Лечение алкоголизма. Фрунзенский район Санкт-Петербурга

Лечение алкоголизма. Фрунзенский район Санкт-ПетербургаФрунзенский район Санкт-Петербурга

Начнем разговор о лечении алкоголизма во Фрунзенском районе СПб с информации о самом районе. Фрунзенский район располагается на юге Санкт-Петербурга. Исторический центр района – Купчино. Образован в 1936 году. Во Фрунзенском районе СПб проживает болеечетырехсот тысяч человек.

В 1972 году в районе была открыта станция метро «Купчино» Московско-Петроградской линии. В настоящее время троится Фрунзенско-Приморская линия метро. Уже действуют станции «Обводный канал», «Волковская», «Бухарестская», «Международная». Планируется открыть станции метро «Проспект Славы», «Дунайская», «Шушары».

Проблема лечения алкоголизма во Фрунзенском районе стоит очень остро. Практически нет ни клиник, ни центров, которые бы оказвали помощь алкоголезависимым родственникам, а также их родственникам (созависимым). 

Проблема алкоголизма и лечения алкоголизма

Врач-наркологЗависимость от алкоголя, как хроническое, рецидивирующее, мультифакториальное заболевание является важной медицинской и социальной проблемой. Злоупотребление или зависимость от алкоголя в Санкт-Петербурге имеют до 15% взрослого населения. Фрунзенский район является в этом отношении одним из самых неблагоприятных районов города.

Употребление алкоголя – необходимое, но не достаточное условие развития заболевания алкоголизмом. Различия в индивидуальной подверженности и избирательность возникновения алкогольной зависимости могут объясняться влиянием генетических факторов, социальных, биохимических, психологических, духовных факторов. К примеру, в результате многолетних и обширных генетических исследований достоверно выявлен факт наследственной (генетической) предрасположенности к развитию болезней зависимости от алкоголя, что позволяет рассматривать алкоголизм в рамках обширного класса мультифакториальных полигенных болезней с наследственным предрасположением.

Генетические факторы в виде особенностей генов, контролирующих нейрохимические системы этиопатогенеза, непосредственно определяют биологическую основу заболевания на уровне нейромедиаторных, нейрорегуляторных и нейромодуляторных систем головного мозга и существенно влияют на прочие группы факторов и их эффекты.

Патофизиологическим субстратом болезней зависимости от алкоголя и других психоактивных веществ в целом считают комплекс центров головного мозга в составе мезокортиколимбической дофаминовой системы мозга.

Мезокортиколимбическая дофаминовая система является основой системы «подкрепления» или «награды» (reward system), филогенетически древней части мозга, которая в норме формирует эмоциональную окраску мотиваций, обеспечивает позитивно-негативное эмоциональное подкрепление поведения с обратной связью, «принуждая» организм к поведенческим актам для выполнения витальных функций: питанию, потреблению жидкости и размножению.

Система подкрепления считается сложной межсистемной и межфунциональной структурой, ее функция изменяется по мере развития организма, существенно зависит от пола, активно модулируется в процессе социальных отношений и находится под значительным генетическим контролем. Вероятно, гены и генетические системы, контролирующие работу системы награды, и прежде всего, дофаминовую нейромедиаторную систему, вносят наибольший вклад в этиопатогенез болезней зависимости от психоактивных веществ и формируют генетическую основу наследственного предрасположения к этим заболеваниям.

Личностные факторы в виде особенностей темперамента, характера и специфических черт личности, выявляются уже в преморбиде будущего больного как проявления предрасположенности, непосредственно связаны с биологическими факторами и имеют значительный уровень генетического контроля, в особенности такие важные для развития болезней зависимости черты личности как импульсивность и поиск новизны, проявление которых связано с генами системы дофамина.

Влияние социальных факторов – особенностей микро- и макросоциального окружения, опосредуется биологическими и личностными факторами, через которые осуществляется генетический контроль этого влияния на уровне типов социального функционирования и социальной адаптации. Имеется значительное генетическое влияние на индивидуальный характер реакций на стресс и процессы социализации, формирующих индивидуальный интегральный паттерн эффекта воздействия социальных факторов в механизмах этиопатогенеза алкоголизма.

Заслуживает внимания и соотношение злоупотребления алкоголем с другими болезнями зависимости, признанными на сегодняшний день формами аутоагрессивного поведения, которое довольно часто наблюдается у алкоголезависимых людей во Фрунзенском районе. Кроме того, существует взаимосвязь алкоголизма и расстройств питания – булимии и анорексии.

