Психогигиена в России, век XIX

ПсихогигиенаПсихогигиена и медицинские теории XIX века

Психогигиена в России. Исследование вопросов обеспечения, поддержания и укрепления психического здоровья стало в России актуальным в конце XIX века после реформ 60-х гг. (крестьянской, судебной, финансовой, университетской реформ, реформы средней и начальной школы, военной и земской реформ). Реформы изменили направление экономического и социально-политического развития страны, радикально модернизировали весь уклад жизни.

В результате них произошли качественные сдвиги в российской экономике, главным направлением которых стало развитие рыночных отношений и усиление капиталистических тенденций. Новыми институтами политического устройства России стали земства, адвокатура, суд присяжных. 

Все это способствовало ускорению и оживлению процессов общественной жизни, что не могло не отразиться на состоянии психического здоровья людей и пробудило в общественном сознании интерес к его охране. Важнейшими научными предпосылками развития психогигиены на этом этапе и ее выделения в специальную область явилось развитие базовых по отношению к психогигиене дисциплин – психиатрии и гигиены.

До конца XIX века в медицине доминировала пастеровская парадигма. До открытий JI. Пастера заболевания делили на две большие группы – диатезы и лихорадки – с неясными границами, произвольно устанавливаемыми различными школами. Открытия J1. Пастера позволили выделить четко очерченные нозологические формы инфекционных заболеваний, каждое из которых имело определенный возбудитель.

Он разработал специфические методы терапии и профилактики таких заболеваний – активную и пассивную иммунизацию. Врач получил возможность установить диагноз путем вычленения из множества симптомов нескольких, патогномичных для данной болезни, а затем применить специфическую терапию. Диагноз мог быть подкреплен микробиологическими и патологоанатомическими исследованиями и обеспечивал более или менее надежный прогноз.

Крупные ученые немецкой медицинской школы, в частности Р. Кох, разделяли эту точку зрения и продолжали работу в этом направлении. Эта парадигма оказала сильное влияние и на психиатров, которые получали общемедицинское образование.

Однако собственной общепринятой теории в психиатрии до конца XIX в. не было. В разных странах и психиатрических школах существовали собственные классификации психических заболеваний, основанные часто на произвольных критериях. К этому времени наибольших успехов добилась французская психиатрическая школа.

Ph. Pinel, хотя и критикует W. Cullen, в своей классификации многое заимствует у шотландского врача и строит свою «Нозографию» (1798) на кулленовских принципах. В этот период описаны признаки психического предрасположения к душевным заболеваниям (J. Esquirol, J. Guislain, J. Baillarger) и теория «дегенерации» с «этиологической» систематикой «помешательства» (В.А. Morel). Она давала представления о клинико-генетических связях между «нервным» темпераментом, аномалиями личности, бредовыми и инстинктивными расстройствами.

В.А. Morel развивал концептуальные идеи французской психиатрической школы о «невропатических состояниях». Невропатические состояния, согласно В.А. Morel, одновременно могли являться и начальным периодом развития «помешательства». К проявлениям невропатии

В.А. Morel относил вегетативные расстройства, склонность к бреду под влиянием внешних факторов и питания, конституциональные особенности. Учение В.А. Morel было продолжено V. Magnan и P. Legrain, которые подчеркивали тесную связь психических признаков предрасположения, диатеза, понятий «психопатия» и «невропатия» с теорией «психической дегенерации» В.А. Morel, сопоставляли морелевскую и маньяновскую концепции дегенерации, предложили классификацию типов «психопатий».

Magnan и P. Legrain исходили из положений общей патологии и медицины своего времени и деления заболевания на конституциональные (диатезы), причина которых кроется в самом индивидууме, и «случайные», причина которых вне индивидуума и не является результатом «порока» семьи или предрасположения.

Немецкая психиатрическая школа разрабатывала концепции «нервной конституции» W. Griesinger и «морального помешательства» J.C. Prichard, которые (наряду с французскими концепциями) определили развитие клинического психиатрического подхода к аномалиям личности и психическим признакам предрасположения к психическим расстройствам. Преобразованную комбинацию классификаций В.A. Morel и W. Griesinger представил Н. Schuele, выдвинувший концепцию «наследственного невроза» и «дефектной конституции», проявляющихся общими признаками психологической уязвимости в отношении психических расстройств и заостряющих аномальные черты характеров до степени клинически очерченных типов.

Несмотря на отсутствие в психиатрии единого понимания сущности и причин психических заболеваний, психогигиенические знания и идеи профилактики психических заболеваний уже были представлены в работах многих психиатров в XIX веке. Психиатрия, таким образом, оказала непосредственное влияние на формирование представлений об обеспечении, укреплении и поддержании психического здоровья.

