Алкоголизм с аутоагрессией в профессиональной сфере и с двойным диагнозом

Алкоголизм с аутоагрессией в профессиональной сфере

АлкоголизмАлкоголизм с аутоагрессией в профессиональной сфере характеризуется своеобразным разрушительным отношением к своей профессиональной деятельности: пациенты изначально проявляют высокие профессиональные амбиции, стремление к карьерному росту и на первых этапах имеют значительные профессиональные достижения. Однако их профессиональная деятельность часто бывает судорожной и крайне напряженной, они находятся в состоянии постоянной борьбы или с собой, или с окружающими. Создается ощущение, что сверхценное отношение к своей работе покрывает нечто, лежащее под ней, заставляющее человека трудиться и постоянно оправдывать свою нужность и небесполезность. Хотя на самом деле все, что нужно этим людям – это лечить алкоголизм.

Интересно, что для алкоголиков с аутоагрессией в профессиональной сфере оказался крайне важным факт потенциального исторического бессмертия: они хотят быть уверенными в том, что их потомки будут вспоминать именно их дела. С другой стороны, эти профессиональные достижения приносятся к аутоагрессивному алтарю: алкоголизация разрушает самую значимую для этих людей сферу социального функционирования – профессиональную. 

Пациенты с аутоагрессией в профессиональной сфере имеют относительно благоприятные семейный, соматический, психопатологический статусы, в отличие от других групп реже демонстрируют суицидальную активность, нарушения общепринятых моральных норм.

Из семейного анамнеза отметим достоверно более частое наличие братьев и сестер, страдающих алкогольной зависимостью, а также семейный сценарий «бросить пить к определенному сроку», передающийся по мужской линии. Из особенностей зависимости отметим высокую толерантность – более полутора литров водки в сутки.

Роль зависимости как инструмента аутоагрессии в узкой профессиональной сфере не вызывает сомнений, поскольку в ряде случаев еще до формирования II стадии наши пациенты многого достигли в своей профессии, в результате чего потеря ими привычного статуса была травматичной и дестабилизирующей.

Характеристика алкоголиков с аутоагрессией в профессиональной сфере

Алкоголизм с аутоагрессией в профессиональной сфере и с двойным диагнозом

«Субъективное время»

АлкоголизмПациент М., 37 лет, образование высшее, кандидат наук, на момент обращения — и.о. заведующего кафедрой технического вуза. Женат, имеет дочь 9 лет. Диагноз: алкогольная зависимость 2-й стадии, среднепрогредиентное течение, псевдозапойная форма злоупотребления алкоголем, зависимая акцентуация личности.

Анамнез. Отец злоупотреблял спиртными напитками. В семье М. второй ребенок, желанный при рождении (отец очень хотел мальчика). Родился нормальными родами 17 декабря, записан родителями в свидетельстве о рождении 1 января для того, чтобы иметь в запасе на случай службы в армии лишний год. Дни рождения в узком семейном кругу отмечали по факту настоящего рождения, а «для остальных» – согласно официальной записи.

С детства был особенно близок с отцом, который прививал ему технические навыки, и уже в 6 лет М. собрал первый мотоцикл. Самые неприятные детские воспоминания связаны также с отцом, его запоями.

Думал, что никогда не будет пить, как отец, даже дал себе такой зарок. В 40 лет отец пить резко бросил без видимой на то причины и позволял себе не больше одной рюмки на праздник.

Первое употребление алкоголя произошло по настоянию матери: ребенком катался на льдине, перевернулся и пришел домой весь обледенелый. Мать заставила выпить 50 мл водки. М. отказывался, поскольку считал это недопустимым с точки зрения зарока, обидным и несправедливым. При воспоминании об этом эпизоде испытывает чувство вины даже в настоящее время.

Из перенесенных заболеваний отмечает ихтиоз, который в то же время считает физическим недостатком, одно амбулаторное оперативное вмешательство по поводу панариция и аппендэктомию. Черепно-мозговых травм, переломов, несчастных случаев не имел. Не отмечает также суицидальных мыслей и эпизодов самоповреждений.

Успешно окончил школу, институт, стал заниматься наукой, быстро защитил кандидатскую диссертацию, исполнял обязанности заведующего кафедрой. В институте всегда был на хорошем счету, выполнял неформальные обязанности доверенного лица: поручалось встречать и организовывать досуг важных институтских гостей.