Комбинированный прием алкоголя и наркотиков приводит к утяжелению всех форм аутоагрессивного поведения у зависимых от алкоголя, которые в этих случаях чаще выбирают наркотик для суицида. Подобное сочетание повышает риск фатальных форм домашнего и уличного насилия больных алкоголизмом.

О психотерапии алкоголизма. Психотерапевты во Фрунзенском районе СПб

ПсихотерапияПоследние два с половиной десятилетия исследования в области эффективности психотерапии алкоголизма фокусировались на эффектах специфического лечения специфических расстройств. Такие исследования предполагали уменьшение вариативности результатов психотерапии, которые зависели от психотерапевта.

Это определялось тщательностью отбора психотерапевтов, экстенсивностью тренингов, супервизией психотерапевтов с использованием руководств для управления психотерапевтическими вмешательствами, как это и делается в центре Владимира Цыганкова во Фрунзенском районе Санкт-Петербурга. Задача таких процедур состояла в увеличении эффективности психотерапии независимо от психотерапевта, который ее предлагает.

Такой подход не обязательно должен предполагать игнорирование важности способностей психотерапевта в построении взаимоотношений с пациентом/клиентом и в гибком приспособлении психотерапии (ее техник) к потребностям конкретного пациента, а также уменьшения вариативности этих важных способностей, что является центральным в оказании помощи в повседневной практике.

В центре Владимира Цыганкова психотерапевт и пациент являются центральными «элементами» процесса психотерапии. Парадоксально, что в области понимания человеческого поведения половина «человеческих элементов» психотерапии – психотерапевт был низведен в категорию внешних элементов клинического процесса.

Такая тактика планирования имеет смысл тогда, когда задачей исследования является максимальное повышение вклада теоретически обоснованных вмешательств в результат лечения пациента, но имеет мало смысла в повседневной деятельности, в которой важность личности, предлагающей лечение, является преобладающей как для пациента, так и администратора, который оплачивает лечение.

За последние два десятилетия были проведены многие исследования роли психотерапевта в эффективности психотерапии, включая метааналитические исследования. Общие результаты оценки роли психотерапевта, как это часто бывает, оказались противоречивыми, однако в большинстве исследований был выявлен размер эффекта от слабого до среднего в отношении важности роли психотерапевта в психотерапевтическом процессе.

Переменная результата психотерапии, основанная на видении психотерапевта пациентом. В связи с недостаточной ясностью и ограниченностью предыдущих исследований было проведено два обширных исследования с применением опросников и последующим анализом рассматриваемой проблемы.

Пациенты наших психотерапевтов во Фрунзенском районе СПб достигали статистически значимого улучшения от лечения алкоголизма. Не было значимых различий результатов у пациентов с разными расстройствами, психотерапевты которых отличались по полу, уровню подготовки, типу подготовки (тренинга), теоретической ориентации. Это подтверждает данные эмпирической литературы о малой важности подготовки в специфических техниках психотерапии для улучшения результата лечения.

Большую ответственность за результат психотерапии несут личные качества психотерапевтов и, особенно, их межличностные навыки в работе с трудными пациентами. Этому соответствует идея отбора участников тренинговых программ, а также улучшение профессионального функционирования клиницистов-практиков.

О том, что выбирают жители Фрунзенского района Санкт-Петербурга

Метод снятия подсознательных барьеровВне зависимости от того, что стало главной причиной возникновения алкогольной зависимости, от данной разновидности заболевания страдает не один человек, а полностью все члены семьи. Именно поэтому, алкоголизм – это действительно страшная болезнь. В ситуации, когда зависимый от алкоголя человек постоянно топит собственные стрессы в спиртном, то чаще всего все его члены семьи активно борются с данной разновидностью заболевания.

Но по истечению определенного количества времени желание помочь полностью исчезает. Так как достаточно часто результаты подобной помощи оказываются не значительными. Зависимые люди, которые не способны самостоятельно справиться с заболеванием, в действительности нуждаются в специальной помощи. Ведь, лечение алкоголизма должно осуществляться и на психологическом уровне. И в этом лучше всего помогает метод снятия подсознательных барьеров.

Психологическая помощь при наличии алкогольной зависимости в обязательном порядке должна оказаться только квалифицированной. Именно поэтому категорически не рекомендуется решать все возникшие проблемы только в кругу собственной семьи. Лучше сразу же обратиться к компетентному психологу.

Чем раньше такие действия будут предприняты, тем соответственно, на более высоком уровне будет находиться успех избавления от алкогольной зависимости.

Кому еще стоит обратиться к психологу?