Психиатрия и здравоохранение в России XIX века

В России в организации медицинской помощи, в том числе психиатрической, после отмены крепостного права (1861) и введения земств как форм местного самоуправления (1864) произошли радикальные перемены. В 60–70-е гг. XIX в. психиатрию разделили на земскую и неземскую.

В 34 губерниях России здравоохранение перешло в ведение местных органов самоуправления, в 37 губерниях и 20 областях, охватывающих Украину, Прибалтику, Кавказ, Среднюю Азию, Сибирь и Дальний Восток, оно продолжало по-прежнему находиться в структуре государственных Приказов общественного призрения. К 1892 г. система земских медицинских учреждений включала 34 психиатрические лечебницы, располагающие в общей сложности 9000 койками и обслуживаемые 90 психиатрами.

Если деятельность земских учреждений, в том числе психиатрических, всегда стояла в центре внимания и находилась под контролем медицинской общественности, получая достаточное отражение на страницах печати, то работа аналогичных учреждений, подчиняющихся Приказам, освещалась в прессе гораздо меньше.

Лишь в последние десятилетия XIX в. передовые психиатры начали привлекать внимание общественности к недостаткам в организации психиатрической помощи на тех территориях страны, где медицина оставалась неземской. Они выступали за ее улучшение, в частности путем подчинения органам общественного самоуправления. По мнению П. Якобия, «в России психиатрия в ее более широком практическом применении зародилась после перехода больниц Приказа общественного призрения в ведение земств…».

В Указе Правительственного Сената (1879) подчеркивалось, что взгляд на больных умопомешательством как на бремя для общества, на вредоносные общественные элементы и восприятие психических больниц как мест заключения уже отжили свой век. Выражалась надежда, что земства будут способствовать улучшению состояния дел в этой области, надежды оправдались: земства «радикально изменили положение душевнобольных, и в земских губерниях началось очень определенное давление в направлении улучшения медицинского дела вообще, и в особенности – дела психиатрического, которое было в наиболее печальном состоянии».

Собственно об охране психического здоровья в Земском положении от 1864 г. ничего не говорилось; не регламентировались основные направления деятельности земств в данной области; не обозначены были пределы их самостоятельности в решении этих вопросов, что объяснялось объективной трудностью их реализации и новизной: «Само собою разумеется, что теоретическая регламентация прав и обязанностей земств в деле охраны народного здоровия была крайне нежелательна, мало того, даже невозможна при чрезвычайной сложности, новизне и оригинальности выступивших тут задач, если только, конечно, не довольствоваться всегда очень легким бюрократическим их разрешением. Но неясное ограничение земств в таком деле, как попечение о здоровье народа, крайне в том нуждающегося, где, казалось бы, безусловно, важно всеми способами вызвать жизнедеятельность общества, порождали недоразумения в земских собраниях и заметно сдерживали, по крайней мере, в некоторых местах, их решимость приступить к организации правильной врачебной помощи сельскому населению, на что, очевидно, требовалось очень значительное и при том постоянно возрастающее расходование местных средств».

В своей реальной практической деятельности земская медицина с самого начала приобретала санитарно-профилактическое направление: врачи активно вникали в бытовую жизнь населения, стремились влиять на нее и оздоравливать ее. В обязанности земств входило, наряду с исполнением повинностей, содержанием дорог, почт, также заведование лечебными и благотворительными учреждениями, попечение о «призрении» бедных, неизлечимо больных (умалишенных, «сирых и увечных»), участие в мероприятиях по «охранению народного здоровья», обеспечению приемлемого санитарного состояния условий жизни людей.

Начиная с 70-х гг. XIX в. земские врачи выдвигают идеи децентрализации и дифференциации лечебных учреждений и связи психиатрических заведений с общемедицинскими участками, хотя в этот период реально существовала возможность строительства лишь губернских «психиатрических колоний». Это дало бы возможность приблизить врача к больному, обеспечить более тесный их контакт, непосредственное врачебное наблюдение за повседневной жизнедеятельностью населения, т. е. создавало предпосылки формирования практической психогигиены в России.

Особенно усилились идеи децентрализации врачебной помощи в психиатрии в начале XX в., когда их поддержали ведущие ученые- психиатры. На 3-м Съезде отечественных психиатров В.М. Бехтерев говорил: «…Стал выдвигаться на очередь земскими психиатрами вопрос о децентрализации психиатрической помощи населению путем устройства в губернии, кроме основной лечебницы, еще других лечебных заведений в районах, обслуживающих более удаленные уезды от основной лечебницы».

Начало эпохи научной психиатрии в России

Эпоха научной психиатрии в России началась в 1857 г., с назначением руководителем первой кафедры психиатрии при Военно-медицинской академии в Петербурге И.П. Балинского. Его учениками были И.П. Мержеевский и В.М. Бехтерев.