Семейный анамнез: основные конфликты в семье связаны с выпивками М. М. обвиняет жену в непонимании, отсутствии поддержки, когда она уходит вместе с ребенком от М. к своей матери. Имеются факты обоюдной агрессии.

Год назад жена подала на развод и 4 мес. жила у матери. В настоящее время снова проживают вместе.

Алкогольный анамнез. Стал систематически употреблять алкоголь с 21 года, злоупотреблять с 32 лет, когда сформировался алкогольный абстинентный синдром.

Отмечает высокую толерантность к алкоголю – до 1,5-2 л водки в сутки, которая держится на одном уровне. Пьет запоями длительностью до 13-14 дней.

Отмечается четкая периодичность запоев и четкая длительность: обязательным считает запой с 17 декабря по 1-2 января (дни рождения), который не может быть остановлен или не допущен даже по крайне важным причинам.

Неоднократно пользовался услугами реанимационного отделения для остановки запоя методом плазмофереза, два года назад были отмечены признаки алкогольного поражения печени в виде гепатоза.

Особенности алкоголизма: очередной запой ассоциирует с актуализацией чувства вины, которое объясняет неоконченной докторской диссертацией и непониманием жены, а также с актуализацией чувства тревоги, связанной, по мнению М., с подсиживанием коллег, которые вполне обоснованно хотят занять его место. Тем не менее каждый запой начинается с кафедральных застолий, в которых участвуют одни и те же сотрудники более пожилого, чем М., возраста с признаками алкоголизма.

Во время запоя М. не идет в семью, скрывается от непьющих друзей, ищет ночлега в самых неожиданных местах: ночует у собутыльников, на кафедре, однажды заснул на лестничной клетке в подъезде, где проживал проректор вуза, был разбужен им, поднят в квартиру, где и досыпал на кухне. Факты злоупотреблений не скрывались от руководства института, которое долгое время относилось к ним терпимо, считая это профессиональной вредностью «доверенного лица».

Перестал поддерживать дружеские и приятельские отношения с сотрудниками, которые отрицательно относились к фактам выпивок, стал тяготиться общением с ними, особенно с теми, кто прошел курс антиалкогольного лечения и находится в длительной терапевтической ремиссии. Во время запоев активно отказывается от помощи друзей и знакомых врачей, скрывается от них, прячется, например в студенческих аудиториях под сиденьями.

В последние два года по настоянию руководства вуза проходил антиалкогольное лечение: 1) после имплантации препарата эспераль запил через 2 мес.; 2) кодировался, срок терапевтической ремиссии составил 3 мес., запил на фоне кода и пришел раскодироваться только на 4-й день после начала употребления алкоголя.

Неоднократно доставлялся в реанимационное отделение с признаками интоксикации и печеночной недостаточности. В течение последнего года дважды лечился в психотерапевтическом отделении (режим открытых дверей) психиатрической больницы, где аккуратно получал лечение, не нарушал режима, пребыванием не тяготился и выписывался даже под некоторым нажимом лечащего врача. В 1998 г. был отозван от руководства кафедрой и отпущен в творческий отпуск для окончания работы над докторской диссертацией.

Диссертацию не писал, продолжая пьянствовать, и появлялся на работе в состоянии опьянения. В настоящее время понижен в должности и переведен на работу в другое структурное подразделение вуза.

Психологигеский анализ. Нетрудно заметить, что аутоагрессивные тенденции реализуются М. в профессиональной сфере, как будто бы наиболее удачной и основной в миропонимании М. области. Профессиональная сфера связана для М. и с авторитетом отца, и с любимым родом деятельности, и с основным источником материального достатка и морального удовлетворения.

Следует сказать, что профессиональная деятельность является мощным источником выживания, поскольку предоставляет прекрасные возможности для сублимации негативной энергии, в том числе аутоагрессивной. По-видимому, аутоагрессия не носила бы столь трагического характера, если бы наиболее удачные области для индивидуальной человеческой жизнедеятельности сохранялись в неприкосновенности. В этом смысле алкоголизм как заболевание, развивающееся параллельно с профессиональным ростом, на определенном этапе становится инструментом внутренних деструктивных импульсов.

