполагающие, что риск развития наркомании также увеличивается при накоплении в семье алкогольной наследственности. Семейная отягощенность по алкоголизму является одним из наиболее значимых неблагоприятных прогностических факторов, определяющих скорость формирования, например, опийной наркомании.

В силу многообразия клинических проявлений заболевания и отсутствия валидных количественных критериев клинического фенотипа, как совокупности клинических признаков, достоверно связанных с семейной отягощённостью и специфичных для этой формы болезни, идентификация больных с наследственной формой зависимости от психоактивных веществ (ПАВ) крайне затруднена. Существует представление о раннем начале заболевания и большей тяжести течения у больных с отягощенной наследственностью.

Разные авторы под «ранним» началом подразумевают и раннее знакомство с ПАВ, и раннее начало злоупотребления и раннее формирование абстинентного синдрома, как правило, без корректного количественного анализа возрастных и динамических характеристик развития зависимости как процесса. В отношении тяжести заболевания также имеется ряд трактовок, от тяжести абстинентного синдрома до оценок социальных, личностных и криминальных последствий злоупотребления психоактивными веществами (ПАВ).

Синтез «наследственного» подхода и клинического анализа привел к выявлению условных категорий, не имеющих прямой диагностической значимости, прежде всего в силу своего «сравнительного» характера: «семейная» форма алкоголизма характеризуется более ранним, чем «несемейная», началом, манифестация заболевания приходится на ранний возраст; течение «семейной» формы более быстрое (высокопрогредиентное) и более тяжёлое, по сравнению с «несемейной «формой.

Такая «паллиативная» формулировка различий между «наследственной» и прочими формами алкоголизма на сегодняшний день единственная, несмотря на выраженный описательный характер. Очевидно, что основой описываемых различий является некий «динамический» признак, связанный с общепринятым в отечественной психиатрии и наркологии понятием прогредиентности, но не являющийся его аналогом, особенно с учётом первичного психиатрического значения термина.

Наследственность и развитие зависимости от ПАВ

В контексте генетического анализа проблемы выявления наследственных форм важнейшим является представление о существовании «фенотипов высокого риска» развития зависимости от психоактивных веществ (ПАВ). Вопрос о фенотипе (фенотипах) мультифакториальных полигенных заболеваний сложен даже в практике соматической патологии, в области же психопатологии он приобретает особую трудность с учётом отсутствия возможностей включения в дефиницию клинико-лабораторных показателей и гипотетическую природу представлений о патогенезе психических расстройств.

В последнее время развивается понятие «эндофенотипов», как квазифенотипических систем, позволяющих структурировать сложные клинические проявления во взаимодействии с рядом количественных психологических, физиологических и электрофизиологических характеристик. Однако часто построение эндофенотипа не означает возможности проведения прямых корреляций между клиникой заболевания и вариантами эндофенотипов, что делает сомнительным анализ таких эндофенотипов в контексте взаимосвязи с генотипом.

Одним из вариантов построения фенотипа зависимости от психоактивных веществ (ПАВ) может быть анализ собственно клинических данных в рамках представления о формировании зависимости как динамическом процессе, основные черты которого хорошо изучены, а количественные параметры индивидуальны для каждого больного и подлежат группировке в целях статистического анализа на доказательной основе. Определяющее значение в построении динамической модели развития зависимости имеет отбор наиболее валидных показателей, отражающих становление данной патологии.

Понятие фенотипа, как внешнего проявления генотипа в широком смысле, предполагает возможность использования в качестве фенотипических признаков (элементов сложного фенотипа) лишь те, связь которых с наследственностью достоверно доказана и характер их проявления определяется прежде всего наследственными причинами. Выявить такие элементы фенотипа возможно, лишь обнаружив их достоверную связь с семейной отягощенностью. С точки зрения генетического контроля процесса развития зависимости, наибольший интерес представляет собой период с момента знакомства с психоактивными веществами (ПАВ) до появления сформированного абстинентного синдрома (АС).

Траектория развития зависимости от ПАВ

Термин «траектория» представляется подходящим для характеристики описываемого процесса, в первую очередь, для отделения от более емкого, сложного и скорее качественного понятия «клинической динамики» заболевания. Траектория может быть описана количественно с помощью набора простых клинических параметров (возрастных, динамических и качественных), совокупность которых позволяет вьмвить различия между вариантами развития зависимости как у отдельных индивидуумов, так и в групповых исследованиях значительного объема.

Базируясь на известном представлении о раннем начале и высокой прогредиентности течения заболевания у больных с семейной отягощенностью по наркологическим заболеваниям и в отсутствие четких квантифицированных признаков «семейной» формы зависимости от психоактивных веществ (ПАВ), мы предложили ряд объективных клинических параметров, характеризующих период становления зависимости или «траекторию». Совокупность клинических параметров и диапазонов их значений должна давать возможность описания максимально полного клинического континуума процесса развития зависимости от психоактивных веществ (ПАВ).