Созависимость и алкоголизмВ современное время, существует мнению, что помощь со стороны профессионального психолога при наличии алкогольной зависимости нужна только одному единственному алкоголику. В действительности, это совершенно не так. Ведь такая помощь нужна и остальным членам семейства. Это стали понимать близкие люди пьющего человека с помощью просветительской работы центра Владимира Цыганкова.

Психолог способен дать любому человеку действительно самые эффективные рекомендации по восстановлению отношений и решению остальных проблем. Ведь доверительное отношение в данной ситуации считается одним из самых важных.

Ни в коем случае в семье не должны присутствовать раздражающие моменты. Ведь оскорбления и постоянные упреки способны спровоцировать возникновение рецидива в наиболее тяжелой форме. Часто бывает и так, что родственники зависимого от алкоголя человека постоянно находятся в плохом, а также подавленном состоянии.

В результате этого без возникновения нервных срывов никак не обходится. Подобным людям просто необходима профессиональная помощь психолога.

Помощь квалифицированного специалиста дает возможность не просто обойтись без возникновения самых разнообразных конфликтов с зависящим от алкоголя человеком, но и одновременно с этим разрешает восстановить доверительные отношения непосредственно в самой семье. Дополнительно сам успех в лечение от алкоголизма зачастую напрямую зависит от того, какой микроклимат при этом наблюдается в кругу семьи. Лечение будет происходить эффективное и значительно быстрее, если алкоголик будет обладать определенной поддержкой со стороны близких людей. В обязательном порядке здесь должно присутствовать и понимание от родственников.

Достаточно часто восстановленное в семье ощущение гармонии является весьма шатким. Именно поэтому любое самое неосторожное слово способно спровоцировать возникновение очередного срыва. С иной стороны чрезмерный контроль, а также значительное моральное давление способны привести к возникновению протеста.

В результате этого, можно даже не сомневаться в том, что зависимый человек обратно возвратится к употреблению спиртного. Возврат пагубной привычки в подобной ситуации является неизбежным.

А вот психологическая помощь первоначально здесь направляется на то, чтобы зависимый человек, а также его родные люди научились должным образом решать все возникшие проблемы. В любом случае лучше в данной ситуации обратиться в современную наркологическую клинику. Так как без помощи психолога здесь не обойтись.

 

Помощь зависимым от алкоголя людям во Фрунзенском районе

Отделение «Фрунзенское»Наш центр имеет отделение во Фрунзенском районе Санкт-Петербурга, где оказывается разносторонняя помощь людям с алкогольной зависимостью. Отделение нашего центра располагается на Бухарестском проспекте рядом со станцией метро «Бухарестская».

Также многие жители Фрунзенского района, в том числе и Купчино, приезжают в другие наши отделения.

Адреса центра Владимира Цыганкова смотрите здесь:

Кликните ниже на ссылкуадреса нашего центра

ВНИМАНИЕ: прием во всех наших отделениях ведется только по предварительной записи. Записывайтесь на прием к специалистам или задавайте вопросы по телефонам центра Владимира Цыганкова:

Кликните ниже на ссылкутелефоны нашего центра

* * *

Центр Владимира Цыганкова периодически организует в на улицах и проспектах Фрунзенского района противоалкогольные и санитарно-просветительские акции с бесплатной раздачей соттветствующих материалов. Акции проходят на проспекте Славы, Софийской улице, улице Белы Куна, Пражской улице, улице Салова, Дунайском проспекте, Купчинской улице.

7 комментариев на “Лечение алкоголизма. Фрунзенский район Санкт-Петербурга”

  • Светлана:

    Благодарю за информацию о лечении алкоголизма во Фрунзенском районе. Спасибо за проводимые вашим центром просветительские акции на улицах района. Я однажды попала на одну такую вашу акцию на пересечении пр. Славы и Бухарестского пр. Получила полезную информацию, брошюры. Очень благодарна!

  • Анна:

    Спасибо за информацию по проблеме лечения алкоголизма во Фрунзенском районе СПб.

  • Диана:

    Во Фрунзенском районе СПб не только проблема с хорошими центрами лечения алкоголизма, но и с лечением вообще. Приведу один случай…

    Больная А.К., 35 лет, жительница г. Фрунзенского района Санкт-Петербурга, обратилась за амбулаторной помощью в связи с жалобами на наличие постоянных (за исключением времени сна), частых (до 3-4 раз в течение часа) и болезненных позывов к мочеиспусканию, что существенно осложняло выполнение не только профессиональной, но и повседневной деятельности, требовало помощи близких (прежде всего по уходу за ребенком дошкольного возраста). В остальном считала себя практически здоровой, полагая, что эмоциональная лабильность и неустойчивый ночной сон являются следствием ее основной болезни – нарушений мочеиспускания.