Характерны предсмертные трансакции, планируемые М. Так, на его могильном памятнике, скорее всего, по мнению М., будет написано: «Хотел многого, а достиг, чего мог» или «Старался сделать все возможное (для семьи, карьеры, профессии, а получил…», – и это отражает пессимистическое видение себя как семьянина и профессионала.

Отмечен и другой психологический конструкт, связанный с понятием «субъективное время». Нам известно несколько случаев внутренней психической работы наших пациентов, посвященной не всегда осознаваемому подсчету временных отрезков, на протяжении которых, по их представлениям, с ними могут произойти неприятные или трагические события.

В случае М. мы отметили особую злокачественную и импульсивную периодичность двухнедельных запоев, возможно, экстраполированных из детского прошлого М. – даты официальной регистрации его рождения. На протяжении четырнадцати дней (от 17 декабря до 1 января) его как бы официально не существовало на свете.

Этот двухнедельный провал официального существования акцентировался в семье, понятно, из благих побуждений, когда в узком семейном кругу отмечали истинный день рождения, а для других (друзей, соучеников, общественности) – придуманный. Такой мини-семейный секрет не смог не привнести в детскую психику М. по меньшей мере двусмысленности, а по большей – ощущения незаконности двухнедельного биологического существования. Интересно, что М. называет запои «потерянным временем».

Алкоголизм с двойным диагнозом

АлкоголизмАлкоголизм с двойным диагнозом, помимо наличия четких признаков дополнительного, в том числе наркологического, заболевания, характеризуется повышенной психопатологической наследственностью, особенно у бабушек и дедушек (депрессии, старческие психозы, шизофрения) и меньшей алкогольной наследственностью. Роды нашими пациентами проходили достоверно часто с обвитием пуповиной, асфиксией.

Пациенты воспитывались в амбивалентных условиях, в равных долях часто получая родительскую программу как «Будь сумасшедшим», так и «Будь первым, умным» с невербальным убеждением в смертельном заболевании, которое они получат в скором будущем. Эти пациенты достоверно чаще обращались к психиатрам, в том числе и по поводу парасуицида, им чаще выставлялись различные дополнительные психопатологические диагнозы: депрессии, органического поражения центральной нервной системы, бессудорожной эпилепсии, посттравматического стрессового расстройства.

Эти пациенты часто верят в Бога, а также в смерть в результате несчастного случая. Они чаще признают себя больными алкоголизмом, на момент обращения сообщают о росте толерантности, которая превышает 1 500 мл водки в сутки. У этих пациентов достоверно чаще, чем у пациентов других групп, нет детей.

Данная выделенная группа наиболее спорна, так как в ней вроде бы отсутствует признак «направления аутоагрессии». Однако имеется многочисленная литература, сообщающая об интенсификации аутоагрессивного поведения при сочетании алкоголизма с большой депрессией, шизофренией или личностными расстройствами зависимого и пограничного круга, эпилепсией.

Пациенты этой группы не имели указанной эндогенной симптоматики в чистом виде, они указывали на эпизоды аутохтонного снижения настроения (независимо от внешних причин или абстиненции). У некоторых из них мы находили признаки, указывающие на шизофреноформную симптоматику, имеющую первичную в отношении алкогольной зависимости природу.

Все пациенты, вошедшие в эту группу, имели основную проблему – алкогольную зависимость такой степени личностной значимости, что стало возможным их обращение к психиатру-наркологу с просьбой о лечении. С другой стороны, совсем не обязательно было «попадание» в данную группу пациентов, имеющих двойной диагноз, но показывающих более высокий балл по другим направлениям аутоагрессивности.

Характеристика алкоголиков с двойным диагнозом

Алкоголизм с аутоагрессией в профессиональной сфере и с двойным диагнозом

Характеристика алкоголика с двойным диагнозом

Алкоголизм и аутоагрессияПациент С., 33 лет, образование высшее, по специальности инженер-механик, работает коммерсантом от случая к случаю. Холост.

Диагноз: алкогольная зависимость 2-й стадии, среднепрогредиентное течение, псевдозапойная форма злоупотребления алкоголем. Шизотипическое расстройство.