В 1862 г. Балинский организовал первое в России научное общество психиатров. Вслед за этим создается ряд кафедр психиатрии, возглавляемых учеными, внесшими значительный вклад в психиатрическую науку, главным образом своими обширными исследованиями всевозможных патологических душевных состояний. Как правило, передовых ученых-психиатров отличали новаторский подход в организации лечебной деятельности и гуманистические идеи относительно обращения с душевнобольными.

Деятельность известных ученых-психиатров способствовала усилению профилактического направления в психиатрии. Известные психиатры В.П. Сербский, В.М. Бехтерев, И.А. Сикорский, В.Ф. Чиж критиковали власти за пренебрежение общественным благосостоянием. Их усилиями была основана Национальная ассоциация психиатров, усматривающая корни душевных болезней в несправедливых общественно-экономических условиях российского общества, в тяжелых условиях труда и быта людей.

В начале XX в. критика низкого уровня медицинского обслуживания и недостаточной заботы о здоровье народа достигла своего апогея. Таким образом, развитие психогигиены нельзя рассматривать в отрыве от развития медицины и психиатрии как одной из ее областей: «Психиатрия и неврология проложили соединительный мост между медициной и психологией, естествознанием и философией».

С 1865 г. в России начал выходить «Вестник (архив) судебной медицины и общественной гигиены», который с первых выпусков освещает вопросы психического здоровья. А. Шульц пишет о призрении помешанных в России; в 1863–69 гг. публикуются статьи В.В. Провоторова о причинах болезней; в 1865 г. – перевод W. Griesinger «Патология душевных болезней с точки зрения немецкой соматической школы».

Наряду с проблемами общей гигиены на страницах «Вестника» обсуждались вопросы обеспечения, поддержания и укрепления психического здоровья, гигиены труда и отдыха, проблема алкоголизма, освещались международные съезды по гигиене и демографии.

Под влиянием успехов России в международной гигиенической выставке в Брюсселе в 1876 г. возникла мысль о создании специального научного общества, которое посвятило бы себя задаче «охранения народного здравия». В результате в октябре 1877 г. образовалось Русское общество охранения народного здравия.

Организации этого общества также предшествовало существовавшее в течение 10 лет первое Общество охранения народного здравия, содействовавшее практическому решению многих вопросов общественной гигиены, в частности о дренаже Петербурга, о кладбищах, о водоснабжении, об отдаче в пользование публике Таврического, Михайловского и некоторых церковных садов, об устройстве публичных садов и скверов (Александровского сада, Васильевского и Инженерного скверов).

Среди членов вновь созданного общества были профессора, занимающиеся вопросами нервно-психической гигиены, – И.П. Мержеевский, П.И. Якобий, В.А. Субботин, Ф.Ф. Эрисман и др. Всего Общество насчитывало 120 действительных членов. Председателем Общества был избран Н.Ф. Здекауер.

В Уставе Общества охранения народного здравия было записано, что его целями являются: 1) содействие улучшению общественного здоровья и санитарных условий в России; 2) осуществление мер общественной и частной гигиены, к которым относились предотвращение и устранение вредных для здоровья влияний; 3) содействие правительственным и общественным учреждениям, а также частным лицам в решении гигиенических вопросов и проведении санитарных мер; 4) организация гигиенических съездов и выставок; 5) создание гигиенических музеев, библиотек и лабораторий; 6) чтение публичных лекций по гигиене; 7) пропаганда гигиенических знаний через журналы.

В Обществе было пять секций: биологическая; статистики и эпидемиологии; оздоровления населенных мест, общественных и частных зданий и промышленных предприятий; гигиены воспитания и образования; гигиены предметов потребления. Биологическая секция проводила научные исследования в области здравоохранения. Секция статистики изучала причины развития и распространения эпидемических болезней среди населения.

Секция оздоровления заботилась об оздоровлении населенных мест, общественных, частных зданий и промышленных предприятий, изучала причины болезней населения. Секция гигиены воспитания и образования занималась изучением причин заболеваний новорожденных, подрастающего поколения и путей устранения этих причин, секция гигиены предметов потребления – исследованием влияния предметов потребления на организм человека.

Кроме того, имелось отделение климатологии, исследовавшее факторы климата страны и отдельных местностей, и отделение бальнеологии, всесторонне исследовавшее естественные источники минеральных вод и условия их продуктивного использования в интересах здоровья. Общество существовало на пожертвования, взносы своих членов, сборы от лекций, музеев и выставок.

До 1882 г. печатным органом Общества был журнал «Здоровье», который затем стал называться «Журнал Русского общества охранения народного здравия». В 1874 г. в нескольких номерах журнала была опубликована статья П. Ильинского «Ученье и здоровье»; во многих выпусках обсуждались вопросы гигиены и педагогики (Верениус А.С., Родин Е.П., Хлопин Г.В., Трахтенберг А.Г.); рассматривалось влияние условий жизни, погоды, климата на душевное здоровье (Военков А.И., Воробьев В.В., Скворцов И.Л.); профилактика душевных расстройств (Осипов В.Л.). В 1911 г. при Обществе была организована Комиссия по борьбе со школьными самоубийствами.