    Пациентка к моменту обращения к психотерапевту прошла тщательные современные обследования у нефролога, уролога и гинеколога, которые не обнаружили органической патологии, однако пытались помочь назначением консервативного лечения (в том числе по поводу «гиперактивного мочевого пузыря»), оказавшимся неэффективным. После этого специалистами было рекомендовано обращение к врачу-психотерапевту.

    В момент первичного обследования и собеседования прежде всего обращал на себя внимание тот факт, что при длительной беседе, продолжительностью около одного часа, пациентка не прерывала ее для посещения туалета, несмотря на частое возвращение к беспокоящей ее теме частого и болезненного мочеиспускания. Такое же поведение она демонстрировала и при последующих психотерапевтических занятиях.

    Неврологический осмотр не выявил очаговой неврологической симптоматики и признаков поражения периферической нервной системы. Психическое состояние характеризовалось отсутствием психотических (в том числе депрессивных) и личностных расстройств.

    Анамнестическое, клинико-психологическое обследование выявило следующие жизненные обстоятельства, способствовавшие появлению и развитию данного заболевания. Пациентка имела успешную профессиональную карьеру в сфере искусства, однако была несчастлива в личной жизни.

    К возрасту 30 лет она оказалась одинока (жила с матерью-пенсионеркой) и бездетна, несмотря на желание избежать этого положения. Случилось, что в это время пациентка познакомилась по работе с иностранцем, находящимся в служебной командировке. Они, испытывая симпатию друг к другу, стали встречаться и вне служебной деятельности. Сексуальные отношения привели к беременности пациентки.

    Для нее возникла дилемма: сохранять или прервать беременность? Дело в том, что партнер был женат, имел детей и не планировал разрыва со своей семьей. С другой стороны, пациентка знала, что ее возраст может создать проблему нормального деторождения в дальнейшем. Она приняла решение сохранить беременность.

    Во второй половине беременности отмечался токсикоз, сопровождавшийся в том числе и легкими дизурическими явлениями. Роды прошли без осложнений, и пациентка стала воспитывать ребенка, в чем ей помогала мать, у которой она также была единственной дочерью. Радость от того, что роды прошли благополучно и у нее теперь есть ребенок, вскоре сменились сомнениями в правильности выбора, поскольку воспитание ребенка требовало многих усилий и изменило привычный стиль жизни.

    Кроме того, пациентка должна была сохранять тайну отца ребенка, который боялся, что его семья узнает об измене. Это оказалось сложной задачей, так как у пациентки появились мысли о том, что она и ее ребенок также имеют права на легального отца. В этот период, сопровождавшийся невыраженной общеневротической симптоматикой (астенией, неустойчивым сном, эмоциональной лабильностью), пациентка переносит пиелонефрит. После его лечения анализы мочи полностью нормализовались.

    Однако фиксация на болезненных проявлениях и страх хронического почечного заболевания в период сложной, объективно и субъективно трудно разрешимой жизненной ситуации привели к формированию невротических расстройств мочевьщелительной функции (см. жалобы). Как говорилось выше, после длительных и безуспешных попыток поиска и лечения соматического расстройства пациентка обратилась к психотерапевту, который предложил курс амбулаторной психотерапии.

    Предложенная психотерапия представляла собой личностно ориентированное, психодинамическое направление. Планировалось уточнить и рассмотреть вместе с пациенткой ее прошлый опыт, систему ценностей и отношений, понять психологические механизмы заболевания, роль личностных особенностей в его возникновении и сохранении. Была достигнута договоренность о том, что потребуется не менее 10-15 занятий, прежде чем пациентка сможет начать использовать полученные психологические знания и новый опыт для самопомощи.

    Однако с первых психотерапевтических занятий стало очевидным, что пациентке сложно не столько откровенно анализировать себя и свои отношения, сколько принимать свою роль в сложившихся сложных взаимоотношениях. Для психотерапевта это было достаточно типичным этапом психотерапии, и он был готов к терпеливой, доброжелательной и последовательной работе, в том числе по преодолению неосознаваемого больной сопротивления.

    Однако пациентка с ранее сформированной медицинской моделью своего заболевания решила, что ее проблему можно решить быстрее и проще путем поиска другого врача. В условиях большого города, насыщенного психотерапевтами различного уровня и характера, это оказалось менее трудным делом, чем последовательное продолжение психотерапии.