Анамнез. Отец С. страдал параноидной формой шизофрении, осложненной алкоголизмом, покончил жизнь самоубийством, бросившись под поезд, когда С. было 4 года. Факт суицидальной смерти отца от С. скрыт до настоящего времени.

Воспитывался матерью и отчимом с 12-летнего возраста. Отец остался в воспоминаниях С. как «добрый, отзывчивый, пьющий». Мать характеризует дословно: «Она разный, бывает злой и доброй, порядочный, отзывчивая».

При характеристике матери употребляет прилагательные как женского, так и мужского рода, при этом не поправляясь. Мать всегда стремилась «заменить мне отца», и самое теплое воспоминание о ней у С. связано с покупкой мотоцикла. Злоупотреблять алкоголем стал с 20 лет. ААС сформировался к 25 годам.

Пьет запоями до трех недель, максимальный светлый промежуток называет в полтора года (без лечения), когда удачно занимался мелкооптовой торговлей. Толерантность – до 1,5 л водки в сутки. В состоянии алкогольного абстинентного синдрома преобладает психический компонент, который выражается в тревожной депрессии с элементами паники, агорафобии, в сверхценных идеях сексуальной несостоятельности.

Аутохтонные колебания настроения отрицает. Считает себя совестливым человеком, а в наибольшей степени свойственным аффектом называет навязчивый стыд.

Аутоагрессивный анамнез. Отмечает склонность к немотивированному риску. Бывает, что в состоянии опьянения садится за руль автомашины, но автоаварий и несчастных случаев не было. Суицидальные мысли отрицает. Из перенесенных заболеваний отмечает инфекционный гепатит, дважды ломал пальцы на руке.

До настоящего времени не создал семьи. Живет вдвоем с дедом – бывшим железнодорожником, в честь которого С. был назван. Имеет сожительницу старше себя на 7 лет, с которой периодически то сходится, то расходится.

При первом обращении С. был закодирован, но через 2 мес. обратился в состоянии тревожной депрессии, особенно выраженной утром, с жалобами на периодическую сексуальную несостоятельность в виде быстрой эякуляции. При назначении амитриптилина состояние улучшилось, нормализовались настроение и сон, несколько улучшилась и сексуальная жизнь; сонливость и нарушения координации мешали водить машину.

Лечение антидепрессантами прервал и обратился вновь через 3 мес. с просьбой о раскодировании. На прием пришел вместе с матерью.

Санитарно запущен, тревожен, выражение лица страдальческое. Основные жалобы сексуального характера высказывает в присутствии матери, не стесняясь подробностей. Нарушения эрекции и эякуляции всецело относит на счет кодирования.

От назначения антидепрессантов отказывается, считая их эффект неполным и активно не принимая мысль о том, что антидепрессанты несколько месяцев назад привели к нормализации сексуальной жизни. Манерен, женственен. Отмечает эпизоды ментизма.

Психологической рациональной коррекции малодоступен. При психологическом исследовании диагностированы нечеткость мышления, тенденция к разноплановости. Был раскодирован. На следующий же день запил, отметил субъективное улучшение состояния, нормализацию сексуальной жизни.

Психологигеский и психопатологигеский анализ. Микстовый характер алкоголизма в этом наблюдении очевиден: латентная шизофрения, имеющая наследственный характер и проявляющаяся в формальных расстройствах мышления, склонности к сверхценным образованиям, неуверенности, ведомости и пассивности, «прикрывается» алкогольной интоксикацией. Алкогольный абстинентный синдром, похоже, имеет характер ретардированного приступа и клишируется, будучи отставленным во времени, напоминая волнообразное течение про- трагированной абстиненции.

Психологические особенности воспитания и раннего развития в определенной степени соответствуют таковым в «шизофреногенных» семьях по типу известного «двойного зажима» с недостаточностью механизмов половой идентификации (отношением к матери, как к отцу). Так, мать С. больше хотела родить девочку, боясь, что мальчик повторит судьбу отца. После суицида мужа она пыталась заменить мальчику отца, используя мужские формы поведения и поощрения.

Ее повторный брак также нельзя было признать удачным: она вторично вышла замуж за алкоголика с дисфорическими вариантами расстройства настроения и выраженной экстрапунитивной агрессивностью, что также препятствовало С. в его мужской идентификации. Наконец, воспитание в условиях семейного секрета, касающегося суицидальной смерти мужа, пережитой матерью С. с чувством стыда.