Деятельность Общества не ограничивалась только теоретической и практической разработкой силами врачей вопросов здравоохранения. Задачи общественного здравоохранения требовали не только научного исследования, но и практического разрешения. Активное участие в Обществе принимали специалисты разных отраслей знания, а также лица, располагающие в силу своего положения возможностями содействовать преуспеванию Общества и, тем самым его практической деятельности.

Совместная разработка вопросов здравоохранения специалистами различных отраслей знания и практиками способствовала формированию правильных научных взглядов на эти вопросы в обществе, возбуждала интерес к ним, в значительной мере обеспечивала проведение необходимых мер в жизнь. Оценивая итоги 10 лет существования Общества, его председатель, врач Н.Ф. Здекауер, отмечал: «Общество рассматривало и исправляло планы санитарных учреждений: школ, больниц, фабрик и тюремных зданий; учредило детские колонии для слабосильных; аналитический кабинет для открытия подмесей к предметам питания; учредило для образца «нормальные столовые» и школу «кухонного искусства».

Были учреждены особые комиссии для всесторонней разработки отдельных задач Общества и практического выполнения выработанных им принципов по разным вопросам. Были созданы: комиссия по исследованйю учащихся с санитарно-педагогическими целями по программе; комиссия питания для разработки вопросов, касающихся научных основ питания и проведения их в жизнь через школу кухонного искусства; комиссия по устройству детских лечебных колоний; комиссия по проведению мер борьбы с заболеваниями чахоткой в России; комиссия по изысканию возможностей улучшения жилищных условий рабочих; комиссия по организации общественных санитарных работ для местностей, пострадавших от неурожая.

В конце 80-х гг. XIX в. Общество учредило «нормальные столовые» для учащихся Петербурга, а затем и Москвы. В этих столовых была реализована на практике формула нормального состава пищи для здорового работника. Была организована детская лечебная колония при Старо-Русских минеральных водах, куда принимались дети от 7 до 14 лет с ослабленным в силу недостаточного питания здоровьем и с хроническими заболеваниями, требующими лечения минеральными водами.

Комиссия «по улучшению жилищ рабочих» разрабатывала тип жилищ для фабричных, ремесленных и артельных рабочих и занималась их строительством. В 1893 г. Общество устроило Всероссийскую гигиеническую выставку с целью популяризации и «наглядного проведения в массы правильных воззрений на задачи здравоохранения».

Устраивались публичные лекции по разным разделам здравоохранения. Сборы от лекций шли на благотворительные цели – для учащихся, голодающих и т. д. При Обществе были устроены музей всевозможных предметов общественной гигиены (около 4 тыс. экспонатов) и библиотека. На местах создавались региональные отделения Общества охранения народного здравия.

Психогигиена в XIX веке

Важную роль в становлении отечественной психогигиены в 70–80-е гг. XIX в. сыграла общественная медицина. Название «общественная медицина» вошло в обиход благодаря деятельности Казанского общества врачей в 1870–1873 гг., и особенно его председателя – профессора А.В. Петрова.

В 1873 г. он писал, что «требуется лечить не больного, а заболеваемость, т. е. общественные болезни, поднять уровень общественного здоровья, возвысить общественное благосостояние». Он особо подчеркивал профилактическую и психогигиеническую направленность общественной медицины: «Сама медицина убедилась, что для достижения ее цели вполне не достаточно тех средств, около которых она до сих пор вращалась. Эти средства не имеют значения в борьбе с заболеваемостью населения.

Сама медицина убеждается, что для этой борьбы необходимо изменение условий, ведущих к заболеванию, а это выполнимо и возможно лишь силами и при содействии самого населения». С 1873 г. Казанское общество врачей издавало «Журнал общественной медицины», в задачи которого входило знакомство врачей и общественности с современным состоянием общественной медицины в России, обсуждение ее насущных проблем; распространение научных сведений по общественной медицине.

О.В. Португалов в 1873 г. писал: «Степень заболевания и смертности человечества совершается в силу существующих условий социального быта, с переменой этих условий в ту или другую сторону и явления от них зависящие, т. е. заболеваемость и смертность переменяются, не карательная медицина, какого бы совершенства она ни достигла, спасает человечество от попирающего зла (народных болезней), а лишь предупредительная медицина или социальная гигиена будет входить в свои права и распространять свою силу, по мере того как будет возрастать ее влияние, значение, а главное – применение в обширнейших размерах, по мере всего этого карательная медицина (т. е. лечебная) будет ослабевать».