    После пяти сессий пациентка прекратила психотерапию и обратилась к другому врачу-психотерапевту, который повел себя в соответствии с ее ожиданиями. Он сказал, что это психическое расстройство, которое потребует лекарственного лечения. Был назначен атипичный нейролептик – рисперидон (в небольших дозировках). При этом психотерапия практически не проводилась.

    В последующем, при анализе решений, этот специалист утверждал, что поводом для лекарственной терапии, сопровождавшейся лишь редкими рациональными пояснениями в связи с вопросами больной, служило его мнение о диагностике неврозоподобной формы шизофрении. Это мнение он обосновывал длительностью течения заболевания, его терапевтической ригидностью к психологическим вмешательствам, наличием сверхценной идеи о нарушениях мочеотделения. То, что имелись психологические обоснования психогенеза расстройства при отсутствии реальных бредовых расстройств и хорошей социальной адаптации (за исключением объяснимых ограничений поведения из-за имеющихся симптомов), данным врачом игнорировалось.

    Пациентка посещала врача один-два раза в месяц, для обсуждения своего самочувствия и незначительной коррекции дозировки рисперидона. Этот препарат действительно улучшал ее состояние, делал более спокойной, но не устранял симптоматику. Жизненная ситуация оставалась для нее крайне сложной.

    Однако спустя полтора года пациентка поправилась, т.е. нарушения мочеотделения прекратились. Для второго специалиста это являлось подтверждением его представлений. Однако анализ произошедших перемен и их причин показал, что объяснить позитивную динамику можно иначе.

    Оказалось, что все это время пациентка осторожно и последовательно, ссылаясь в том числе на свое хроническое и тяжелое заболевание, создавала условия для общественного признания отцом ребенка (трудно полагать, что такое поведение свойственно больному шизофренией; оно более характерно для истерического невроза). В результате отец ребенка признал права пациентки, открыв случившееся членам своей семьи. Именно после этого у больной произошло восстановление нарушенных функций, и она прекратила лекарственную терапию, а также обращения к врачам.

    Можно предположить, что первые немногочисленные психотерапевтические занятия не прошли для пациентки бесследно. Она не приняла личной роли в фиксации и сохранении болезненных расстройств, однако решила целенаправленно воздействовать на отца ребенка, стремясь решить проблему таким образом.

    Лечение у второго врача, помимо принятия седативного действия препарата, главным образом играло для пациентки значение биологического лечения, а значит – органического заболевания, что делало ее роль больной более объективной для близкого окружения. Еще одним допущением может служить то, что незавершенность психотерапевтического процесса создавала условия для повторения невротического расстройства при возникновении новых, трудно разрешимых психотравмирующих обстоятельств, поскольку у пациентки отсутствовали навыки совладания с ними.

  • Екатерина:

    Больной К.Д., 52 лет, инженер, поступил в отделение неврозов с жалобами на длительные болевые ощущения в области сердца, сопровождающиеся страхом смерти от инфаркта миокарда и связанное со страхом ограничительное поведение (не мог далеко отдаляться от дома без сопровождающих). Больным себя считал около двух лет. Многократно обследовался у кардиологов, которые не обнаруживали заболеваний сердца. Это успокаивало пациента на короткое время, но когда боли возобновлялись, возвращались и страхи.

    Обследование в стационаре выявило начальные признаки шейногрудного остеохондроза позвоночника. Но главное, были определены психологические механизмы заболевания.

    Пациент отличался добросовестностью и способностями в работе и постепенно повышался в должностях, что стимулировало его профессиональную активность. Однако к моменту начала заболевания его карьерный рост остановился, в то время как другие, на его взгляд менее способные, коллеги получали повышения по службе. Для пациента продвижение по профессиональной лестнице было важным. Его родители достигли больших успехов в работе и надеялись, что он повторит их достижения.

    Пациент не имел серьезных сомнений в своем успехе, сделать хорошую карьеру было его основной жизненной целью. Кроме престижа, повышение по службе приносило и материальное благополучие, что позволяло лучше заботиться о членах семьи (пациент был женат, имел двух детей-студентов). Сложившаяся профессиональная ситуация и размышления о приближающемся пенсионном возрасте стали вызывать беспокойство, которое он стремился уменьшить более интенсивной работой.

    Однажды в конце рабочего дня пациент почувствовал внезапные острые боли в области верхушки сердца, вспомнил, что недавно произошел инфаркт миокарда у коллеги по работе, и подумал, что с ним происходит то же самое. Была вызвана «скорая помощь», врач которой провел обследование и не подтвердил диагноз инфаркта миокарда.