Были сформированы три группы параметров:

А. Возрастные: возраст знакомства с психоактивными веществами (ПАВ), возраст начала систематического злоупотребления ПАВ, возраст появления сформированного синдрома отмены, абстинентого синдрома (АС);

Б. Динамические: период от знакомства с психоактивными веществами (ПАВ) до начала систематического злоупотребления, период от начала систематического злоупотребления до появления сформированного АС, период от знакомства с ПАВ до появления сформированного АС;

В. Качественные: средняя длительность терапевтической , ремиссии, нормированная терапевтическая резистентность (сумма количества госпитализаций и 1/2 суммы амбулаторных обращений, нормированные к возрасту больного), оценка эйфории при первых приёмах ПАВ (ретроспективная самооценка больным эффекта первых приёмов), итоговый балл отягощенности как сумма случаев наркологических заболеваний в семье пациента (кровные родственники).

Для когорты больных героиновой наркоманией были добавлены два дополнительных параметра: возраст знакомства с алкоголем, и период «поиска» наркотика (период между знакомством с алкоголем и знакомством с наркотиком), позволяющий оценить условную «скорость» перехода от алкоголя, как социально одобренного психоактивного вещества (ПАВ), к употреблению запрещенных наркотических средств.

Для каждого параметра (за исключением параметров эйфория и отягощенность, которые исходно являются категориальными) на основании анализа распределения каждого из параметров в общем массиве пациентов и с помощью метода квартилей мы выявили диапазоны клинических значений параметров, соответствующие: минимальной (нижний квартиль – 25%), максимальной (верхний квартиль – 75%) и промежуточной выраженности признака (остальные значения).

Далее когорты больных разбивали на клинические группы, которые независимо выделяли из общего массива пациентов по диапазону значений каждого клинического параметра (минимальный, максимальный и средний) и сравнивали распределение семейной отягощённости и её степени между клиническими группами. В результате были выявлены элементы клинического фенотипа алкоголизма и героиновой наркомании: клинические параметры развития зависимости от психоактивных веществ (ПАВ) и диапазоны их значений, в наибольшей степени находящиеся под влиянием семейной отягощённости и её степени (таблица). Если параметр и диапазоны его значений связаны не только с фактом отягощённости, но и со степенью отягощённости, то можно предполагать очень высокий генетический контроль данного параметра.

Ранний возраст знакомства с алкоголем считается значительным фактором риска возникновения алкогольной зависимости, в то же время этот параметр следует признать наиболее социально-чувствительным, отражающим условия микро- и макроокружения, в котором растёт и развивается больной. Мы показали влияние семейной отягощенности, но не её степени, на возраст знакомства с алкоголем – 75,9% больных, познакомившихся с алкоголем до 15 лет, имели семейную отягощенность.

Однако достоверные различия обнаружены только с другой крайней группой (позднее знакомство от 17 лет), но не с многочисленной средней группой, возраст знакомства которой (16-17 лет) отражает социальную норму. Согласно нашим результатам, степень отягощённости не влияет на возраст знакомства с алкоголем. Можно заключить, что влияние отягощённости на возраст знакомства не носит характера прямой зависимости и наиболее ощутимо для индивидов, чье знакомство с алкоголем выходит за рамки социальной нормы.

Абстинентный синдром (АС)

Возраст начала систематического злоупотребления алкоголем оказался прямо связан с семейной отягощенностью: доля неотягощенных больных увеличивается пропорционально увеличению диапазонов значений параметра. Все диапазоны значений оказались чувствительны к фактору отягощенности, что говорит о высокой степени зависимости этого параметра от отягощенности.

Аналогичную зависимость мы обнаружили и для возраста появления сформированного абстинентного синдрома (АС), хотя различия между группами с ранним и средним возрастом АС оказались недостоверны. Наиболее чувствительны к отягощённости полярные диапазоны значений.

Динамический параметр «скорость» злоупотребления (период формирования систематического злоупотребления алкоголем начиная с момента (возраста) знакомства с алкоголем) оказался прямо связан с семейной отягощенностью: доля неотягощенных больных увеличивается пропорционально диапазону значений параметра. Группа со средней скоростью злоупотребления (4-13 лет) отличалась от двух других по степени отягощенности, что дае возможность считать этот клинический параметр наиболее зависимым от отягощённости.