На 2-м Всероссийском съезде русских врачей в 1887 г. в Москве был создан самостоятельный отдел общественной медицины, занимающийся вопросами земской медицины, общественного врачебно-санитарного строительства и социальной гигиены. На основе доклада М.С. Уварова Съездом было принято постановление о необходимости знакомить студентов в университетах и на медицинских курсах с практической земской деятельностью.

Больше внимания стали уделять вопросам общественной медицины Всероссийские Пироговские съезды. Увеличивалось количество докладов по общественной медицине.

Секция общественной медицины на Пироговских съездах обсуждала вопросы санитарной и врачебной помощи, осуществляемой земствами и государством; организации санитарной статистики; медико-полицейской деятельности врачей; устройства лечебных учреждений; борьбы с эпидемиями (вакцинации и т. п.); а также призрения душевнобольных и способов сбора сведений о них. Второй отраслью медицины, оказавшей серьезное влияние на становление и развитие охраны психического здоровья в России, была собственно гигиена.

Состояние гигиены как новой гуманистической сферы научной и практической деятельности характеризуется следующей ее оценкой: «Светлый период великих государственных реформ, совершившихся в России в шестидесятых годах истекающего века, отличался особым оживлением русского общества, вследствие усиленного обращения среди него разного рода просветительных, гуманных идей, полных самых насущных жизненных интересов.

Между прочим, в то же время и научные истины общественной гигиены выступили также довольно ярко, заняли сначала внимание русских врачей, а затем приобрели распространение и среди русской интеллигенции. Несомненно, что общественная гигиена встречена в России с большими симпатиями именно как молодая наука в современном ее понимании, отрасль социологии, богатая альтруистическими тенденциями и указывающая пути искать личное счастье в общем благе, главное же, как якорь спасения в деле улучшения все более и более обнаруживавшегося крайне неудовлетворительного состояния здоровья русского населения».

О возросшем общественном интересе к психогигиене свидетельствует то, что в 1865 г. вслед за введением земских и новых судебных установлений возник печатный орган гигиенического знания – «Архив судебной медицины и общественной гигиены». Это периодическое издание, выходившее 4 раза в год, было организовано медицинским департаментом по инициативе его бывшего директора Е.В. Пеликана. Его редактором стал доктор С.П. Ловцов, один из первых компетентных и убежденных проводников санитарных идей в России.

«Архив» отражал научную разработку судебно-медицинских и общественно-гигиенических вопросов. Он опубликовал целый ряд оригинальных работ в этих областях, служил надежным руководством для врачей, осуществляющих государственно-общественную деятельность в области гласного судопроизводства и способствовал решению задач попечения о здоровье народа. В качестве приложения к «Архиву судебной медицины и общественной гигиены» издавались оригинальные санитарностатистические работы.

В 1870 г. под редакцией С.П. Ловцова вышел первый том «Медико-топографического сборника», в котором был представлен анализ состояния природной среды и развития человеческого общества в разных местностях, их взаимодействия, явлений общественной жизни, которые оказывают вредное влияние на человека, нанося ущерб природе и, тем самым, условиям обитания людей, и предложены санитарные меры по улучшению положения в данной сфере.

С.П. Ловцов выдвинул программу медико-топографических исследований, включавшую изучение демографических тенденций, демографических показателей (численности населения, рождаемости, продолжительности жизни, характеристик телосложения, количественных показателей браков), проституции, болезней и их характера, явлений, отражающих духовное состояние общества (религии, нравов, пьянства, помешательства, уровня цивилизации, самоубийств, преступлений).

В 1871 г. был выпущен второй том «Медико-топографического сборника» под редакцией Г.И. Архангельского. В приложении к «Архиву» издавались переводы иностранных медицинских трудов, которые отвечали текущим потребностям отечественной практики и науки. Большое внимание уделялось материалам по эпидемиологии. Таким образом, «Архив судебной медицины и общественной гигиены» был научным рупором общественной медицины в России.

В 1871 г., с началом периода реакции, последовавшего за реформами 60-х гг., «Архив» был закрыт. Правда, его заменил издававшийся с 1872 г. медицинским департаментом «Сборник сочинений по судебной медицине, судебной психиатрии, медицинской полиции, общественной гигиене, эпидемиологии, медицинской географии и медицинской статистике».

С 1885 г. он был преобразован в ежемесячный журнал «Вестник судебной медицины и общественной гигиены» (с 1889 г. – «Вестник общественной гигиены, судебной и практической медицины»). Однако он не имел такого большого общественно-просветительского значения и влияния, каким пользовался «Архив».

Этот журнал просуществовал до 1915 г. Общественно-санитарные вопросы обсуждались в массовой печати, ориентированной на широкую читательскую аудиторию; популяризировались посредством издания многочисленных переводов и оригинальных материалов (брошюр, статей).