    Вместе с тем приступы болей повторялись, и пациент решил, что обследовавшие его врачи ошибаются, не находя никаких органических расстройств сердца. Он стал сомневаться, что профессиональные достижения стоят потери здоровья.

    Однако как человек добросовестный, он не мог принять осознанное решение об ограничении рабочих нагрузок. Неосознаваемая им в полной мере роль больного позволяла отказаться от напряженной работы, а значит, и от надежды на дальнейшее повышение по службе и при этом выглядеть достойно в глазах близких.

    Был определен основной диагноз: неврастения с кардиалгическим и фобическим синдромами, и пациент приступил к личностноориентированной индивидуальной и групповой психотерапии. Ему было объяснено, что причиной неопасных болевых ощущений могут служить радикулярные явления, связанные с остеохондрозом, но главное — это психологические причины заболевания, которые требуют глубокого понимания. В результате принятия пациентом психологических причин заболевания наступило улучшение, позволившее пациенту вернуться к работе.

  • Лев Израилевич:

    Спасибо за статью о лечении алкоголизма во Фрунзенском районе СПб.

    Результаты лечения алкоголизма и других заболеваний, основанного на доказательствах, отражаются следующими учреждениями: National Registry of Evidence-Based Practice. National Institute for Clinical Excellence, Cochrane treatment guidelines. Специалисты имеют возможность следить за прогрессом исследований в области психотерапии, изучая соответствующие сайты в интернете.

    Улучшает ли эффекты психотерапии применение включенного интервью? Общей точки зрения о содержании (процедурах и методах) и частоте применения включенного интервью нет.
    Информация, полученная с помощью включенного интервью, используется для определения лучшего курса лечения и соответствующего психотерапевтического обеспечения. Например, M.J. Wise, R.C. Rinn (1983) нашли, что если пациент лечится у психотерапевта, который отличается от его предпочтений, то частота преждевременного выхода из курса психотерапии возрастает в 3,3 раза, а выход происходит до 4-й сессии.

    Результаты приведенных исследований имеют значение для клинической практики. Психотерапевту с ограниченным психотерапевтическим опытом лучше передать пациента психотерапевту, обладающему более широким диапазоном психологических вмешательств, чем потерять пациента из-за его ухода после первых, вызвавших недовольство сессий. Удерживаемые пациенты требуют больше (в среднем на 17,9%) назначений и сессий по сравнению с переданными пациентами. Психотерапевты также с большей вероятностью будут ограничивать назначения удерживаемому пациенту в сравнении с переданными пациентами.

    Посещение дополнительных сессий психотерапии не коррелирует с большим улучшением, а ограничение назначений негативно коррелирует с улучшением. J.L. Haggerty с коллегами (2003) описали три элемента последовательности, преемственности в психотерапии:

    1) информационная последовательность существует, если прошлые события соответствуют плану текущего курса терапии;
    2) последовательность управления существует, когда лечение проводится во времени последовательно;
    3) последовательность отношений существует, когда обеспечивающий помощь делает это последовательно во времени.

    J.D. Safran с коллегами (2002) полагают, что одним из наиболее устойчивых параметров психотерапевтических исследований является качество психотерапевтического союза, которое служит лучшим предиктором результата при различных способах психотерапии. Предполагается, что начало разрыва при формировании союза происходит во время включенного интервью и ведет к задержке или ухудшению последующего психотерапевтического процесса, а также к прекращению психотерапии.
    Однако не получено научных свидетельств тому, что удерживаемые в клинике пациенты чувствуют себя хуже, чем пациенты, которые принимают продолжение лечения с первично принявшим их психотерапевтом. Все это требует согласия, модификации и улучшения качества первичного включенного интервью. Также такие результаты являются свидетельством важности практики, основанной на научных свидетельствах, поскольку способствуют более эффективной и экономически менее затратной психотерапии.

    Зависит ли результат лечения от принадлежности к этническим группам? Практика предполагает, что этнические меньшинства встречаются с большим числом стрессоров из-за их более низкого социо-экономи- ческого статуса, бездомности, безработицы, давления аккультурации, предрассудков и дискриминации (Hall G.C.N., Bansal A., Lopez I.R., 1999).

    В связи с этим возникает вопрос: «Действительно ли современная практика психического здоровья принимает требования этих популяций?». По крайней мере, в США (The U.S. Surgeon General, 2001) такого понимания не было. Отношение к этническим меньшинствам неадекватно. Это определяется многими факторами, такими как язык, религия, миграционный статус, внутреннее чувство отличия мигрантов. Данные получены при изучении 100 различных этнических групп (Thernstrom S., Orlov A., Handlin О. / Eds., 1980). Необходима подготовка культурально сенситивных психотерапевтов, знакомых с проблемами мигрантов.