Психотерапия в нашем случае не касалась этого вопроса, даже не столько из-за прямого запрета матери С., сколько из-за особенностей его зависимости, прикрывающей процессуальное заболевание. Этот случай демонстрирует адаптивную функцию алкоголизации: алкоголизм защищает С. от прогрессирования шизофрении, от тревоги, депрессии и стыда, от базальной сексуальной несостоятельности вследствие недостаточности половой дифференциации и, возможно, латентного гомосексуализма. В среде больных алкоголизмом существуют наивные представления о якобы влияющем на снижение потенции действии кодирования.

Действительно, помимо случая С., мы имели несколько подобных наблюдений, которые не подтверждали психогенную, в данном случае стрессогенную природу транзиторной импотенции на фоне терапевтической ремиссии. Скорее нарушения влечения имели первичную по отношению к алкогольной зависимости природу, причем алкоголизация во многом способствовала половой активности и повышению сексуального влечения. В свете данных, полученных методом Сонди о глубинной гомосексуальности российской алкогольной популяции, случай С. может иметь иное звучание.

Источник: Шустов Д.И. Аутоагрессия и самоубийство при алкогольной зависимости: клиника и психотерапия. СПб, 2016.

* * *

Сайт об алкоголизме и лечении алкоголизма

Оставить комментарий

http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_bye.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_good.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_negative.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_scratch.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_wacko.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_yahoo.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_cool.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_heart.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_rose.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_smile.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_whistle3.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_yes.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_cry.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_mail.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_sad.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_unsure.gif 
http://alcoholismhls.ru/wp-content/plugins/wp-monalisa/icons/wpml_wink.gif 
 
Стопалкоголь-Элит
Восстанавливающие

Отзывы пациентов

Отзыв Николая: «Год назад я прошел сеанс по методу снятия подсознательных барьеров в центре В.А. Цыганкова. После этого сеанса весь год не пил, чувствовал себя хорошо. Сейчас пришел вновь, чтобы пройти такой же сеанс».

Отзыв Тамары: «Мне было очень плохо, и я не могла решить свою проблему с выпивками самостоятельно. Пришла на прием к Владимиру Анатольевичу Цыганкову и за один сеанс я почувствовала себя намного лучше. На душе стало спокойно, настроение улучшилось, нет тяги к алкоголю. Могу сама жить без спиртного и чувствовать радость от того, что способна управлять своей жизнью».

Отзыв Павла: «Поставил защиту от алкоголя полгода назад. Получил хорошее самочувствие, начал сбрасывать лишний вес, да и в семье все наладилось. Решил поставить защиту еще на год. Благодарю сотрудников центра Владимира Цыганкова за вниматеьное отношение и квалифицированную помощь!».

Отзыв Степана Тимофеевича: «Я пил почти каждый день долгие годы. Потом принял решение поставить защиту от алкоголя и не нуждаться в нем больше. Но для того, чтобы поставить защиту от алкоголя требовалось не пить семь дней, а я не мог уже и одного дня не пить. Помог мне «Стопалкоголь-Элит». Я стал пить отвар этого фитосбора и уже через несколько дней заметил, что заметно снизилась тяга к алкоголю, самочувствие стало лучше. Я сделал над собой небольшое усилие, не пил семь дней и записался на сеанс постановки защиты по методу снятия подсознательных барьеров в центр Владимира Анатольевича Цыганкова. После этого не пью уже 8 лет. Я очень благодарен В.А. Цыганкову. Дай Бог ему много лет жизни и хорошего здоровья!»

Отзыв Алексея: «Мне хочется выразить благодарность Владимиру Анатольевичу Цыганкову за то, что он помог мне остановить мое пьянство три года тому назад. Дай Вам Бог здоровья и долгих лет жизни, уважаемый Владимир Анатольевич! Мне помог «Стопалкогль-Элит» и восстанавливающие фитосборы».

Отзыв Татьяны: «Метод снятия подсознательных барьеров – замечательный. Жизнь кардинально изменилась в лучшую сторону, улучшилось психологическое состояние, абсолютно исчезла тяга к алкоголю. Прошла тревожность и депрессия. Чувствую себя здоровой. Искренне благодарю всех, кто мне в этом помог!».