Можно даже сказать, что среди русского образованного общества возникла своеобразная мода на гигиенические издания. Наиболее известными в области гигиены в России второй половины XIX в. были оригинальные и переводные труды Беккареля, Бока, Доброслави- на, Кленке, Панпейнгейма, Португалова, Скворцова, Эстермана, Эрисмана и многие другие.

Представляет интерес, например, вышедшая в 1874 г. в Казани книга врача К. Аара «Психическая гигиена, общедоступно изложенная по сочинениям доктора Бока, Беккереля, Фребеля и других». В ней излагались естественнонаучные и психологические сведения, необходимые для понимания и применения правил психогигиены, рассматривались прикладные аспекты психогигиены применительно к условиям труда, упражнениям, отдыху, сну, климату, привычкам. Автор указывал, что основанием его теории психогигиены послужили выводы о единстве сил и веществ в природе, идеи Дарвина о происхождении видов, психофизическая концепция Фехнера.

Исходя из того, что «ум и энергия есть результат соотношения между качеством, количеством и скоростью упражнений и труда организма и качеством, количеством и скоростью отдыха и вознаграждения материальной деятельности органа», а также учитывая, что ум, энергия и характер «есть роковой неизбежный результат материальных и так называемых нематериальных впечатлений, первоначально внешних, а потом внутренних», автор приводит теоретические правила гигиены ума и энергии: 1) избегать крайностей всякого рода; 2) уравновешивать расходование и пополнение энергии организмом; 3) разнообразить качественно и количественно приход и расход веществ в организм; 4) выполнять условия, полезные для «здоровой деятельности» ума и энергии; 5) соблюдать разумные пределы в пище и труде.

К. Аар писал о роли самовоспитания и самоконтроля в учебном процессе. Он выделил «главные профилактические и гигиенические средства для устранения вреда упражнений, трудов и занятий умственных или так называемых телесных, это: сон, отдых, развлечения, перемена или разнообразие общества, свежий воздух рабочей комнаты, теплота тела, средства против запора и брюшных завалов, легкая пища, прогулка, путешествия, перемена поз и положений тела при занятиях».

Он указывал на вредное влияние страстей, полагая, что «вообще всякая страсть, как род крайности, как крайне сильное ощущение и движение, вредно действует на мозг, на кровообращение, на дыхательный аппарат, на пищеварительный снаряд, на выделительные и ассимиляционные процессы организма. Особенно сильно влияние страстей на здоровье ума и энергии, или психическое нервное здоровье». Специальная глава книги посвящена вопросам половой жизни, любви и брака: «Умеренность в половой деятельности является одним из наиболее практических и более важных психогигиенических правил».

К. Аар обосновывал психогигиенический смысл и пользу брака. Определенное внимание в его работе уделяется системе питания как психогигиеническому средству, отмечается, что «умны, энергичны и цивилизованны те люди, которые питаются обильною, разнообразною, питательною пищей». Он указывает на влияние географической среды и условий обитания на умственную культуру как, отдельного человека, так и всего народа; подчеркивает пользу привычек для психического здоровья.

Наконец, К. Аар предложил систему правил для предупреждения и прекращения начинающихся душевных болезней: «1) обращение крови должно быть быстрым; 2) сильная мышечная деятельность только от 15 до 35 лет может совмещаться с сильной деятельностью ума и энергии (без ущерба для последней); 3) ум и энергию необходимо поддерживать сменой умственной деятельности мускулинной, труда – отдыхом; 4) избегать сильных нравственных и механических потрясений и частых искусственных возбуждений ума и энергии посредством напитков, сильных ощущений и т. п.; 5) ежедневно управлять умом, энергией и органами чувств; 6) умерять половые отправления организма; 7) избегать резких переходов, например от холода к жаре, от одного рода сильных умственных занятий к другому; 8) спать 6–8 часов в сутки; 9) вставать рано утром и в это же время умственно трудиться; 10) избегать болезней посредством прочих рекомендаций частной и общественной гигиены».

Санитарно-гигиенические идеи развивались обществами врачей в разных городах России. В земствах они ставились и рассматривались в контексте деятельности специальных комиссий, губернских съездов и земских собраний. В деле «попечения о народном здравии» земство решало следующие задачи: 1) устранение причин заболеваний («общественная гигиена»); 2) обеспечение заболевших «пособиями» («общественное врачевание»); 3) поддержание существования неимущих старцев, калек, увечных и пр. («общественное призрение»).

После 1878 г. земским учреждениям было предоставлено законом право регламентации мероприятий по «охране народного здравия», издания обязательных санитарных постановлений для населения и надзора за их исполнением.