Период формирования абстинентного синдрома (АС) с момента начала систематического злоупотребления не обнаружил достоверных признаков зависимости от отягощенности и ее степени. Более того, согласно нашим данным, среди больных с коротким диапазоном этого параметра снижена доля неотягощенных больных. Эти данные заставляют с осторожностью относится к распространённому мнению о «высокой скорости» развития абстинентного синдрома (АС), как главного диагностического признака развитой зависимости, у больных с семейной отягощённостью.

Динамический параметр «общая скорость АС» (длительность формирования синдрома отмены с момента знакомства с алкоголем), отражающий соотношение скорости злоупотребления и скорости развития абстинентного синдрома (АС), оказался зависимым от отягощённости только для больных с длинным (более 20 лет) периодом от знакомства с алкоголем до появления сформированного АС.

Факт наличия отягощенности сам по себе не влияет на среднюю длительность терапевтической ремиссии, и только высокая степень отягощённости влияет на Этот показатель, причём это влияние обратно пропорционально и затрагивает диапазон длительных ремиссий от 12 мес. Диапазон высокой нормированной резистентности к стандартной терапии, напротив, находится под влиянием отягощённости, но не её степени. Высокий уровень первичной эйфории пропорционален доле отягощённых больных, можно отметить влияние высокой степени отягощённости на эмоциональную окраску воспоминаний о первом знакомстве с алкоголем.

Таким образом, все возрастные параметры оказались чувствительны к наличию отягощённости, наиболее значимыми следует признать (в порядке убывания значимости): возраст начала злоупотребления, возраст абстинентного синдрома (АС), возраст знакомства. Наиболее чувствительным к влиянию семейной отягощённости среди динамических параметров оказался параметр «скорость злоупотребления».

Скорость формирования абстинентного синдрома (АС) не зависит от отягощенности и ее степени, что заставляет с осторожностью относиться к представлению о высокой прогредиентности течения зависимости у отягощенных больных. Высокая степень отягощённости существенна при формировании длительных ремиссий и негативной реакции на первые приемы алкоголя, что не мешает становлению и развитию зависимости от него в будущем.

В отношении элементов клинического фенотипа опийиной наркомании, не выявлено различий по отягощённости и её степени между группами с разными диапазонами значений по клиническим параметрам: возраст знакомства с алкоголем, скорость злоупотребления, длительность эпизодического злоупотребления, общая длительность формирования АС с момента знакомства с ПАВ, эйфория и длительность терапевтической ремиссии, возможно, в силу скоротечности развития заболевания и невозможности, в отличие от алкоголизма, детально проследить фазы развития болезни.

* * *

Сайт об алкоголизме и лечении алкоголизма

Похожие записи

Оставить комментарий

http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_bye.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_good.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_negative.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_scratch.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_wacko.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_yahoo.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_cool.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_heart.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_rose.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_smile.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_whistle3.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_yes.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_cry.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_mail.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_sad.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_unsure.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_wink.gif 
 
Стопалкоголь-Элит
Восстанавливающие

Отзывы пациентов

Отзыв Николая: «Год назад я прошел сеанс по методу снятия подсознательных барьеров в центре В.А. Цыганкова. После этого сеанса весь год не пил, чувствовал себя хорошо. Сейчас пришел вновь, чтобы пройти такой же сеанс».

Отзыв Тамары: «Мне было очень плохо, и я не могла решить свою проблему с выпивками самостоятельно. Пришла на прием к Владимиру Анатольевичу Цыганкову и за один сеанс я почувствовала себя намного лучше. На душе стало спокойно, настроение улучшилось, нет тяги к алкоголю. Могу сама жить без спиртного и чувствовать радость от того, что способна управлять своей жизнью».

Отзыв Павла: «Поставил защиту от алкоголя полгода назад. Получил хорошее самочувствие, начал сбрасывать лишний вес, да и в семье все наладилось. Решил поставить защиту еще на год. Благодарю сотрудников центра Владимира Цыганкова за вниматеьное отношение и квалифицированную помощь!».

Отзыв Степана Тимофеевича: «Я пил почти каждый день долгие годы. Потом принял решение поставить защиту от алкоголя и не нуждаться в нем больше. Но для того, чтобы поставить защиту от алкоголя требовалось не пить семь дней, а я не мог уже и одного дня не пить. Помог мне «Стопалкоголь-Элит». Я стал пить отвар этого фитосбора и уже через несколько дней заметил, что заметно снизилась тяга к алкоголю, самочувствие стало лучше. Я сделал над собой небольшое усилие, не пил семь дней и записался на сеанс постановки защиты по методу снятия подсознательных барьеров в центр Владимира Анатольевича Цыганкова. После этого не пью уже 8 лет. Я очень благодарен В.А. Цыганкову. Дай Бог ему много лет жизни и хорошего здоровья!»