Отзыв Михаила: «С благодарностью вспоминаю, как легко и комфортно прошел сеанс по методу безопасного кодирования. Спасибо за возвращение к нормальной жизни! Не пью уже 9 месяцев. Через три месяца приду к вам продлевать защиту от алкоголя еще на год. Благодарю персонал центра Владимира Цыганкова за доброжелательное отношение».

Отзыв Александра Ивановича: «Я пил более 20 лет. Никак не мог остановиться. Слишком сильной была тяга. Но 5 лет назад я смог все-таки бросить пить насовсем. Мне помогли фитосборы «Стопалкоголь-Элит» и «Восстанавливающие». Восстанавливающие сборы оказались особо полезными: восстановилась печень, восстановились почки. Даже врачи удивились. Теперь я к ним уже не хожу и таблетки не принимаю. Уже 5 лет живу трезво. Большое спасибо центру Владимира Цыганкова!»

Отзыв Веры: «Присоединяюсь к добрым отзывам о Владимире Анатольевиче Цыганкове. Я пила долго и много. Два года назад перенесла инфаркт. Именно тогда я пришла к Владимиру Анатольевичу Цыганкову и он поставил мне защиту от алкоголизма. Потом он научил меня управлять своими мыслями и чувствами, научил справляться со стрессами и страхами. Хожу в храм, а вместо алкоголя пью душистые, вкусные и полезные лекарственные травы. Я живу новой, счастливой жизнью».

Отзыв Станислава Михайловича: «Когда я впервые прошел сеанс по методу снятия подсознательных барьеров, то продержался без спиртного недолго - через 9 месяцев начал пить снова, хотя защита от алкоголя была на 1 год. Выпить уговорили друзья, сказали, мол, ничего страшного не произойдет, срок неупотребления уже подходит к концу. По глупости я послушался из выпил... и запои вновь вернулись. Я записался снова в центр Владимира Цыганкова на сеанс по методу снятия подсознательных барьеров. Мне поставили защиту от алкоголя сначала на 6 месяцев, в потом на 1 год. Полтора года уже не пью и чувствую себя прекрасно. Второй раз ошибки не совершу, никому не удастся уговорить меня выпить. Мне этого не хочется и не надо. И поэтому защиту от алкоголя продлю опять».

Отзывы наших пациентов смотрите здесь

Свежие комментарии
Поделитесь ссылкой!

Отзывы родственников наших пациентов

Отзыв Инны: «Мой муж пил три десятка лет. Как я ни пыталась его лечить, ничего не помогало. Когда я обратилась за помощью к Владимиру Анатольевичу Цыганкову, он мне открыл глаза на то, что я себя веду с мужем неправильно. Я поняла, что делать НЕ НАДО, а что делать НУЖНО. А вскоре и муж сам, без какого-либо давления с моей стороны бросил пить и начал лечиться. Благодарю Вас, Владимир Анатольевич! Вы заслуживаете самых добрых отзывов, и самых лучших отзывов заслуживает Ваша профессиональная помощь пьющим людям и их женам».

Отзыв Ирины Ивановны: «Мой сын был запойный, более 10 лет пьянствовал беспробудно. Что я только ни перепробовала, ничего не помогало его вылечить. Но однаждыя с помощью психолога Владимира Анатольевича Цыганкова отказалась от ненужных и неправильных действий, а стала делать то, что реально может замотивировать сына на прекращение пьянства и лечение. Дела пошли в гору. Сын сам пошел в центр Владимира Анатольевича, поставил защиту от алкоголя по методу снятия подсознательных барьеров. Теперь уже четыре года прошло, как он не пьет совсем. Теперь я понимаю, что роль матери бесконечно огромна в деле реальной помощи сыну».

Отзыв Дарьи: «Я благодарна психологам центра Владимира Цыганкова за то, что они помогли мне увидеть свою страшную болезнь – созависимость от пьющего мужа. Они дали мне мне возможность адекватно посмотреть на себя, на мужа, на нашу жизнь и сделать необходимые шаги для создания трезвой, здоровой семьи».

Отзывы родственников наших пациентов смотрите здесь

Рубрики сайта
Яндекс.Метрика