Немалое влияние на развитие отечественной психогигиены оказало знакомство с зарубежным опытом. Е.А. Осипов, характеризуя общественно-санитарное направление в земской медицине в России в конце XIX в., указывал на его идейную связь с соответствующими течениями немецкой общественной гигиены того времени, четко охарактеризованными немецким гигиенистом Гайгельем: «Общественная гигиена по основной своей идее интересуется такими вредными влияниями, которые по своей распространенности и зависимости от определенных жизненных условий общества, установлений и привычек культуры действительно поражают здоровье целого народа или, по крайней мере, значительной части его. Она имеет дело с народными болезнями, прямо или посредством зависящими от означенных вредных влияний, и в конце – с теми средствами помощи, предупреждения и лечения, которые именно направлены против общественных состояний, зол и болезней, а потому могут быть извлекаемы из общественных же средств общины, государства, культуры. Общественно-гигиенические мероприятия всегда характеризуются созданием систематических учреждений, исподволь и непрестанно действующих на основные элементы общественной жизни».

А.П. Доброславин, профессор кафедры гигиены Военно-медицинской академии, разработал в 1889 г. программу по «общественной гигиене и медицинской полиции», в которую уже не входило изучение врачебно-санитарных установлений и законодательства, так как гигиена к тому времени превратилась в экспериментальнобиологическую науку, а социальная медицина вошла в систему социально-статистических и общественно-экономических знаний.

Тем не менее в своей практической деятельности А.П. Доброславин много внимания уделял общественной (земской) и государственной медицине и принимал участие в изучении врачебно-санитарного дела в Петербургском губернском земстве.

Профессор Ф.Ф. Эрисман в своем курсе гигиены основное внимание уделял вопросам физиологической гигиены, обходя вниманием русскую общественную гигиену, хотя был ее глубочайшим знатоком. Уже в середине XIX в. проблемы физиологической (экспериментальной) гигиены были отделены от проблем общественной гигиены и медицинской полиции (Пелехин И.А., Дьяков Н., Доброславин А.П., Эрисман Ф.Ф. и др.).

Таким образом, становление психогигиены в качестве особой научной дисциплины было обусловлено коренными изменениями в социально-экономической и политической жизни русского общества в пореформенный период. Оно отражало осознание обществом назревшей потребности в решении задач обеспечения и поддержания психического здоровья народа.

Выделение охраны психического здоровья в особую научную дисциплину опиралось на развитие многих областей науки и практики: медицинской полиции, психиатрии, общественной гигиены и общественной медицины. Первоначально проблема сохранения психического здоровья возникла внутри именно этих областей медицинской науки и практики. Особое внимание уделялось ей в земской медицине, в ее общественно-санитарном направлении и в области решения задач общественного «призрения».

Публикуется по: Безчастный К.В. История отечественной психогигиены.

Оставить комментарий

http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_bye.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_good.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_negative.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_scratch.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_wacko.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_yahoo.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_cool.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_heart.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_rose.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_smile.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_whistle3.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_yes.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_cry.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_mail.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_sad.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_unsure.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_wink.gif 
 
Стопалкоголь-Элит
Восстанавливающие

Отзывы пациентов

Отзыв Николая: «Год назад я прошел сеанс по методу снятия подсознательных барьеров в центре В.А. Цыганкова. После этого сеанса весь год не пил, чувствовал себя хорошо. Сейчас пришел вновь, чтобы пройти такой же сеанс».

Отзыв Тамары: «Мне было очень плохо, и я не могла решить свою проблему с выпивками самостоятельно. Пришла на прием к Владимиру Анатольевичу Цыганкову и за один сеанс я почувствовала себя намного лучше. На душе стало спокойно, настроение улучшилось, нет тяги к алкоголю. Могу сама жить без спиртного и чувствовать радость от того, что способна управлять своей жизнью».

Отзыв Павла: «Поставил защиту от алкоголя полгода назад. Получил хорошее самочувствие, начал сбрасывать лишний вес, да и в семье все наладилось. Решил поставить защиту еще на год. Благодарю сотрудников центра Владимира Цыганкова за вниматеьное отношение и квалифицированную помощь!».

Отзыв Степана Тимофеевича: «Я пил почти каждый день долгие годы. Потом принял решение поставить защиту от алкоголя и не нуждаться в нем больше. Но для того, чтобы поставить защиту от алкоголя требовалось не пить семь дней, а я не мог уже и одного дня не пить. Помог мне «Стопалкоголь-Элит». Я стал пить отвар этого фитосбора и уже через несколько дней заметил, что заметно снизилась тяга к алкоголю, самочувствие стало лучше. Я сделал над собой небольшое усилие, не пил семь дней и записался на сеанс постановки защиты по методу снятия подсознательных барьеров в центр Владимира Анатольевича Цыганкова. После этого не пью уже 8 лет. Я очень благодарен В.А. Цыганкову. Дай Бог ему много лет жизни и хорошего здоровья!»