Отзыв Алексея: «Мне хочется выразить благодарность Владимиру Анатольевичу Цыганкову за то, что он помог мне остановить мое пьянство три года тому назад. Дай Вам Бог здоровья и долгих лет жизни, уважаемый Владимир Анатольевич! Мне помог «Стопалкогль-Элит» и восстанавливающие фитосборы».

Отзыв Татьяны: «Метод снятия подсознательных барьеров – замечательный. Жизнь кардинально изменилась в лучшую сторону, улучшилось психологическое состояние, абсолютно исчезла тяга к алкоголю. Прошла тревожность и депрессия. Чувствую себя здоровой. Искренне благодарю всех, кто мне в этом помог!».

Отзыв Михаила: «С благодарностью вспоминаю, как легко и комфортно прошел сеанс по методу безопасного кодирования. Спасибо за возвращение к нормальной жизни! Не пью уже 9 месяцев. Через три месяца приду к вам продлевать защиту от алкоголя еще на год. Благодарю персонал центра Владимира Цыганкова за доброжелательное отношение».

Отзыв Александра Ивановича: «Я пил более 20 лет. Никак не мог остановиться. Слишком сильной была тяга. Но 5 лет назад я смог все-таки бросить пить насовсем. Мне помогли фитосборы «Стопалкоголь-Элит» и «Восстанавливающие». Восстанавливающие сборы оказались особо полезными: восстановилась печень, восстановились почки. Даже врачи удивились. Теперь я к ним уже не хожу и таблетки не принимаю. Уже 5 лет живу трезво. Большое спасибо центру Владимира Цыганкова!»

Отзыв Веры: «Присоединяюсь к добрым отзывам о Владимире Анатольевиче Цыганкове. Я пила долго и много. Два года назад перенесла инфаркт. Именно тогда я пришла к Владимиру Анатольевичу Цыганкову и он поставил мне защиту от алкоголизма. Потом он научил меня управлять своими мыслями и чувствами, научил справляться со стрессами и страхами. Хожу в храм, а вместо алкоголя пью душистые, вкусные и полезные лекарственные травы. Я живу новой, счастливой жизнью».

Отзыв Станислава Михайловича: «Когда я впервые прошел сеанс по методу снятия подсознательных барьеров, то продержался без спиртного недолго - через 9 месяцев начал пить снова, хотя защита от алкоголя была на 1 год. Выпить уговорили друзья, сказали, мол, ничего страшного не произойдет, срок неупотребления уже подходит к концу. По глупости я послушался из выпил... и запои вновь вернулись. Я записался снова в центр Владимира Цыганкова на сеанс по методу снятия подсознательных барьеров. Мне поставили защиту от алкоголя сначала на 6 месяцев, в потом на 1 год. Полтора года уже не пью и чувствую себя прекрасно. Второй раз ошибки не совершу, никому не удастся уговорить меня выпить. Мне этого не хочется и не надо. И поэтому защиту от алкоголя продлю опять».

Отзывы наших пациентов смотрите здесь

Свежие комментарии
Поделитесь ссылкой!

Отзывы родственников наших пациентов

Отзыв Инны: «Мой муж пил три десятка лет. Как я ни пыталась его лечить, ничего не помогало. Когда я обратилась за помощью к Владимиру Анатольевичу Цыганкову, он мне открыл глаза на то, что я себя веду с мужем неправильно. Я поняла, что делать НЕ НАДО, а что делать НУЖНО. А вскоре и муж сам, без какого-либо давления с моей стороны бросил пить и начал лечиться. Благодарю Вас, Владимир Анатольевич! Вы заслуживаете самых добрых отзывов, и самых лучших отзывов заслуживает Ваша профессиональная помощь пьющим людям и их женам».

Отзыв Ирины Ивановны: «Мой сын был запойный, более 10 лет пьянствовал беспробудно. Что я только ни перепробовала, ничего не помогало его вылечить. Но однаждыя с помощью психолога Владимира Анатольевича Цыганкова отказалась от ненужных и неправильных действий, а стала делать то, что реально может замотивировать сына на прекращение пьянства и лечение. Дела пошли в гору. Сын сам пошел в центр Владимира Анатольевича, поставил защиту от алкоголя по методу снятия подсознательных барьеров. Теперь уже четыре года прошло, как он не пьет совсем. Теперь я понимаю, что роль матери бесконечно огромна в деле реальной помощи сыну».

Отзыв Дарьи: «Я благодарна психологам центра Владимира Цыганкова за то, что они помогли мне увидеть свою страшную болезнь – созависимость от пьющего мужа. Они дали мне мне возможность адекватно посмотреть на себя, на мужа, на нашу жизнь и сделать необходимые шаги для создания трезвой, здоровой семьи».

Отзывы родственников наших пациентов смотрите здесь

Рубрики сайта
Яндекс.Метрика