    Однако проведенные исследования показали, что традиционная психотерапевтическая работа с пациентами разных этнических групп [сравнивались африканские, азиатские, испаноязычные и коренные (белые) жители США] не приводит к статистически значимым различиям по отказу пациентов (с расстройствами настроения, адаптации и тревожными расстройствами) от лечения (Lambert M.J. et al., 2006), за исключением испаноязычных лиц, у которых процент выбывания был достоверно ниже (28%).

    Результаты этого и других исследований говорят о том, что применение мультикультурного тренинга для психотерапевтов не дает значимого улучшения эффективности лечения. Большинство пациентов из этнических меньшинств были удовлетворены предлагаемым лечением. Наоборот, белые пациенты могли предъявлять гораздо больше требований к традиционному лечению.

    Однако имеются ограничения в распространении полученных данных на общие популяции. Исследования проводились у тех пациентов, которые согласились участвовать в лечении. Осталось неизвестным, сколько пациентов из этнических меньшинств не обратились за помощью, было ли их число большим, чем среди пациентов коренного населения.

    Имеют ли индивиды лучший результат лечения, когда они лечатся в паре или когда они лечатся индивидуально? Большинство ранее проведенных исследований относилось к семейной адаптации при психотерапии семейных пар (супружеской психотерапии), но не к динамике психологических расстройств.

    В 2006 г. R.L. Isakson с коллегами опубликовали результаты обширного ретроспективного контрольного исследования по сравнению эффекта индивидуальной и супружеской психотерапии. Обследовано 235 паииентов/клиентов, 190 (95 пар) из которых участвовали в супружеской психотерапии, а 45 — в индивидуальной. Также использовались архивные данные еще на 1445 человек, получавших психотерапию (группы сравнения).

  • Дарья:

    Спасибо за информацию о лечении алкоголизма во Фрунзенском районе СПб. Подскажите, пожалуйста, где во Фрунзенском районе можно купить хорошие лекарственные травы?

  • Администратор сайта:

    Качественные лекарственные травы можно приобрести в аптеке на ул. Белы Куна у метро «Международная» (см. фото).

Оставить комментарий

http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_bye.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_good.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_negative.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_scratch.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_wacko.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_yahoo.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_cool.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_heart.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_rose.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_smile.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_whistle3.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_yes.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_cry.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_mail.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_sad.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_unsure.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_wink.gif 
 
Стопалкоголь-Элит
Восстанавливающие

Отзывы пациентов

Отзыв Николая: «Год назад я прошел сеанс по методу снятия подсознательных барьеров в центре В.А. Цыганкова. После этого сеанса весь год не пил, чувствовал себя хорошо. Сейчас пришел вновь, чтобы пройти такой же сеанс».

Отзыв Тамары: «Мне было очень плохо, и я не могла решить свою проблему с выпивками самостоятельно. Пришла на прием к Владимиру Анатольевичу Цыганкову и за один сеанс я почувствовала себя намного лучше. На душе стало спокойно, настроение улучшилось, нет тяги к алкоголю. Могу сама жить без спиртного и чувствовать радость от того, что способна управлять своей жизнью».

Отзыв Павла: «Поставил защиту от алкоголя полгода назад. Получил хорошее самочувствие, начал сбрасывать лишний вес, да и в семье все наладилось. Решил поставить защиту еще на год. Благодарю сотрудников центра Владимира Цыганкова за вниматеьное отношение и квалифицированную помощь!».

Отзыв Степана Тимофеевича: «Я пил почти каждый день долгие годы. Потом принял решение поставить защиту от алкоголя и не нуждаться в нем больше. Но для того, чтобы поставить защиту от алкоголя требовалось не пить семь дней, а я не мог уже и одного дня не пить. Помог мне «Стопалкоголь-Элит». Я стал пить отвар этого фитосбора и уже через несколько дней заметил, что заметно снизилась тяга к алкоголю, самочувствие стало лучше. Я сделал над собой небольшое усилие, не пил семь дней и записался на сеанс постановки защиты по методу снятия подсознательных барьеров в центр Владимира Анатольевича Цыганкова. После этого не пью уже 8 лет. Я очень благодарен В.А. Цыганкову. Дай Бог ему много лет жизни и хорошего здоровья!»

Отзыв Алексея: «Мне хочется выразить благодарность Владимиру Анатольевичу Цыганкову за то, что он помог мне остановить мое пьянство три года тому назад. Дай Вам Бог здоровья и долгих лет жизни, уважаемый Владимир Анатольевич! Мне помог «Стопалкогль-Элит» и восстанавливающие фитосборы».