Отзыв Алексея: «Мне хочется выразить благодарность Владимиру Анатольевичу Цыганкову за то, что он помог мне остановить мое пьянство три года тому назад. Дай Вам Бог здоровья и долгих лет жизни, уважаемый Владимир Анатольевич! Мне помог «Стопалкогль-Элит» и восстанавливающие фитосборы».

Отзыв Татьяны: «Метод снятия подсознательных барьеров – замечательный. Жизнь кардинально изменилась в лучшую сторону, улучшилось психологическое состояние, абсолютно исчезла тяга к алкоголю. Прошла тревожность и депрессия. Чувствую себя здоровой. Искренне благодарю всех, кто мне в этом помог!».

Отзыв Михаила: «С благодарностью вспоминаю, как легко и комфортно прошел сеанс по методу безопасного кодирования. Спасибо за возвращение к нормальной жизни! Не пью уже 9 месяцев. Через три месяца приду к вам продлевать защиту от алкоголя еще на год. Благодарю персонал центра Владимира Цыганкова за доброжелательное отношение».

Отзыв Александра Ивановича: «Я пил более 20 лет. Никак не мог остановиться. Слишком сильной была тяга. Но 5 лет назад я смог все-таки бросить пить насовсем. Мне помогли фитосборы «Стопалкоголь-Элит» и «Восстанавливающие». Восстанавливающие сборы оказались особо полезными: восстановилась печень, восстановились почки. Даже врачи удивились. Теперь я к ним уже не хожу и таблетки не принимаю. Уже 5 лет живу трезво. Большое спасибо центру Владимира Цыганкова!»

Отзыв Веры: «Присоединяюсь к добрым отзывам о Владимире Анатольевиче Цыганкове. Я пила долго и много. Два года назад перенесла инфаркт. Именно тогда я пришла к Владимиру Анатольевичу Цыганкову и он поставил мне защиту от алкоголизма. Потом он научил меня управлять своими мыслями и чувствами, научил справляться со стрессами и страхами. Хожу в храм, а вместо алкоголя пью душистые, вкусные и полезные лекарственные травы. Я живу новой, счастливой жизнью».

Отзыв Станислава Михайловича: «Когда я впервые прошел сеанс по методу снятия подсознательных барьеров, то продержался без спиртного недолго - через 9 месяцев начал пить снова, хотя защита от алкоголя была на 1 год. Выпить уговорили друзья, сказали, мол, ничего страшного не произойдет, срок неупотребления уже подходит к концу. По глупости я послушался из выпил... и запои вновь вернулись. Я записался снова в центр Владимира Цыганкова на сеанс по методу снятия подсознательных барьеров. Мне поставили защиту от алкоголя сначала на 6 месяцев, в потом на 1 год. Полтора года уже не пью и чувствую себя прекрасно. Второй раз ошибки не совершу, никому не удастся уговорить меня выпить. Мне этого не хочется и не надо. И поэтому защиту от алкоголя продлю опять».

Отзывы наших пациентов смотрите здесь

Свежие комментарии
Поделитесь ссылкой!

Отзывы родственников наших пациентов

Отзыв Инны: «Мой муж пил три десятка лет. Как я ни пыталась его лечить, ничего не помогало. Когда я обратилась за помощью к Владимиру Анатольевичу Цыганкову, он мне открыл глаза на то, что я себя веду с мужем неправильно. Я поняла, что делать НЕ НАДО, а что делать НУЖНО. А вскоре и муж сам, без какого-либо давления с моей стороны бросил пить и начал лечиться. Благодарю Вас, Владимир Анатольевич! Вы заслуживаете самых добрых отзывов, и самых лучших отзывов заслуживает Ваша профессиональная помощь пьющим людям и их женам».

Отзыв Ирины Ивановны: «Мой сын был запойный, более 10 лет пьянствовал беспробудно. Что я только ни перепробовала, ничего не помогало его вылечить. Но однаждыя с помощью психолога Владимира Анатольевича Цыганкова отказалась от ненужных и неправильных действий, а стала делать то, что реально может замотивировать сына на прекращение пьянства и лечение. Дела пошли в гору. Сын сам пошел в центр Владимира Анатольевича, поставил защиту от алкоголя по методу снятия подсознательных барьеров. Теперь уже четыре года прошло, как он не пьет совсем. Теперь я понимаю, что роль матери бесконечно огромна в деле реальной помощи сыну».

Отзыв Дарьи: «Я благодарна психологам центра Владимира Цыганкова за то, что они помогли мне увидеть свою страшную болезнь – созависимость от пьющего мужа. Они дали мне мне возможность адекватно посмотреть на себя, на мужа, на нашу жизнь и сделать необходимые шаги для создания трезвой, здоровой семьи».

Отзывы родственников наших пациентов смотрите здесь

Рубрики сайта
Яндекс.Метрика