Отзыв Татьяны: «Метод снятия подсознательных барьеров – замечательный. Жизнь кардинально изменилась в лучшую сторону, улучшилось психологическое состояние, абсолютно исчезла тяга к алкоголю. Прошла тревожность и депрессия. Чувствую себя здоровой. Искренне благодарю всех, кто мне в этом помог!».

Отзыв Михаила: «С благодарностью вспоминаю, как легко и комфортно прошел сеанс по методу безопасного кодирования. Спасибо за возвращение к нормальной жизни! Не пью уже 9 месяцев. Через три месяца приду к вам продлевать защиту от алкоголя еще на год. Благодарю персонал центра Владимира Цыганкова за доброжелательное отношение».

Отзыв Александра Ивановича: «Я пил более 20 лет. Никак не мог остановиться. Слишком сильной была тяга. Но 5 лет назад я смог все-таки бросить пить насовсем. Мне помогли фитосборы «Стопалкоголь-Элит» и «Восстанавливающие». Восстанавливающие сборы оказались особо полезными: восстановилась печень, восстановились почки. Даже врачи удивились. Теперь я к ним уже не хожу и таблетки не принимаю. Уже 5 лет живу трезво. Большое спасибо центру Владимира Цыганкова!»

Отзыв Веры: «Присоединяюсь к добрым отзывам о Владимире Анатольевиче Цыганкове. Я пила долго и много. Два года назад перенесла инфаркт. Именно тогда я пришла к Владимиру Анатольевичу Цыганкову и он поставил мне защиту от алкоголизма. Потом он научил меня управлять своими мыслями и чувствами, научил справляться со стрессами и страхами. Хожу в храм, а вместо алкоголя пью душистые, вкусные и полезные лекарственные травы. Я живу новой, счастливой жизнью».

Отзыв Станислава Михайловича: «Когда я впервые прошел сеанс по методу снятия подсознательных барьеров, то продержался без спиртного недолго - через 9 месяцев начал пить снова, хотя защита от алкоголя была на 1 год. Выпить уговорили друзья, сказали, мол, ничего страшного не произойдет, срок неупотребления уже подходит к концу. По глупости я послушался из выпил... и запои вновь вернулись. Я записался снова в центр Владимира Цыганкова на сеанс по методу снятия подсознательных барьеров. Мне поставили защиту от алкоголя сначала на 6 месяцев, в потом на 1 год. Полтора года уже не пью и чувствую себя прекрасно. Второй раз ошибки не совершу, никому не удастся уговорить меня выпить. Мне этого не хочется и не надо. И поэтому защиту от алкоголя продлю опять».

Отзывы наших пациентов смотрите здесь

Свежие комментарии
Поделитесь ссылкой!

Отзывы родственников наших пациентов

Отзыв Инны: «Мой муж пил три десятка лет. Как я ни пыталась его лечить, ничего не помогало. Когда я обратилась за помощью к Владимиру Анатольевичу Цыганкову, он мне открыл глаза на то, что я себя веду с мужем неправильно. Я поняла, что делать НЕ НАДО, а что делать НУЖНО. А вскоре и муж сам, без какого-либо давления с моей стороны бросил пить и начал лечиться. Благодарю Вас, Владимир Анатольевич! Вы заслуживаете самых добрых отзывов, и самых лучших отзывов заслуживает Ваша профессиональная помощь пьющим людям и их женам».

Отзыв Ирины Ивановны: «Мой сын был запойный, более 10 лет пьянствовал беспробудно. Что я только ни перепробовала, ничего не помогало его вылечить. Но однаждыя с помощью психолога Владимира Анатольевича Цыганкова отказалась от ненужных и неправильных действий, а стала делать то, что реально может замотивировать сына на прекращение пьянства и лечение. Дела пошли в гору. Сын сам пошел в центр Владимира Анатольевича, поставил защиту от алкоголя по методу снятия подсознательных барьеров. Теперь уже четыре года прошло, как он не пьет совсем. Теперь я понимаю, что роль матери бесконечно огромна в деле реальной помощи сыну».

Отзыв Дарьи: «Я благодарна психологам центра Владимира Цыганкова за то, что они помогли мне увидеть свою страшную болезнь – созависимость от пьющего мужа. Они дали мне мне возможность адекватно посмотреть на себя, на мужа, на нашу жизнь и сделать необходимые шаги для создания трезвой, здоровой семьи».

Отзывы родственников наших пациентов смотрите здесь

Рубрики сайта
Яндекс.Метрика